Империя полураспада - Александр Холин

– Вон кто-то лезет, – пальцем показал Знатнов в сторону лестницы. – Уже близко.

Мальчик подошёл к краю лестничной платформы и посмотрел вниз.

– Осторожно! Снизу выстрелить могут!

– Ничего, – улыбнулся малец. – Мне не привыкать. Пока короб поднимется, мы уже будем далеко. Пойдём, болярин.

Мальчик сделал знак рукой и направился туда, откуда пришёл. Одеждой он ничем не отличался от обычных городских мальчишек: клетчатая ковбойка, джинсы и кроссовки. Вот разве что соломенное сомбреро, болтающееся за спиной, было его отличительным знаком.

Александр Викторович шагнул за ним. Правда, плохо ещё верилось в подоспевшее ко времени спасение, но ведь мальчик каким-то образом проник сюда? Не сквозь стены же он просочился! И как мог от внимания Знатнова ускользнуть проход между скалами? Этого просто быть не может! Однако мальчик подошёл к базальтовой стене и та перед ним начала открываться, словно вращалась дверь вокруг собственной оси.

– Прям, как в кино, – пробормотал Знатнов.

– Это не кино, – обернулся к нему мальчик. – Это действительность. А чужие пусть себе бесятся, ну их.

Мальчик шагнул в открывшееся пространство, и в руке у него тут же загорелся яркий маленький фонарик. Впрочем, это был небольшой прозрачный камень пирамидальной формы, испускающий ровный холодный свет. Ни дать, ни взять – кристалл Алатырь-камня.^[26]

Александр Викторович поспешил вслед за мальчуганом, так как оставаться и продолжать знакомство с «охотниками» ему явно не хотелось. Он ступил в проход и обернулся. Над металлической лестничной площадкой только что показалось днище поднимающегося короба. Но посмотреть, кто влез на площадку Знатнов не успел, потому что скала снова повернулась на своей оси и закрыла вход в покинутый им забой.

Судя по всему, вырубка породы там велась совсем в другом направлении. Пускай себе ищут! Может, им повезёт когда-нибудь и «охотники» наткнутся на подземный проход, по которому его увёл мальчик. Но куда преследователи попадут и попадут ли вообще – это ещё бабушка надвое сказала.

Тем временем новоявленный проводник молча шагал впереди, освещая дорогу своим люминесцентным фонариком. Может быть, у этих подземных жителей так было принято, но у Знатнова на языке вертелось тысяча вопросов, только с вопросами лезть к проводнику сейчас было не время.

Проход значительно расширился. Александр Викторович с любопытством оглядывал подземные залы, сквозь которые они с мальчиком следовали, как по улицам до боли знакомого города. Вообще-то, пещерный город мог быть знаком только проводнику, а Знатнов осматривал всё, как приехавший в первый раз в Индию европеец.

Температура в пещерных залах была устойчивая и не слишком низкая, поэтому мечтать о шубе и валенках не приходилось. Здесь под необычным кристаллическим светом сталагмиты, сталактиты и даже скальные бока подземелья сверкали разномастным радужным цветом. Невольно вспомнилось сказание о «Хозяйке Медной горы», живущей в таких вот живописных удивительных залах. Только на этот раз из сказки к нему пожаловал маленький хозяин, которому он обязан своим чудесным спасением. Но если Хозяйка Медной горы принадлежала к Чуди, то мальчик-проводник был русский. Более того, он смахивал на современного подростка, с московским говором.

Искромётное поблескивание скальных граней и снопы разбегающихся световых отражений на растущем из пола ледяном сталагмите поражали воображение. А некоторые сталактиты умели «глотать» свет и начинали сами полыхать изнутри всеми цветами радуги. Эта какофония красок дополнялась удивительным холодным ровным, то взлетающим, то падающим пещерным ароматом утреннего морского бриза, разносившимся по залам в притоках свежего воздуха. Невольное, но удивительное, путешествие по пещерам доставило Знатнову истинное удовольствие.

Вскоре они вышли к подземному озеру. Это было для гостя ещё одним откровением. Он и раньше, конечно, слыхал о подземных источниках, даже реках и морях, но чтобы самому увидеть в пещере целое спокойное и глубокое озеро – это было нечто! Мальчик заметил восторженный взгляд своего спутника и усмехнулся совсем по-взрослому.

– Это озеро – кульминация Кунгурской пещеры, – пояснил он. – А вон там, возле грота, под водой настоящий кочь.

– Что? – не понял Знатнов.

– Кочь, поморская лодка. Он здесь на дне с незапамятных времён. Однако не сгнил и не собирается. Когда туристов приводят сюда, всем показывают именно это место.

– Зачем? – опять не понял Александр Викторович.

– Эх, болярин, – улыбнулся мальчик. – Чужие пробуют доказать всем и себе самим, что нашли путь к нам. Для них это важно, как место под солнцем.

– А вы что же, – осторожно спросил Знатнов, – так в пещерах и живёте? Как в царстве гномов или в царстве Чуди, которая когда-то под землю ушла?

– Не-а, – замотал головой мальчик. – Скоро увидишь.

Он подошёл к скалистой стене, поднимающейся круто из озера, и открыл такую же базальтовую дверь, вращающуюся на крепкой, вделанной в скалу оси. Только за этой скальной дверью никакого коридора не было. Там, как в потайном гараже, их ждала крепкая просмолённая лодка. Знатнов уже ничему не удивлялся, но предложил мальчику сесть на корму к рулю, а сам уселся за вёсла. Его спаситель не возражал, сказал только:

– Сильно не греби. Плыть не очень далеко, но по разным ходам. Тут у нас настоящий подземный лабиринт, только Минотавра не хватает.

– А зря, – подхватил Александр Викторович. – Если никакого Цербера нет, то небольшой цепной Минотаврик очень даже не помешал бы.

– И объявление для туристов, – расхохотался малец. – «Осторожно! В озере злой Минотавр!»

– Хотя бы и так! – согласился Знатнов. – Чтобы неповадно было кое-кому охоту на людей устраивать.

– И то верно. Только мы справляемся пока сами. Ведь нас уж сколько веков ищут, и здесь, и на Алтае.

– Там что, тоже подземные жители?

– Да не подземные мы, – досадливо отмахнулся мальчик. – Всё чин-чинарём, скоро сам увидишь.

Диалог на этом пока закончился, потому что мальчик внимательно вглядывался в скальные своды, склонившиеся над гладью озера. Видимо, там были какие-то потаённые отметины или придорожные вехи, по которым путники находят дорогу.

Светящийся кристалл исправно разгонял темноту подземелья, только одного такого светильника было маловато для всё расширяющихся сводов, гротов, галерей и просто узеньких коридоров. Кристаллу приходила на помощь вода подземного озера. Вернее, мох и водоросли, растущие на дне. Эти растения, так же как и сталагмиты, впитывали свет и тут же его возвращали, но с удесятерённой силой. Поэтому дно вокруг лодки тоже светилось, помогая рассмотреть выбитые на базальтовых сводах путеводные знаки.

Вдруг за одним из поворотов вспыхнул яркий свет. Знатнов почувствовал его каждой клеточкой тела и оглянулся. Вдалеке, в конце очередного коридора показалось отверстие – выход из подземелья во внешний мир. Причём, свет показался настолько ярким, что Александру Викторовичу вспомнилась байка про троих друзей – пессимиста, оптимиста и реалиста. «Этот тоннель никогда не кончится», – сказал первый; «Свет в конце тоннеля – это дверь в счастливое будущее», – отметил второй; а третий усмехнулся и покачал головой: «Это прожектор паровоза, мчащегося нам навстречу!».