Королева Карибов - Эмилио Сальгари

В тот же миг ослепительная молния разорвала темноту, осветив пиратское судно и приближающийся к нему тяжелый фрегат.

Черный Корсар и фламандский герцог увидели друг друга. Оба вели свои корабли; у обоих был одинаково страшный взгляд.

Этот синеватый свет длился не более секунды, но его было достаточно, чтобы два непримиримых врага обменялись взглядами и, наверное, поняли друг друга.

— Огонь! — крикнул Корсар.

— Огонь! — завопил фламандец.

Оба корабля одновременно озарились огнем и окутались пороховым дымом. И сражение началось. Среди бури, среди смешения воды и огня, сражение страшное, без пощады.

Тяжелый фрегат казался вулканом: его батареи беспрерывно извергали потоки огня, ураган снарядов и картечи. Но и пиратское судно не дремало. Его пушки гремели с дьявольской силой, и снаряды не тратились зря.

Удары волн швыряли и раскачивали корабли; они поднимали и бросали их среди валов, как перышко; они заливали палубы, сметая все на своем пути и грозя расплющить о борта людей. Вода врывалась в отверстия портов и заливала батареи, она текла под ногами канониров. Но что с того? Два корабля неистово неслись один навстречу другому, горя от нетерпения уничтожить друг друга и утопить в пучине своего врага.

Черный Корсар и старый фламандец вели их. А эти два человека готовы были отправить всех на дно, лишь бы дать исход своей страшной ненависти. Их мощные голоса гремели без перерыва среди рева бури и грохота орудий:

— Огонь!..

— Огонь!..

При каждой вспышке, которая разрывала темноту, они впивались друг в друга взглядами, горящими от ненависти. Они жадно искали друг друга, словно боясь во мраке и буре потерять своего врага.

Да, старый фламандец отнюдь не хотел уклониться от схватки, он тоже стремился к ней. С седыми волосами, развевающимися по ветру, с горящими глазами, он так же твердо, как и Корсар, стоял, вцепившись руками в штурвал.

— Ты видишь его? — спросил Кармо у гамбуржца после новой вспышки.

— Да, — ответил Ван Штиллер.

— Я бы сказал, это адский дух.

— За спиной которого смерть.

— Что собираются сделать эти два человека?

— Они отправят нас всех на дно.

— Я уже поручил свою душу Богу.

— Но мы не покинем Корсара.

— Нет, друг Штиллер, что бы ни случилось. И если этот зловещий старик доберется до нас, он дорого заплатит за нашу жизнь. Эй, Моко!

— Что тебе, белый кум? — откликнулся негр.

— Следи за хозяином.

— Я его не оставлю даже во время абордажа.

— Береги его от герцога.

Негр лишь поднял в ответ свой тяжелый топор, поигрывая им, словно легкой соломинкой.

— Это для него, — сказал он. — Я отомщу за хозяина.

Тем временем оба корабля продолжали свой безумный бег, яростно обстреливая друг друга из пушек. Снаряды падали повсюду, разбивая фальшборт, ломая реи, разрывая снасти, поражая канониров и стрелков. Казалось, что волны несут корабли друг на друга, словно торопясь поглотить их обломки.

Огромный фрегат, более тяжелый и не такой маневренный, страшно кренился, грозя опрокинуться каждый раз; «Молниеносный» же летел на гребнях волн, словно огромная морская птица, гремя безостановочно своими орудиями, окутанный дымом и огнем.

Уже два раза он давал бортовые залпы, сметая все с палубы фрегата и нанося тяжелые потери аркебузирам, собравшимся на палубе. Его пушки разбили бушприт, разрушили полуют и в нескольких местах пробили борта фрегата. Сам же он отделывался пока менее тяжкими повреждениями.

Уже находясь в ста футах друг от друга, одновременно поднятые вдруг гигантской волной, они дали два страшных бортовых залпа почти в упор. Эффект был ужасен для обоих. Фок-мачта пиратского корабля, разломившись на высоте марса, обрушилась на палубу, увлекая в падении и верхушку грот-мачты, при этом страшно накренив корабль. Фрегат же был буквально выбрит лавиной свинца и железа, сделавшись голым, как понтон.

Страшные вопли сопровождали эти залпы. Они означали конец обоих кораблей.

— Нам ничего не остается, как умереть на палубе вражеского корабля, — сказал Кармо. — Здесь кончит Черный Корсар.

Но он ошибался: еще не все было кончено. Крутым поворотом руля капитан снова поднял свой корабль и, воспользовавшись сильным порывом ветра, бросил его на фрегат, который потерял управление. Среди криков ужаса испанцев и последних выстрелов орудий, его голос загремел мощно, как всегда:

— Вперед, морские волки!.. На абордаж!..

Волна приподняла его корабль и толкнула на вражеское судно. Нос «Молниеносного», острый, как волнорез, воткнулся в левый борт фрегата и, проделав огромную брешь, застрял в нем.

А Корсар уже оставил штурвал и кинулся туда со шпагой в руке.

— Ко мне, морские волки! — кричал он.

Оставшиеся в живых флибустьеры сбегались к нему со всех сторон, изрыгая проклятия и вопя, как дьяволы. Видя, что фрегат, почти перерезанный надвое бушпритом «Молниеносного», вот-вот затонет, они беспорядочно обрушились на испанцев, убивая их среди мачт и рей, упавших на палубу.

Ревущие волны заливали палубы, шипя и разбиваясь среди снастей и ног сражающихся, среди треска и толчков, которым подвергались оба корабля, но никто не обращал на это внимания. Завязалась отчаянная схватка: бились шпагами, саблями, топорами и пистолетами.

Испанцы не сдавались и приготовились дорого продать свою жизнь. В два раза более многочисленные, чем корсары, они оказали яростное сопротивление, образовав настоящую стену, ощетинившуюся оружием, о которую разбивались самые отчаянные атаки.

Никакие усилия Черного Корсара не могли преодолеть это препятствие. Его шпага поражала без остановки, но на месте каждого упавшего в тот же миг появлялся другой, и этому, казалось, не будет конца.

— Вперед! — кричали пираты. — Вперед!

Морган во главе тридцати или сорока человек решил ударить с другого конца, чтобы прорваться на бак, где должен был находиться герцог, но и с этой стороны сопротивление было таким ожесточенным, что ему пришлось отступить на «Молниеносный».

В этот момент корсарский бриг внезапно оторвался от сцепленного с ним фрегата, и вода с адским шумом ворвалась сквозь огромную пробоину в трюм обреченного «испанца».

— Умрите все!.. — вдруг раздался громовой голос на его палубе.

Этот голос был так ужасен, что сражение приостановилось. Все замерли, глядя в одну точку.

Безумный старик с развевающимися волосами и длинной седой бородой появился на палубе фрегата. В одной руке он сжимал пистолет, а в другой — ярко пылающий на ветру факел.

— Умрите все! — повторил старик страшным голосом. — Корабль взорвется!