Фараон – 5. Император поневоле - Дмитрий Викторович Распопов

— Вот как⁈ — изумился я, — а как же мы? Секс в конце концов?

— «Сниму с тебя метку своего Первожреца и найду себе кого-то поприличней, — мстительно ответила Бастет, — ты слишком опасен для меня становишься, могу и второй раз забеременеть, чего мне точно не нужно, позора хватает и сейчас».

— «Я вообще-то вас прекрасно слышу, — в мою голову ворвался новый голос, примерно подростка лет семнадцати, — и мне без ваших срачей хреново».

Я замер, открыв рот.

— «Маахес, ты вообще помалкивай, — тут же огрызнулась Бастет, — а лучше давай рождайся уже, я устала в себе тебя таскать».

— «Нет, — ответил тот же голос, — я знаю, что обо мне будут говорить остальные боги, мне это не хочется слышать. Вот обязательно тебе было залететь от этого смертного?».

— Ты как с матерью разговариваешь⁈ — мгновенно возмутился я, — родителей не выбирают!

— «Ты вообще смертный червяк молчал бы, — голос стал крайне агрессивен, — поживи лет хотя бы пятьсот, потом будешь учить меня жизни».

— Да ты вообще ещё даже не родился! — стал злиться я, — кто ты вообще, чтобы такие гадости Бастет и мне говорить?

— «Я впитал опыт её и тебя смертный, — снова огрызнулся он, — так что знаю всё, что знали вы оба на момент зачатия, а это уж точно больше, чем знания крайне короткой жизни мажора, наполненной одними пьянками, гулянками, да совращением девушек».

— «Каких таких девушек? — задумчиво вклинился голос богини в наш спор».

— У нас какие-то уже семейные разборки наметились, — с удивлением понял я то, что происходит, — правда жена богиня, сын ещё не родился и только один я обычный, нормальный человек.

— «Лучше бы моим отцом был нормальный бог, проблем было бы меньше, — продолжил дерзить мне Маахес».

— Давай уже его роди быстрее, — обратился я к Бастет, — судя по его голосу сдадим его сразу в кадетское училище, минуя детский сад.

— «Скоро, — кивнула мне головой кошка, — как только наберусь сил для принудительного исторжения».

— «Я буду сопротивляться, — тут же заметил Маахес, — посмотрим, что у тебя выйдет».

— Прекрати грубить маме! — у меня зачесалась ладонь, дать ему подзатыльник, но головы дерзкого подростка не было, не бить же Бастет за это.

— «Как рожусь, первым делом убью тебя, может хотя бы так меня ублюдком перестанут считать, — ответил мне Маахес, — к тому же к сиротам вроде помягче отношение».

— «Я тогда следом откручу тебе голову, — спокойно заметила Бастет, — он хоть и смертный, но в целом нехудший представитель своей расы».

— «Ты что влюбилась что ли? — ахнул голос подростка, — богиня влюбилась в червяка! История, которая войдёт в анналы всех позорных сплетен планеты!».

К моему большому разочарованию, Бастет лишь презрительно фыркнула на подобное предположение, не став его даже комментировать. Поняв это Маахес снова переключился на меня, но тоже вскоре заткнулся, видя отсутствие и моей реакции на его гнусности.

Видя, что я перестал говорить, ко мне подошёл Хопи.

— Капитан говорит, постарается выжать из лодки и гребцов максимум, так что за пять дней мы прибудем в Дельту мой царь.

— Хорошо, — кивнул я, но мысли мои были далеко от примипила. Я обдумывал слова Маахеса и сам факт, что он не родившийся кто? Полубог? Или получеловек? Я даже не знал его будущую расовую принадлежность и на кого он будет похож, а Бастет категорически не хотела об этом говорить. В любом случае я видимо исполню мечту некоторых родителей, получив сразу после рождения взрослого не ребёнка, а подростка. С этим нужно было ещё примириться мне самому.

— Что говорят дозорные брат? — Караиндаш I сидя на троне, задумчиво смотрел на десяток купцов, которые последние годы вели торговлю в Египте и весьма красочно описывали, что происходит с самой столицей, а также страной при правлении весьма молодого, но деятельного правителя, который подмял под себя всю власть в стране, отодвинув даже второго царя от реального ею управления.

— Тридцатитысячное египетское войско неумолимо движется к нашим границам мой царь, — поклонился Бурна-Буриаш своему брату, но в первую очередь повелителю страны.

— Всего тридцать тысяч? — удивился Караиндаш I, — я ожидал от могущественной державы что-то посущественней. Может у них тогда очень много колесниц?

— В два раза меньше, чем у нас мой царь, — отрицательно покачал головой Бурна-Буриаш.

— На что тогда рассчитывает этот мальчишка? — удивился царь.

— Его величество не должен недооценивать войско египетского царя, — ответил один из купцов, — его многочисленные победы над превосходящими силами противника говорят в его пользу.

— Видимо это были какие-то плохие войска, — пожал плечами Караиндаш I, — я не могу найти варианты, как он сможет противостоять нашим двум с половины тысячам колесниц и восьмидесяти тысячам пехотинцев.

— Войско готово выступить мой царь, — обратился к нему брат, — я готов возглавить его и разбить дерзкого наглеца, который осмелился бросить нам вызов.

— Хорошо брат, только будь осторожен, — кивнул Караиндаш I, — а я пока прикажу приготовить к долгой осаде города, которые будут у него на пути.

— Благодарю мой царь за доверие, — поклонился Бурна-Буриаш, — я выступаю завтра утром.

— Благословение Инанны будет с тобой брат, — кивнул царь, — я прикажу жрецам сделать богине богатые приношения, чтобы она была милостива к тебе и войску.

Новоназначенный военачальник всего сборного войска касситов низко поклонился повелителю и пошёл на выход, поскольку царь ещё долго собирался беседовать с купцами, пытаясь выяснить силу и причины побед египтян. Раньше это было не сильно интересно, поскольку Египет был далеко, но с последними победами молодого царя