Без пощады - Майн Рид

Кобчик Сабрины случайно уселся на загривке лошади ее сестры. Делая вид, что любуется «интересной птичкой», принц впивался глазами не в птицу, а в лицо Веги, и выходило так, что его похвала относится именно к ней самой, тем более, что принц произнес свою похвалу пониженным тоном, чтобы не быть услышанным Сабриной. Та, впрочем, все равно не слушала его, потому что в это время была занята разговором с Реджинальдом Тревором.

— Да, он очень ловок, — сказала Вега, одним пальцем поглаживая крылья кобчика и как будто не замечая назойливых взглядов принца. — В несколько мгновений укладывает любую птицу, на которую бывает выпущен.

— Ах, — вздыхал Руперт, — очевидно, он так же опасен для жаворонков и куропаток, как и его хозяйка для бедных мужчин! Этот кобчик тоже ваш, мисс?

— Нет, ваше высочество, — ответила Вега, стараясь подавить неудовольствие, причиненное ей его тяжелым, пошлым комплиментом. — Кобчик принадлежит моей сестре. Мои только соколы.

— Счастливые соколы! — подхватил принц с новым вздохом. — Как бы я желал быть одним из вас! — обратился он уже прямо к птицам, смирно сидевшим под клобучками у девушки на руке. — Я готов бы целый век просидеть на цепи, лишь бы по временам удостоиться ласки нежной ручки вашей прекрасной хозяйки. Ах, как сладка должна быть эта ласка!

Это было уже прямой дерзостью, и Вега до корней своих золотистых волос вспыхнула от негодования. Ей хотелось бы как следует осадить этого блестящего нахала, но она вспомнила о предостережении сестры и сдержалась. Однако оставить совсем без возражения такие бесцеремонные выходки — значило поощрять их, и молодая девушка ответила, стараясь говорить по возможности спокойнее:

— Простите, ваше высочество, мы, провинциалки, не привыкли к тому языку, который, очевидно, предназначен для придворных дам.

Как ни был испорчен этот немецкий принц, но и он испытал некоторый стыд, получив такой отпор со стороны девушки, а негодующий взгляд, которым она сопровождала свои слова, окатил его точно холодной водой. Поняв, что с этой «пикантной блондинкой» надо действовать иначе, чем он привык обращаться с женщинами, принц скрыл свое смущение смехом и с искусственной веселостью проговорил уже другим тоном:

— Ах, уважаемая мисс, не сердитесь на наш язык. Он так же, как и наш меч, часто рубит без разбора. Сознаю это и извиняюсь. Клянусь вам, что у меня не было ни малейшего намерения оскорбить вас.

Извиниться было нелегкой задачей для такого избалованного человека, но он покорился этой горькой необходимости в надежде на то, что в ближайшем будущем сторицей вознаградит себя за минутное унижение, когда эта «задорная девочка» будет в его власти. Изменив тактику, он с чувством превосходства заговорил так громко, что мог быть услышан всеми присутствующими:

— Мисс, я приехал сюда с целью посетить вашего почтенного родителя, к которому у меня есть дело. Он, наверное, у себя дома? Может быть, вы позволите мне проводить вас домой и познакомите меня с мистером Поуэлем, которого до сих пор, к сожалению, я знаю только понаслышке. Если же вы найдете это почему-либо неудобным, то позвольте мне тут же распроститься с вами и поблагодарить за любезный прием.

— Ваше высочество, — отозвалась Сабрина, — нашего отца нет дома.

— А! — воскликнул принц, чувствуя некоторое разочарование и вместе с тем удовольствие. — Как жаль. Но, может быть, ваш почтенный родитель скоро возвратится?

— Не могу вам сказать, ваше высочество; он не определил дня своего возвращения.

— Да?.. А не могу ли я узнать, где именно он находится? Извините, что я так настаиваю, но мне необходимо это знать.

— Он находится в Глостере, — поспешила ответить Сабрина, радуясь случаю намекнуть принцу, что ее отец в безопасности от него.

— В Глостере? Ну, в таком случае он, наверное, скоро вернется. Не будет же он там долго задерживаться вдали от своего дома и семьи. Обождем его… Тревор, — обратился он к Реджинальду, — мы вынуждены здесь переночевать… Поверьте, мисс, — снова обернулся он к дамам, — мне очень совестно за такую навязчивость, и не только за себя лично, но и за мой конвой, стоянка которого здесь едва ли доставит вам удовольствие. Я понимаю это, но ручаюсь, что мои солдаты будут вести себя тихо и прилично; а если они подадут кому-либо хотя малейший повод к жалобе, виновные будут мною строго наказаны.

Девушки обомлели: то, чего они так опасались при виде незваных гостей, действительно случилось. Не стесняясь отсутствием хозяина дома, принц желает остаться в этом доме, следовательно, они всецело во власти этого человека!

Но, собрав всю силу воли, старшая сестра постаралась уверить принца, что Холлимид будет очень счастлив пребыванием в нем такого высокого гостя, и пригласила его пожаловать в дом. Дорогой она ухитрилась шепнуть сестре:

— Не унывай, Вегочка, и постарайся сдерживаться. Все будет зависеть от твоего поведения. Помни, что с волками нужно и выть по-волчьи.

— Капитан Тревор, — распоряжался между тем принц, — скажите Ленсфорду от моего имени, чтобы он привел весь отряд сюда к дому.

— Боже мой, и Ленсфорд здесь! — чуть не вслух воскликнула Сабрина.

К счастью, никто кроме сестры не услыхал этого восклицания, и она добавила ей уже шепотом:

— Да, мы действительно среди волков.

У крыльца, ловко соскочив со своего коня, принц очень галантно помог и дамам сойти с лошадей.

Когда девушки скрылись в доме, извинившись перед гостем, что они должны сделать кое-какие распоряжения по хозяйству, он остался на месте и с видимым нетерпением стал поджидать приближения отряда. С той минуты, как он услыхал, что владельца Холлимида нет дома, им овладела какая-то беспокойная мысль.

Лишь только офицер, ведший эскорт, подъехал достаточно близко, принц сделал ему знак прибавить шагу. Этот офицер был