Меровинги. Король Австразии - Ольга Крючкова

– Эйнар, ты помнишь старинный торквес, доставшийся мне от матери?

– Помню, конечно. А что, тебе удалось вернуть его?

– Увы… Но именно это и намереваюсь сделать. Напомни: когда мы с тобой покинули Суассон, то первое время двигались ведь в сторону долины Эны, так?

– Верно, – квнул Эйнар.

– Просто слишком уж много лет прошло с тех пор, боюсь ошибиться. Да и людей не хочется обижать понапрасну… Возможно, в тех краях появились ныне и другие селения – как бы не перепутать! Вот и решил попросить тебя составить мне компанию и помочь найти верную дорогу. Ты как, не против?

– О, Теодорих! Буду счастлив оправдать твое доверие!

На рассвете кортеж Теодориха, увеличившийся на одного человека, двинулся в путь.

* * *

– А вот и холмы Эны! – воскликнул Эйнар первым. – Нет, все-таки невозможно забыть место, где тебя бессовестно обокрали и ни за что ни про что унизили!

– Да, я тоже припоминаю здешние места, – откликнулся Теодорих. – Хотя они и здорово изменились.

Вскоре впереди показалось селение, но друзьям оно показалось незнакомым.

– Может, отстроилось совсем недавно, – предположил Эйнар. – Но заехать, думаю, стоит. Чтобы выяснить у местного дефенсора о соседних селениях, которые существуют тут уже более десяти лет.

Теодорих согласился:

– Пожалуй, ты прав.

Селение, к которому они приблизились, было обнесено одним лишь плетнем: сказывалась близость Суассона и Лютеции – под защитой короля в здешних краях царило спокойствие. Навстречу, сгорбившись под тяжелой охапкой хвороста, шел по дороге старик. Завидев богатых господ, он скинул с себя перевязанную пеньковой веревкой ношу и поклонился почти до земли.

Отделившись от кортежа, Эйнар направил лошадь прямо к нему.

– Скажи-ка, старик, будь добр, – он извлек из напоясного кошеля медный денье, – как давно ты живешь в этих местах?

– Да почитай всю жизнь, добрый господин, – ответил старик, жадно поглядывая на зажатую в руке всадника монету.

– Тогда не помнишь ли ты стоявшее где-то здесь лет десять назад селение, которым управлял обиравший путников дефенсор по имени… Датис… Или Думрис… А, вспомнил! Давис!

– Был, был такой дефенсор, как не помнить, – услужливо затряс головой старик. – Да только убили его уж пять лет тому как… Нехороший был человек, корыстный… А вот сын его, Малистар, нечета отцу: честный и справедливый. Теперь он у нас правитель. И жена у него, Теса, красавица.

– Держи, отец, – Эйнар бросил монетку к ногам старика.

– Благослови тебя Господь, благородный господин, – снова низко поклонился селянин, заодно подобрав с земли награду.

– Так как, говоришь, добраться до селения, где правит справедливый Малистар?

– Сперва езжайте прямо, господин, а от развилки сверните направо, на старую римскую дорогу. Там и увидите нужное вам селение…

* * *

Старая римская дорога и впрямь привела кортеж к тому самому селению, где много лет назад Теодориха и Эйнара не только обокрали, но даже пытались обратить в рабов. Селение было окружено все той же каменной стеной, возведенной, видимо, еще в эпоху Авиты. Правда, бросалось в глаза, что время от времени ее все-таки латали: камни в кладке заметно отличались по цвету и способу обработки.

Изумленные видом богатого кортежа стражники без лишних вопросов распахнули ворота настежь и учтиво поклонились всадникам. На улицу высыпали любопытствующие селяне, преимущественно дети и молодежь.

Теодорих и Эйнар спешились и огляделись. В сопровождении нескольких стражников к ним уже приближался статный мужчина средних лет. Подойдя, он вежливо поклонился и представился:

– Приветствую вас, благородные господа. Я – дефенсор селения Малистар. Чем могу быть полезен?

Теодорих внимательно оглядел его: высок, хорошо сложен, приятное располагающее лицо, честный открытый взгляд. «Что ж, тем легче, надеюсь, сложится наша беседа», – удовлетворенно полумал он, а вслух сказал:

– Я регент и военачальник Ахенского домена. Имею к вам весьма деликатный разговор.

Малистар удивился: действительно, штандарт кортежа изображал орла, что само по себе свидетельствовало о важном статусе гостя.

– Вы хотите сказать, что прибыли сюда исключительно для встречи со мной? – недоуменно спросил он.

– В каком-то смысле: да, – подтвердил Теодорих. – Так вы соблаговолите принять нас?

– Прошу в мой дом, – дефенсор изобразил широкий приглашающий жест и вновь поклонился. – О вашем кортеже тоже позаботятся, не извольте беспокоиться. Мы – люди гостеприимные.

«Чего не скажешь о твоем покойном отце», – подумал Теодорих, незамедлительно последовав за хозяином селения.

Теодорих и Эйнар расположились на длинной скамье за деревянным столом и осмотрелись. Обстановка в доме дефенсора была предельно простой, почти крестьянской. Единственную роскошь представляли собой разве что резные полки для посуды да покрытый пестрым домотканым ковриком кованный добротный сундук в углу. Малистар расположился напротив гостей. Его жена Теса, действительно очень красивая женщина, судя по всему, франкских кровей, выставила на стол вино, медовые лепешки и огромное блюдо маседуана[79], после чего тоже присоединилась к гостям.

Эйнар, ничуть не утративший за истекшие года своего завидного аппетита, тотчас с жадностью накинулся на угощения, а Теодорих, застыв, уставился на Тесу. Малистар, перехватив взгляд гостя, истолковал его по-своему, в связи с чем счел нужным строго напомнить:

– Это моя жена, господин регент.

Теодорих взглянул на него с удивлением.

– Вы меня неправильно поняли, господин дефенсор. Мое внимание привлек всего лишь торквес на шее вашей жены.

– Подарок моего отца, – пояснил дефенсор, успокаиваясь.

– Вот уж не думал, что найду его столь быстро… – задумчиво произнес Теодорих, вновь переводя взгляд на Тесу.

– Простите, но что вы хотите этим сказать? – озадачился Малистар.

– Дело в том, что сей торквес принадлежал моей матери. Просто однажды я и мой друг, – Теодорих указал на Эйнара, – будучи еще очень юными, имели неосторожность следовать через здешние места…

– Не продолжайте! – перебил его дефенсор, заливаясь краской. – Я уже обо всем догадался. Теса! – обратился он к жене. – Сними украшение и отдай его нашему гостю.

Женщина однако воспротивилась:

– Чего ради?! Я ношу его уже много лет! А если каждый путник будет посещать наш дом и утверждать, что ту или иную вещь у него насильно отнял когда-то твой отец, мы так и нищими можем остаться!

– Что на это скажете? – повернулся дефенсор к гостям. – Как ни крути, а моя жена отчасти права…