Анж Питу - Александр Дюма

Не успел доктор произнести эти слова, как крик, сорвавшийся было с уст графини, оборвался на середине, она протянула вперед руки и, ища опоры, поскольку ноги отказывались держать ее, упала в объятия короля, который, сам дрожа с головы до ног, усадил ее в кресло.

– О! – сказал Людовик XVI. – Я слышал об этом, но никогда ничего подобного не видел. Она ведь заснула магнетическим сном, не так ли, сударь?

– Да, ваше величество. Возьмите госпожу графиню за руку и спросите, отчего она добивалась моего ареста, – отвечал Жильбер.

По его тону можно было подумать, что в этой комнате всем распоряжается он один.

Людовик XVI, совсем потерявший голову при виде этих чудес, отступил на два шага назад, дабы убедиться, что он бодрствует и что все происходящее – не сон; затем, страстно желая узнать разгадку тайны, как желает математик вывести новую формулу, он приблизился к графине и взял ее за руку.

– Послушайте, графиня, – сказал он, – добивались вы ареста доктора Жильбера или нет?

Но графиня, хотя и спала, сделала последнее усилие, вырвала свою руку и, собрав оставшиеся силы» произнесла:

– Нет, я не стану говорить.

Король взглянул на Жильбера, как бы спрашивая, чья воля победит: его или графини? Жильбер улыбнулся.

– Вы не станете говорить? – спросил он. И, не сводя глаз со спящей Андре, сделал шаг в сторону ее кресла.

Андре содрогнулась.

– Не станете говорить? – повторил он, сократив расстояние, отделявшее его от графини, еще на шаг. Тело Андре напряглось в последней схватке.

– Ах, так вы не станете говорить! – сказал он в третий раз и, оказавшись совсем рядом с Андре, протянул руку над ее головой. – Значит, вы не станете говорить!

Андре корчилась в страшных судорогах.

– Осторожнее! – воскликнул Людовик XVI. – Осторожнее, вы убьете ее!

– Не бойтесь, ваше величество, я имею дело только е душой; душа сопротивляется, но она уступит.

Он опустил руку и опять приказал: «Говорите!»

Андре выпрямилась и попыталась вдохнуть воздух, словно что-то душило ее.

– Говорите! – повторил Жильбер, снова опустив руку. Все мускулы молодой женщины были так напряжены, что казалось, они вот-вот лопнут. На губах ее выстудила пена, судороги выдавали начало эпилептического припадка.

– Доктор! Доктор! – взмолился король. – Осторожнее!

Но доктор, не обращая внимания на его мольбы, в третий раз опустил руку и, дотронувшись ладонью до макушки графини, снова произнес:

– Говорите! Я приказываю!

Почувствовав прикосновение этой руки, Андре вздохнула, руки ее бессильно повисли вдоль тела, голова опустилась на грудь, а сквозь закрытые ресницы потоком потекли слезы.

– Боже мой! Боже мой! – шептала она.

– Призывайте Господа сколько хотите; тот, кто сам действует во имя Господне, его не боится.

– О, как я вас ненавижу! – воскликнула графиня.

– Ненавидьте меня, но говорите!

– Ваше величество, ваше величество! – взмолилась Андре. – Скажите ему, что он испепеляет, пожирает, убивает меня.

– Говорите! – в который раз повторил Жильбер. Затем он жестом показал королю, что тот может начинать расспросы.

– Так, значит, графиня, доктор и есть тот человек, которого вы хотели заключить под стражу?

– Да.

– Ни ошибки, ни путаницы не было?

– Нет.

– А что там случилось с ларцом?

– Но не могла же я оставить этот ларец в его руках! – глухо проговорила графиня.

Жильбер и король обменялись взглядами.

– И вы его забрали? – спросил Людовик XVI.

– Я приказала его забрать.

– Ну-ка, ну-ка, расскажите-ка все по порядку, графиня, – воскликнул король, позабыв об условностях и опускаясь на колени подле кресла, в котором сидела Андре. – Значит, вы приказали его забрать?

– Да.

– Откуда и каким образом?

– Я узнала, что этот Жильбер, который за шестнадцать лет уже дважды бывал во Франции, скоро приедет сюда в третий раз, дабы остаться у нас навсегда.

– А ларец?

– Начальник полиции господин де Кроен сообщил мне, что во время одного из своих приездов Жильбер приобрел земли в окрестностях Виллер-Котре и что фермер, арендующий их, пользуется его полным доверием; я заподозрила, что ларец находится у него.

– Как же вы это заподозрили?

– Я была у Месмера. Я заснула и увидела ларец.

– Где же он был?

– В большом платяном шкафу, под бельем.

– Изумительно! – сказал король. – А дальше? Дальше? Говорите.

– Я вернулась к господину де Кросну, и он по просьбе королевы предоставил в мое распоряжение одного из самых ловких своих подчиненных.

– Его имя? – потребовал Жильбер. Андре содрогнулась, словно ее обожгло каленым железом.

– Я спрашиваю у вас его имя. Андре попыталась сопротивляться.

– Его имя, я приказываю вам сказать его имя!

– Волчий Шаг, – произнесла графиня.

– А дальше? – спросил король.

– Вчера утром этот человек завладел ларцом. Вот и все.

– Нет, это еще не все, – возразил Жильбер, – теперь вы должны сказать королю, где находится ларец теперь.

– О, это уж слишком, – произнес Людовик XVI.

– Нет, ваше величество.

– Но мы сможем узнать у этого Волчьего Шага или у господина де Кросна, где именно…

– О нет, мы все узнаем точнее и скорее у графини.

Андре так судорожно сжимала зубы, что казалось, они вот-вот сломаются; она делала все возможное, чтобы требуемые слова не сорвались с ее уст.

Король обратил внимание доктора на эти судороги.

Жильбер улыбнулся.

Он дотронулся большим и указательным пальцем до подбородка графини, и ее лицевые мускулы в ту же секунду расслабились.

– Для начала, госпожа графиня, подтвердите королю, что этот ларец в самом деле принадлежит мне, – потребовал доктор.

– Да, да, это его ларец, – произнесла спящая с яростью.

– А где он сейчас? – спросил Жильбер. – Живее, живее, у короля нет времени ждать. Андре на секунду замешкалась.

– У Волчьего Шага, – сказала она. Как ни мимолетно было замешательство графини, Жильбер заметил его.

– Вы лжете! – воскликнул он. – Или, точнее, пытаетесь лгать. – Где ларец? Я хочу это знать!

– В моем версальском доме, – сказала Андре и разразилась слезами; все ее тело сотрясала нервная дрожь. – В моем доме, где Волчий Шаг уже давно ждет меня. Я назначила ему прийти в одиннадцать.