Новогодние волки - Вячеслав Рюхко

— А как вы узнали, крабов вам под пятки, что мы с Рычуном сюда заявимся? — хитро прищурясь, спросила Рыжая Цунами.

— Да никак! — Старый пихтовик аж подпрыгнул, и его отвратительный рот растянулся в усмешке. — Мы мучились, ломали головы, придумывая, как бы поймать хоть одного елового волчонка. И тут, вот те на, вы сами явились — не запылились! Ну и ну!

— Ну молодцы, — презрительно бросил Рычун, — поймали, поиздевались. А теперь что?

— А теперь вы будете каждый день с нами Новый год праздновать, пока нам не надоест!

Глава 6. Спасение

Пихтовики ушли, а Рычун всё никак не мог прийти в себя. Если то, что они рассказали, — правда, то еловые волки действительно виноваты перед ними. Но красть детей тоже не дело! Нужно как-то отсюда выбираться.

Вова и Маша снова заскулили. Сзади Рыжая Цунами продолжала бесполезно вертеться, бормоча что-то про дохлых скумбрий, морских дьяволов и обломанные мачты. Факелы погасли. Вечерело. Пещера наполнялась тьмой.

Тут Рычун почуял, что рядом ещё кто-то есть. К знакомым лисьим и человеческим запахам примешался землисто-грибной, прелый с нотками пожухлых листьев. Волк, конечно же, узнал его.

— Кто здесь?! Не подходи! — зарычал он.

— Тише! — Шелестящий голос пролетел под сводом пещеры. — Не бойтесь. Я вам помогу, — послышалось совсем близко.

— Клянусь царём акул, если ты кого-нибудь из нас хоть пальцем тронешь… — Договорить Рыжая Цунами не успела.

ВЖУ-У-УХ! Острые когти рассекли воздух. Путы опали. От неожиданности Рычун рухнул на пол. Затёкшие лапы плохо слушались. ВЖУ-У-УХ! Вова с Машей тихо вскрикнули, но тут же облегчённо выдохнули и затопали по каменному полу.

— За мной! — прошелестел голос.

— Ничего не видно, — испуганно пискнула Маша. — Куда идти?

Рычун подбежал к детям, и те схватились за его пушистые ветки. Рыжая Цунами держалась поблизости. Вместе они стали пробираться к выходу из пещеры. Рычун сразу понял, что их освободил пихтовик. Но почему он помогает? Странно. Нужно быть настороже!

Снаружи не было видно ни зги — солнце давно ушло за горизонт, а луна спряталась за скалами. Рычун с трудом различил засыпанную снегом поляну, огороженную высокими утёсами, очертания камней, деревьев и пихтовичка с раздвоенной макушкой. Мохнябл!

— Я этому ершу не доверяю, — прошептала на ухо Рыжая Цунами.

Рычун кивнул и, в два прыжка догнав Мохнябла, наступил передними лапами ему на ветки.

— Куда ты нас ведёшь?

— Нету времени, — выпучив глаза, зашептал испуганный пихтовичок, — нужно бежать, пока наши заняты разучиванием танцев.

— Ты нас уже однажды заманил в ловушку, — процедил сквозь зубы Рычун.

— А теперь выведу. Вам придётся мне довериться.

Рычун навострил уши. Неподалёку раздавался гулкий топот и ритмичное постукивание. Что ж, выбора нет.

Рычун коротко кивнул, и необычная компания во главе с пихтовичком цепочкой заскользила по горному лабиринту. Наконец скалы расступились, и взору открылась залитая лунным светом речная долина. Мохнябл не обманул. Путь домой открыт.

— Я провожу вас. — Пихтовичок ловко поскакал по тонкому насту.

— Не надо, — огрызнулся Рычун, — мы сами!

— А они? — Мохнябл кивнул на закутанных в шубы и платки Маши и Вову.

Дети стояли, нерешительно шмыгая носами.

— Я знаю короткий и безопасный путь.

