Вороная - Анна Рыжак

Но вот что я думаю. Изначально Бог нам дает все по силам, то, что мы точно сможем вынести. Все, что тебе готовит жизнь, нужно отважно и смело пройти и к старости стать лучше, добрее, умнее, мягче. Я верю в путешествие души. У моего ангелочка Полиночки был короткий путь, но при этом у нее было и свое предназначение. Люди говорят, что дети выбирают нас, высматривают своих родителей, сидя на облаках. Осмелюсь предположить, она пришла, чтобы проверить нас с Ларисой.

Теперь в каждом ребенке я вижу свою Полинку, и мне хочется принести ту радость, которая не досталась ей из-за моей погони за деньгами и положением в обществе. Особенно хочется помочь им выздороветь, если это в моих силах. Ведь я когда-то не успел помочь своей дочери, — Володя поставил пустую чашку на стол и взял Зою за руку, которая сидела в оцепенении. По щеке покатилась одинокая слезинка.

— Не плачь, — он смахнул ее большим пальцем. — Ее ждет новое путешествие, и, надеюсь, с более ответственными родителями.

Вечер прошел в длинных душевных разговорах, они и не заметили, как стрелки часов перевалили за одиннадцать вечера.

— Ой, общежитие уже закрыли! — Зоя с тревогой взглянула на часы.

— Оставайся ночевать у меня. Я постелю тебе на своей кровати в комнате, а сам лягу на кухне. Завтра утром съездим навестить девочку, для которой я сделал брошку.

Володя выдал ей чистую клетчатую рубашку, ушел на кухню и закрыл за собой дверь со стеклянной вставкой.

Постель Володи пахла одеколоном и цветочным мылом. Но Зоя долго ворочалась. Смесь горечи, жалости и нежности затопила ее сердце. Она не могла уснуть из-за мыслей, что и с хорошими людьми иногда случаются плохие вещи. Ей нестерпимо захотелось посмотреть на него.

Она встала с кровати и прокралась по темному коридору на кухню, ступая босыми ногами по зеленым дорожкам. Стол был пододвинут к окну, и Володя сопел на матрасе, наспех брошенном на пол. Она оперлась на косяк и смотрела на его светлое, доброе лицо. На мгновение ей показалось, что он улыбнулся во сне.

«Так вот почему тебя все называют золотым человеком…»

Она подошла на носочках к нему и, свернувшись клубком, легла рядом, уткнувшись носом в белую майку. Володя сквозь сон положил на нее большую ручищу и прижал к себе. А потом тихо сказал ей, не открывая глаз:

— Знаешь, я давно хотел сказать тебе…

Щеки Зои вспыхнули от приближающегося объяснения в любви.

— Точнее, хотел спросить, но все никак не решался. Понимаешь, дело очень деликатное. Ты должна понимать, что мне неловко! Помнишь, как у Паустовского: «Ночью люди говорят то, что никогда не скажут днем», — он все еще лежал с закрытыми глазами, тихо хихикая. — Так вот, эта мысль не давала мне долгое время покоя, но теперь, когда мы понимаем друг друга с полуслова, я все-таки готов спросить тебя напрямую…

— Я тебя слушаю…

— Ты можешь научить меня шить мужские пальто?

Глава 28. Бабочка на кофточке и в животе

Москва, 1985

— Что? — Зоя сначала не поняла вопрос, она привстала на локте и растерянно хлопала глазами.

— Ты же швея-закройщица. Можешь научить меня кроить и шить?

— Но… ведь ты — химик.

— И? — он открыл глаза и продолжил, посмеиваясь, — понимаешь, я чувствую в себе творческий потенциал и давно вынашиваю эту идею. Вдруг мне встретилась ты, девушка, которая умеет превосходно шить.

— Признайся, ты начал ухаживать за мной только из-за этого, — ткнула она его коленом в бок.

— А ты догадливая… — он блаженно улыбнулся и притянул ее к себе. — Давай будем спать, завтра много дел.

Зоя легла на его плечо, но уснуть смогла не сразу. Некоторое время она тряслась от беззвучного смеха, ведь услышала совсем не то, что ожидала.

— Научу, — сказала, уже проваливаясь в сон.

***

Володя оплатил покупку в аптеке, и они вышли с большой бумажной упаковкой, наполненной бинтами.

— Мы идем к ребенку-бабочке, — его лицо было напряженным.

— Звучит красиво и романтично, — Зоя беззаботно размахивала сумочкой и рассматривала старинные столичные дома.

— Если бы! Анжелика страдает тяжелейшим неизлечимым заболеванием. Знаешь, почему оно так называется? — и не дожидаясь ответа, продолжил. — Представь, ты проводишь пальцем по крылу бабочки, с него немедленно стирается тончайшее покрытие пыльцы. Так? То же самое и с Анжеликой — если до нее дотронуться, ее кожа моментально начнет слезать. Любое прикосновение приводит к отслойке и образованию болезненных волдырей и язв.

Зоя округлила глаза — она никогда раньше не слышала об этом.

— Неужели такое бывает? Бедное дитя!

— Да, я и сам только недавно узнал о нем. Буквально несколько недель назад, когда ко мне обратилась коллега с завода. Она мне рассказала, что у детей-бабочек на теле много открытых ран, которые возникают из-за падения или любого трения. Поэтому я не стал делать для нее цепочку и кулон, чтобы они не натирали шею. У нее даже от ходьбы на ногах болячки. В эти раны легко попадает инфекция, и возникает воспаление. Поэтому таким детям приходится всю жизнь бинтовать буквально все свое тело, как бы заменяя тканью собственную кожу, — Володя в подтверждение сказанному потряс бумажной аптечной упаковкой.

Они вошли в обычную серую пятиэтажку и позвонили в квартиру на третьем этаже. Зое стало не по себе, она сжала рукав Володи.

Дверь открыла женщина средних лет. Она при них завязывала русые волосы в хвост.

— Ой, Владимир Николаевич, здравствуйте, — вид у нее был растерянный, — совсем забыла, что вы зайдете! У нас с утра столько забот, обработка ран и многочасовое наложение свежих повязок. Ваш визит совершенно вылетел из головы! Проходите-проходите!

— Здравствуйте, Вера.

Они остановились у двери, и Володя протянул хозяйке перевязочные материалы и конвертик с деньгами.

— Это вам.

Пока Вера рассыпалась в благодарностях, из-за угла выглянула невысокая девочка лет пяти с невообразимыми космическими глазами синего цвета и двумя русыми хвостиками. Кожа была только на ее лице и шее, все остальное тело покрывали язвы и волдыри, выглядывающие кое-где из-под бинтов. Она улыбнулась и помахала очень худой ручонкой со сросшимися из-за отсутствия кожи пальцами. От увиденного сердце Зои треснуло прямо по середине.

— Не бойтесь. Это совершенно нормальный ребенок. С ней нужно просто аккуратно обращаться, — сказала Вера, стесняясь своего домашнего вида. — Поздороваться за руку с ней нельзя, но зато можно поболтать, Анжелика читает очень много книг. Правда, Ангел?

Дочь кивнула в ответ.

Володя и Зоя прошли в детскую комнату.

— Привет! Посмотри, что мы с тетей Зоей