Нагна - Евгений Александрович Жиляев

много сделал ненужного, с непростыми теперь последствиями, которые меня еще преследуют, и очень не хочу повторения собственных ошибок кем-то иным. От этого мир только теряет, топчется на месте, вместо движения вперед, все это нужно пресекать, но для этого нужно много знать! – и Андрей улыбнулся, – тут поневоле станешь философом.

– Почему?

– Ты спрашиваешь почему? – точно не поверив своим ушам, весело переспросил мой друг, – дружище, неужели ты не видишь, как живут люди, какие здесь нравы и к чему все это ведет? Упадок и одурение – вот самые простые и подходящие слова, объясняющие направление и, в общем, итог их существования. Жажда власти правителей неуемна, а страдает от порочностей верхстоящих обычный люд. Скажи мне, что будет с той деревней? – спросил Андрей, кивнув головой в сторону ее расположения.

– Не знаю, а что? Наверно, как раньше жить не смогут – предположил я.

– Вот именно, что не смогут, а почему? Потому что забиты, думать им не дают и подсовывают всякую ерунду, которую они принимают за чистую монету. Несмотря на то, что жили по-доброму раньше, недоверие останется, а потом перейдет к детям и так далее. А теперь представь, что селение – это государство и очередной проходимец, подчинив их себе, своей воле, будет насаждать им идею, что соседи зуб на них точат, надо опередить и первыми нанести упреждающий удар, и понеслось…Не так ли?

– Возможно, но как-то мрачновато

– О, это еще без душераздирающих подробностей дележа военных трофеев! – с несвойственной моему другу жесткой импульсивностью заканчивал он свою мысль.

– Что-то ты сегодня горяч, Андрей! Не узнаю тебя!

– Я и говорю тебе, старое еще преследует меня, всплывают накопления. Подобные ситуации, реакция на них вскрывают самого человека – и засмеялся, на этот раз душевно, больше, наверно, на себя, обнаружив остатки старого Андрейки-разбойника. – Вот ты, Антон, больше молчишь, все думаешь, анализируешь – продолжил мой друг, – впитываешь и формируешь свое представление об этом мире. Ты уже многое понял, но не спешишь делать окончательные выводы. Это правильно! Пообщаешься с князем Глебом, вот тогда и будешь подытоживать свой опыт.

– А какой он, князь?

– Увидишь и сам поймешь, но одной встречи достаточно, чтобы многое в тебе изменилось.

Я непроизвольно пожал плечами и сконцентрировался на дороге. Пройдя довольно большое расстояние в тишине, решили сделать привал возле огромного старого дуба, раскинувшего свои ветви широко и могуче. Дерево еще издали впечатляло своими размерами и кажущимся господством над пространством. Я оглядывал окрестности, когда Андрей, подмигнув глазом, вставил пальцы в рот, свистнул очень громко, как говорится «по-молодецки», у меня в ушах зазвенело и весело стало на душе.

– Решил тряхнуть стариной – объяснил свой поступок Андрей, засмеявшись, – дай-ка еще разок повторю – и выдал зажигательную комбинацию.

Поднялся неожиданно ветер и все вокруг притихло.

– Ну, ты прям соловей-разбойник – пошутил я над другом.

– А-то – подмигнул он мне, – потом посмотрел на небо и в задумчивости проговорил – погода меняется, дождь будет.

– Может, свистнешь обратно, отбой дашь.

– Дружище, да ты шутить начинаешь – и громко засмеялся.

Появившиеся на небе тучи стремительно собирались в одну грозную силу, ветер дул не переставая, приминая высокую траву. Лес вдали загудел.

– Не будем никуда переходить – предложил Андрей, – здесь очень подходящее место, чтобы переждать непогоду.

И, не теряя ни секунды, быстро достал накидку из очень плотной ткани со словами «подарок от князя Брко, говорил, незаменимая вещь в походе, проверим…» накрывая себя и меня. Сделано все было вовремя, только мы уселись под накидкой, как хлынул проливной дождь.

– Что-то незамедлительно как-то – сказал я, видя перед собой сплошную стену воды.

– А ты хотел лагерь разбить, подготовиться, а потом хоть потоп? – ответил Андрей, – эх, дружище, и так здорово – тепло и относительно сухо!

Я с ним согласился, а подарок действительно оказался кстати.

– Андрей, давно хотел спросить – как это у тебя получается «колдовать», а?

– Ты про что?

– Да я про случай на дороге, и потом несколько раз замечал действие твоих способностей, честно скажу, поразительных!

– Знаешь, Антон, я не смогу тебе ответить на твой вопрос, сам не понимаю, как получается, просто в нужный момент нечто во мне включается и начинает жить самостоятельно. Чувство вроде того, что это ты сам, но одновременно другой. Мне еще предстоит во многом разобраться, впрочем, и тебе тоже. Многое каждому дано, но трудно до всего скрытого докопаться – и замолчал, – а вот подкрепиться не помешает – резко сменил тему Андрей, – у меня есть хлеб, а ты делись своим запасом, выкладывай что накрестьянствовал.

Шел дождь, а мы сидели и ели, настроение было замечательное, «поход на природу удался на славу»! Такой вывод был бы совсем полным, находясь мы в нашем мире, а не здесь, где опасность подстерегает на каждом шагу и неизвестность, которая не пугает, но давит своей неотвратимостью надвигающейся бури. Война между Кунавским и Сабровским княжеством в этот момент представилась почему-то очень отчетливо, везде полным ходом идет подготовка к «спектаклю смерти», разрушению, страданиям и горю. Приближение этого события к роковой черте неумолимо и его не остановить, вот где страшно – все понимаешь, но сделать ничего не можешь, чтобы предотвратить непоправимое. Атрофированное пороками сознание одного человека оказывается способным направить волю людей даже без их желания к убийству себе подобных. Но странное в другом – в безропотности большинства и смирении перед собственной гибелью, некой запрограммированности на такого рода действия. И все-таки, не может один человек такое проворачивать, выходит Радош не вершина айсберга, тогда кто же?

– Ты чего так задумался? – голос Андрея вырвал меня из моих размышлений.

– Да так, ничего…

– Посмотри, дождь заканчивается, вот так и самое плохое когда-нибудь уйдет! Очистительный дождь все смоет!

– Надеюсь…

– Что же тебя в такую грусть загнало? – заинтересовался Андрей, посматривая на меня с удивлением.

– Война, ее бессмысленность…

– О, она может вогнать в самый что ни на есть низ! Вот и познакомишься с ней, увидишь ее во всей красе – «оптимистично» обрисовал мое будущее Андрей, и серьезным тоном продолжил, – сложно не концентрироваться на смерти вокруг, но ты сейчас, именно сейчас, приучай свое сознание к тому, что там, поверх разрушения, за горизонтом, обязательно наступит рассвет! Понимаешь? Без этой мысли у тебя не будет фундамента, все обретет бессмысленность, призрачность и в конце – утрату самого себя, а это уже равносильно смерти. Верь в восход солнца, но не слепо и бездумно, а со знанием того, что это незыблемо! – и, сделав небольшую паузу, сказал, – это разговор к