Рычун всё ещё сомневался, стоит ли доверять пихтовку. А вдруг опять обманет и заведёт невесть куда.

— Тысяча морских драконов! — рявкнула Рыжая Цунами. — Мы ведь пришли сюда, чтобы спасти ребятишек. Так чего раздумывать, крабья твоя башка, идём!

Мохнямбл, смешно помахивая раздвоенной макушкой, поскакал к лесу. Рыжая Цунами засеменила следом. Рычуну ничего не оставалось, как довериться. Он подтолкнул мордой неуверенно переминавшихся с ноги на ногу детей, чтобы те шли впереди, а сам побежал замыкающим.

Глава 7. Лес

Горы, долина и река остались позади. Над головами нависли отяжелевшие от снега сосновые лапы. Рыжая Цунами, наконец, нарушила осторожное молчание:

— Эй ты, морской ёж с ножками, тебе что, Новый год не нравится?

— Очень нравится, — буркнул Мохнябл, не оборачиваясь.

— Тогда зачем ты, спрут тебя раздери, нас спас и праздник своим испоганил?

Пихтовичок резко развернулся и, словно ругая кого-то, пискляво закричал:

— Да потому что неправильно это! Не должно быть таких праздников, когда гости сидят связанные и плачут. Мне дедушка столько всего про Новый год рассказывал! И я его представлял совсем по-другому! Праздновать Новый год нужно под луной, на большой поляне, с огоньками и сияющими украшениями, со смехом и весельем. А я что получил? Пленников в тёмной пещере да гнилушек вместо подарков. И человеческие новогодние песни, честно говоря, какие-то дурацкие! Не радостные! «Несёт лошадку в гробике огромный мужичок, срубил он нашу ёлочку и в чащу уволок». Разве это весело?! Разве это праздник, я вас спрашиваю?!

Мохнябл возмущённо топнул лапой.

Рычун подошёл к нему и дружески ткнул его носом в колючий бок.

— Да уж. Понимаю. Это и мой первый Новый год. И я тоже мечтал отпраздновать его совсем по-другому. Мне тоже…

Рычун внезапно замер, несколько раз жадно втянул носом морозный воздух. Уши вскинулись торчком.

— Погоня! — выдохнул он, округлив глаза. — Нельзя терять времени! Мохнябл, веди!

Еловый волчонок и лисичка ринулись было вперёд, но поняли, что остальные за ними не поспевают. Пришлось вернуться. Ветер толкал в спину и приносил запах пихтовиков. Маша с Вовой неуклюже пробирались сквозь низкие ветви деревьев, их ноги проваливались в глубокий снег. С каждой минутой запах погони становился сильнее.

Перед беглецами открылась большая, залитая бледным лунным светом поляна под небом, усыпанным звёздами. Тут Рычун уловил новый запах, резкий и неожиданный.

Волчонок сел. Его пасть растянулась в улыбке. Сбивая с деревьев водопады снега, на поляну ворвалась стая огромных и сильных еловых волков во главе с Чернолапом.

— Папа! — закричал Рычун и бросился навстречу стае. — Я тебе такое расскажу, ты и не поверишь, мы с Рыжей Цунами…

Голос Рычуна дрогнул, и волчонок замер, недоговорив. Отец, едва удостоив его взглядом, проскочил мимо и, схватив зубами за макушку Мохнябла, рывком поднял его в воздух.

— Теперь они ответят за всё! — процедил он сквозь сжатые зубы.

— Папа, ты не понимаешь… — пытался помочь пихтовичку Рычун.

Но вожак лишь отпихнул его мощным хвостом.

— Папа, отпусти его! Мохнябл… Он… Он — друг! — От волнения Рычун подскакивал и крутил хвостом.

Внезапно перед ним вырос старый седой волк — дедушка Остроклык. Он ласково улыбнулся волчонку и легонько потрепал его.

Рычун раздражённо отмахнулся:

— Дедушка, ты чего? Нужно помочь Мохняблу! Он