Венец демона - Джеймс Роллинс

– Зачем?.. Зачем идти на такой риск и пробираться сюда в одиночку?

– За каждую местную гадюку на черном рынке дают минимум двадцать тысяч долларов, – ответила Ана Луис. – Иногда больше.

– Браконьерство – прибыльный бизнес, – объяснил Кен. – Мне в разных уголках света попадалось немало таких зоопиратов.

И я далеко не впервые вижу человека, погибшего из-за собственной жадности.

Кен был всего на десять лет старше своего аспиранта, но провел много времени в экспедициях. Он ездил в разные уголки света и защитил две диссертации: по энтомологии и токсикологии. Его интересовали яды животного происхождения.

Объединение разных научных сфер выглядело довольно логичным, учитывая смешанное происхождение самого Кена. Его отец был чистокровным японцем. В детстве он попал в лагерь для интернированных в Калифорнии. Мать Кена, немка, почти ребенком иммигрировала в США после войны. Кен всю жизнь слышал расхожую шутку о том, что его семья – это мини-версия союза Оси ^[1] посреди американской глубинки.

Два года назад родителей не стало, умерли с разницей всего в месяц. Их наследие – смесь кровей – проявилось в бледной коже Кена, его густых темных волосах и слегка раскосых глазах. А еще смешанное происхождение (японцы называли таких полукровок «хафу») помогло Кену получить этот грант. Исследовательский визит на Кеймада-Гранди частично профинансировала японская фармацевтическая компания «Танака» в надежде открыть очередное чудо-лекарство на основе яда местных обитателей.

– Идем, – сказал Кен.

Оскар напряженно сглотнул и ответил кивком, перебирая набор щипцов для ловли змей. Эти приспособления гарантировали безопасность при ловле рептилий, но Кен предпочитал простые крючья: меньше стресса для животных. Если щипцами орудовали чересчур бесцеремонно, змея могла почувствовать угрозу и наброситься.

Двигаясь от берега в глубину острова, люди ступали бережно, каждый раз выбирая, куда ставить ноги, обутые в высокие, до колена, ботинки. Песок быстро перешел в полосу каменистой земли, поросшую низким кустарником. Дальше начиналась темная бахрома тропического леса.

Надеюсь, нам не придется искать змей в тех зарослях.

– Посмотри под кустами, – сказал Кен и крюком на кончике шеста приподнял склонившиеся к земле ветки. – Только не пытайся их там ловить – сначала пусть выползут на открытое пространство.

У Оскара тряслись руки, когда он, следуя примеру Кена, обшаривал ближайший куст.

– Вдохни поглубже. Ты умеешь их ловить, – подбодрил парня Кен. – Здесь все в точности так же, как в нашем зоопарке.

С перекошенным от страха лицом Оскар обыскал первый куст.

– Ни… ничего.

– Хорошо. Двигайся дальше. Постепенно.

Ступая впереди, Кен заговорил веселым тоном, чтобы разогнать страх Оскара:

– Когда-то считалось, что змей завезли на остров пираты, чтобы те стерегли закопанные здесь сокровища.

Доктор Чавос фыркнула, а Диас лишь нахмурился.

– Судя по всему, это были не пираты, – сказал Оскар.

– Нет. Данная популяция гадюк появилась примерно одиннадцать тысяч лет назад, когда поднялся уровень океана и перешеек, соединявший остров с материком, затопило. У здешних гадюк не было естественных врагов, и они быстро расплодились. Но единственный источник пищи находился на деревьях.

– Птицы…

– Над этим островом пролегают миграционные пути, поэтому змеи каждый год собирали щедрый урожай. Однако птицы оказались более сложной добычей, нежели та, что прикована к земле. Змеи вползали на деревья, но если укушенная птица улетала, она была для них потеряна. Поэтому их яд в ходе эволюции стал в пять раз токсичнее, чем у материковых собратьев.

– Чтобы укушенная птица умирала как можно быстрее.

– Да. Яд местных тварей воистину уникален: самый настоящий коктейль из токсинов, и они не просто разъедают плоть! Под их действием отказывают сердце и легкие, начинаются мозговые и кишечные кровоизлияния. Вообще-то мы здесь именно ради этих гемотоксичных составляющих. Они очень перспективны для разработки лекарств от сердечно-сосудистых заболеваний.

– Так мы здесь пытаемся найти новый «Каптоприл»?.. – заметил Оскар.

– Ну, есть такие надежды у людей из «Танаки».

По правде говоря, эти надежды вполне могли оказаться обоснованными. «Каптоприл» – лекарство от повышенного давления, пользующееся большим спросом, – разработали в «Бристоль-Майерс Сквибб» на основе яда Bothrops jararaca (еще одной бразильской гадюки и близкого родственника местного вида).

– Кто знает, какие еще секреты скрывает этот яд? – продолжал Кен. – Вот, скажем, «Приалт» – мощное обезболивающее. «Илан фармасьютикалс» только что выпустили его на рынок. А ведь это разработка на основе токсина ядовитых моллюсков. Белок, обнаруженный в яде аризонского ядозуба, исследуют на предмет создания чудо-средства от болезни Альцгеймера. Компании по всему миру вкладывают немалые средства в программы по изучению ядов в надежде открыть новые лекарства.

– Похоже, наступило хорошее время для токсикологов, специализирующихся на ядовитых тварях, – широко улыбнулся Оскар. – Может, нам и самим стоит открыть свое дело… Акционерное общество «Яды»!

Кен шутливо ткнул в аспиранта крюком для ловли змей.

– Ты сначала свою первую змею поймай, а потом поговорим о собственном бизнесе.

Улыбаясь, Оскар двинулся к следующему колючему кусту, наклонился и приподнял нижние ветки. Что-то вырвалось из-под них и поползло по камням. Оскар вскрикнул, попятился и наткнулся на Ану Луис. Оба упали на землю. Змея длиной два фута поползла прямо к ним.

Кен прыгнул вперед и прижал ее к земле посередине, а потом осторожно приподнял. Змеиное тело беспомощно обвисло, крошечная голова с высунутым языком болталась.

Оскар попытался отползти подальше.

– Не бойся. Это Dipsis indica, полностью безобидный вид. Питается улитками.

– Я… я думал, она набросится на меня, – сказал Оскар, покраснев от стыда.

– Обычно эти маленькие змеи не нападают. Действительно странно, что она поползла к тебе. – Кен прикинул направление. – Скорее она просто ползла к берегу.

Как и браконьер.

Эта мысль ему не понравилась. Он взглянул в противоположном направлении, на ряд скал впереди и лес за ними. Опустил змею на камни, и та поползла дальше к песчаной полоске пляжа.

– Идем, – скомандовал Кен, взбираясь по склону.

За гребнем находилась выстланная песком ложбина. Кен ошеломленно застыл на краю. Того, что он увидел, просто не могло быть.

Почти все камни и открытые полосы песка были покрыты золотисто-желтыми змеями. Сотни королев острова – Bothrops insularis.