Шторм Шарпа - Бернард Корнуэлл

— Майор Шарп, — представился Шарп.

— Разрази меня гром, — сказал Бизби, — вы же тот самый парень, что стянул орла у лягушатников.

— Сержант-майор Харпер помог, — сказал Шарп.

— Он выглядит полезным, — заметил Бизби, — не то, что эти чертовы макаки. Пилой работай на этом гнезде! — проревел он. — С этой клятой стамеской ты прокопаешься неделю! Адское пламя, белка бы выгрызла быстрее! Más rápido[20], ты, чертова макака, más rápido!

Шарп глянул вниз, на ближайшую лодку, и увидел, что мастера были одеты в рваные, выцветшие на солнце мундиры, которые когда-то были желтыми, а теперь выцвели настолько, что стали почти белыми.

— Испанская кавалерия? — удивленно спросил он.

— Нам не хватает мастеров, — сказал Бизби, — вот мне и дали этих чертовых макак. Это штрафная команда, они дезертиры. Их поймали, когда они грабили ферму, так что теперь они мои, пока их не отправят домой в старый полк, после чего, — он замедлил речь и произнес следующие слова очень четко, — их расстреляют, к чертовой матери, или, черт побери, вздернут! Верно я говорю, лейтенант Кэри?

Шарп повернулся и увидел стоящего неподалеку угрюмого лейтенанта в красном мундире, сопровождаемого двумя рядовыми с мушкетами.

— Чертов провост, — тихо и злобно произнес Бизби. Провосты были военной полицией, и Бизби, как и большинство солдат, относился к ним с подозрением.

— Вы охраняете этих людей? — спросил Шарп лейтенанта.

Кэри уставился на Шарпа, явно не уверенный, офицер перед ним или нет. Он видел человека в рваном мундире с косматыми волосами, но у него был палаш и некогда роскошный красный кушак. Затем он увидел шрам на лице Шарпа и вытянулся.

— Так точно, сэр.

— Они дезертиры?

— Их полк в глубине страны с генералом Хиллом, сэр. Этих ублюдков нашли в миле отсюда.

— Грабили ферму?

— Воровство, убийства и изнасилования, сэр.

— Почему просто не повесить их прямо здесь? — спросил Шарп.

— Это расстроило бы испанцев, сэр, — сказал Кэри, тоном голоса ясно давая понять свое мнение об испанцах. — Как только они закончат с капитаном Бизби, сэр, мы отконвоируем их в полк и позволим тем самим устроить показательную казнь.

Шарп отвлек Бизби, отведя его на край набережной.

— Вы из Лондона? — спросил он, уже зная ответ по акценту Бизби.

— Спитлфилдс.

— Не так уж далеко от меня, — сказал Шарп. — Лаймхаус, — добавил он, пожимая руку Бизби.

— Далеко же вас занесло, майор, — сказал Бизби.

— Да и вас тоже.

— Это у нас в крови, да? Если хотите, чтобы работа была сделана как надо, то зовите кокни. Или ирландца, — поспешно добавил он последние три слова, — но только не дюжину сонных испанцев. И взгляните на эту чертову глыбу! — Он махнул рукой в сторону восемнадцатифунтовой пушки, ожидавшей на набережной. — Больше двух тонн! А потом нам таскать порох и ядра. Слава Христу, меня не будет на борту. Вы участвуете в этом цирке, майор?

— Цирке? — переспросил Шарп, скользнув взглядом по паре штатских, которые явно прислушивались к разговору.

— Оборона гавани. — Бизби перехватил взгляд. — Эти крошки таятся прямо у входа, и, только чертовы лягушатники сунутся, так сразу «бах», и «бай-бай, мусью». И почему они просто не установят их на чертовой набережной, я не знаю. Но чертов флот хотел канонерские лодки, так что канонерские лодки у нас будут.

Шарп подозревал, что канонерские лодки предназначались для Адура, а не для защиты гавани Сен-Жан-де-Люз, но Бизби явно понимал, что жители города подслушивают и выдают сведения. Шарп также рассудил, что Харпер был прав. Эти лодки слишком хрупки для массивных орудий, которые они будут нести.

— Пабло, идиот! — проревел капитан Бизби. Он смотрел вниз, на ближайшую лодку. — Оставь место для наметки, чертов ты остолоп! Я же разметил! Или ты думал, я тебе красивые картинки рисовал? Господи! — Он повернулся к Шарпу. — Неудивительно, что они пошли в чертову армию! Больше они никому не нужны.

— Поэтому и я пошел, — сказал Шарп, — я тоже больше никому не был нужен.

— Правда? — спросил Бизби.

— Ну, судья дал мне выбор.

— Мне тоже, — рассмеялся Бизби. — А ты, Пэдди?

— А я был просто чертовски голоден, сэр.

— «Торнсайд» швартуется! — проревел голос из гавани, и Шарп обернулся, увидев щегольски лакированный баркас, скользивший к каменным ступеням под взмахи восьми гребцов. — Не могли бы вы убрать эту лохань с дороги? — продолжил голос. Это был рулевой баркаса, крупный и уверенный в себе мужчина, сидевший рядом с морским офицером.

— Уберите это! — крикнул Бизби людям, мастерившим лафет для восемнадцатифунтовки. Людям в лодке потребовалось время, чтобы отшвартоваться и неуклюже отойти на несколько футов в гавань, где они бросили якорь за борт, освободив место для баркаса. Гребцы подняли крашеные весла, и рулевой подвел лодку к ступеням, пока офицер вставал. Офицер был худым, очень высоким, а его лицо скрывала потрепанная двууголка, надетая продольно. Он с удивительной ловкостью выпрыгнул на скользкие каменные ступени, взбежал на набережную, остановился и ухмыльнулся.

— Капитан Шарп!

— Теперь уже майор, — неодобрительно заметил Харпер.

— Клянусь благословенным Господом Богом, конечно! Замечательно видеть вас, сэр!

Шарп не смог сдержать улыбки.

— Гарри Кольер! — Он пожал руку Кольеру. — Слышал, у тебя теперь свой корабль?

— Корабль Его Величества «Торнсайд», — гордо произнес Кольер, — всего лишь бриг, но все равно лучший корабль в королевском флоте, сэр! Четырнадцать пушек и заноза в боку у лягушатников! Вот только сегодня вечером моим парням придется управлять Давидом и Голиафом.

— Давидом и Голиафом? — спросил Шарп.

— Пара шасс-маре, — сказал Кольер, звуча разочарованно. — Местные рыбацкие лодки, французской постройки, разумеется, но, несмотря на это, на удивление мореходные. Давид — тридцать шесть футов в длину, а Голиаф на четыре фута длиннее. Сэр Джоэл дал им имена.

— Ты поведешь их в эстуарий Адура? — очень тихо спросил Шарп.

— Так точно,