Червонная Русь - Елизавета Дворецкая

– Точно, занемог, – подтвердил Переяр. – Я как раз у них в Галиче был, когда посольство снаряжали, вот меня и попросили. Ты, говорят, Переяр Гостилич, человек мудрый, уважаемый. Съезди привези невесту. А я что? Разве трудно мне князя Игоря уважить? Я ведь его еще вот таким помню…

– Нет, на коня не ты его сажал[59]! – Ростислав оборвал боярина, готового пуститься в чувствительные воспоминания.

– Да нет, я что… А ты поезжай, – настойчиво посоветовал Переяр. – Нас не жди, мы-то медленно едем, княжна в дороге чтоб не утомлялась. Лучше тебе первым в Галиче быть.

Если бы удалось спровадить половца побыстрее, это было бы огромной удачей. Ведь если он завтра увидит посольство, то сразу поймет, что перед ним не галичане, а звенигородцы, то есть все обман.

– Да и с девицей тебе видеться незачем – все-таки чужая невеста, как бы чего… – продолжал он. – Разговоры пойдут, всякая трепотня – и Игорю обидно, и девице стыдно, ну, зачем? Поезжай, от греха подальше.

– Ну, ночью же я не поеду, – неохотно обронил Ростислав. – И так кони заморились, да и кмети мои не железные. Ночь переночуем и поедем.

– До зари бы тебе выехать, а княжна рано не встанет, дело девичье – на перинах валяться. Перины знатные с собой везут, такое приданое – обзавидуешься! Видно, что князь Вячеслав не бедно живет! – Почти успокоившись, боярин Переяр улыбнулся.

– До зари уеду. Я и сам ее видеть не хочу. Перины, может, хорошие, а сама-то… – Ростислав замолчал, чтобы не ругать невесту брата. – Дай Бог им счастья. А все-таки неладно выходит. Брат двоюродный – а я на свадьбе не буду, хуже чужого.

– Повидаешься с князем Игорем – и будешь на свадьбе лучшим гостем.

Ростислав вздохнул и, не ответив, пошел в сени, куда уже пробежал мимо них тиун Тудор, делая приглашающие знаки. Поднятая от первого сна челядь по второму разу собирала на стол, Ростиславовы кмети умывались у конской колоды и рассаживались за столы.

– Помни, что я говорил, не смущай девицу! – убеждал боярин Переяр, придерживая Ростислава за плечо. – Поужинайте потихоньку, да спать, а утром и в дорогу!

– Да не учи, понял я! – Ростислав в досаде сбросил с плеча его руку. – Нужна мне ваша невеста, как собаке пятая нога!

Но известие о том, что здесь, в этом доме, находится княжна Прямислава Вячеславна, взволновало его гораздо больше, чем он хотел показать. За столом он сидел как чурбан, почти не ел, а кмети смеялись, что-де князь уже спит, только лечь забыл. А Ростислав был слишком потрясен, чтобы рассказать обо всем дружине и попросить у нее совета.

Там, где Прямислава Вячеславна, обязательно должна была быть послушница Крестя. Он помнил ее так хорошо, словно они расстались не пару месяцев назад, а вчера. Его смутные мечты еще когда-нибудь с ней увидеться были раньше несбыточными, а теперь вдруг стали явью! Для этого надо всего лишь подняться по лестнице и постучать в дверь.

И он знал, что ей скажет. Он чувствовал себя виноватым перед ней, и эта неожиданная возможность встречи наверняка была дана ему Богом для того, чтобы он сделал то, что должен.

Окончив ужин, его кмети расходились по избам городка, где взъерошенные и заспанные хозяева устраивали гостей на ночь. Ростислав тронул за плечо Звоняту:

– Звонята, слышь! Тут наверху – туровская княжна, ее везут замуж за Игоря галицкого. Переяр Гостилич везет.

– Да ты че? – Звонята вытаращил глаза.

– Тихо, не ори.

– Ничего себе – не ори! Перехватил, стало быть, Игорь у нас невесту?

– Говорят, еще весной он с Вячеславом туровским сговорился, потому Вячеслав ее и забрал из монастыря.

– Ха! А мы, стало быть, ее везли, как дураки, чтобы для Игоря спасти и доставить? Чего же Игорь сам-то не поехал?

– Почему же Вячеслав туровский у отца моего помощи просил, а не у Игоря… Стой, его же новости в Галиче застали! – вспомнил Ростислав. – Значит, он тогда Игорю и пообещал: поможешь Туров отбить, заберу у Юрия дочь и тебе отдам… Только что же он отцу-то ничего про этот уговор не сказал?

– Обманул, старый черт! – хмыкнул Звонята. – Вот и верь после этого людям…

– Ладно, что теперь болтать! Поди наверх, стукни там в дверь, позови Крестю. Помнишь?

– Еще бы! – Звонята усмехнулся, вспомнив красивую стройную девушку в линялом подряснике, с которой Ростислав Володаревич в той поездке почти не сводил глаз. – Сейчас доставлю.

– Ты не очень шуми, весь терем будить не надо.

– Не дурак, понимаю! Чтой-то Переяр Гостилич нас изволит разглядывать? – Звонята кивнул на свата, который внимательно наблюдал за ними из дверей.

– Шел бы ты спать, боярин! – с чувством пожелал ему Ростислав. – Самому же завтра в дорогу, чего маешься? Помню я уговор, помню! – заверил он, понимая, о чем тот беспокоится. – Говорю же, не нужна мне ваша невеста, истинный крест! – И он с готовностью перекрестился.

Взяв Звоняту за плечо, Ростислав вместе с ним вышел из сеней, якобы направляясь спать в ближайшую избу, но на крыльце остановился и сделал холопу знак не запирать. Тот прикрыл дверь, погремел засовом и отошел.

Ростислав и Звонята подождали немного. Через некоторое время дверь опять приоткрылась: догадливый холоп подождал, когда бдительный Переяр Гостилич уйдет.

На цыпочках пробравшись через сени, оба остановились возле лестницы, ведущей наверх. Звонята стал подниматься, и тут наверху тихо заскрипела дверь. Впотьмах мелькнула стройная девичья фигура в белой рубахе; у Ростислава стукнуло сердце, но Звонята, уже почти поднявшийся, увидел совсем незнакомую девушку.

– Вот так русалка! – Он тихонько присвистнул, разглядывая красавицу с длинной русой косой. – По ночам бродишь, одиноких парней соблазняешь? Ну, вот он я, соблазняй, не жалко! – Он усмехнулся и встал на узкой площадке верхних сеней почти вплотную к девушке, которая при виде незнакомого мужчины подалась назад и прижалась к двери горницы.

– Сам ты русалка! – безбоязненно ответила Забела. По очертаниям смутно видной в темноте фигуры и по голосу она распознала, что ее собеседник молод и боек. – Кто тут бродит, как домовой? К чему подбираешься? Смотри, людей позову!

– А ты кто такая?

– А ты кто такой?

– Я – Звонибор Предиборич, отец мой был кормильцем князя Ростислава Володаревича! – не без гордости ответил «домовой» и приосанился в темноте.

– Ростислава Володаревича! – ахнула девушка. – Ты не от него ли?

– От него! – с важностью ответил Звонята и, пользуясь случаем, подошел поближе. – У вас там в горницах есть такая девица, Крестей зовут? Ну, Кристина, послушница из Апраксина монастыря?