Пасынки Колумба. Книга вторая. Вторжение - Альберт Васильевич Максимов

- А этот из богатеньких, - сказал второй, кивая на меня. – Ты кто?

- Рики.

- Отец кто?

- Садовник, - решил я соврать.

- Не смеши. Такая одежда стоит десятинедельного заработка садовника из элитного района.

- Нет, дяденька, я не соврал. Мой отец и в самом деле садовник, а одежда не моя, то есть сейчас моя, а раньше ее носил сын хозяина. Потом ее нам отдали.

- Вот как? Прямо так и отдали? – Чужак по-прежнему мне не верил. – С чего бы это?

- Она запачкалась, немного порвалась. А отдали не просто так, хозяин с жалованья отца вычел пять монет.

- Вот теперь вижу, не врешь. Чтобы богачи за просто так что-то отдавали? – чужак усмехнулся. – Рейли, что с ними делать?

- А что? Туда же ко всем отправить.

Я встревожился. Что это могло значить? И где это «все»? Уж не на кладбище или что-то в этом роде? С этих вояк станется.

- А нужны ли они? – усомнился второй, который по-прежнему держал нас под прицелом.

Я перевел дыхание. Значит, речь идет не о нашем убийстве. Но следующие фразы второго чужака вновь наполнили меня тревогой. Да еще какой!

- Возиться, еще и кормить. Тем более они лендонцы. В овраг отведем?

- Можно, - с ленцой кивнул первый.

Я напрягся, поняв, что хотят с нами сделать. Убить и сбросить тела в овраг. Ребята тоже догадались, поглядывая на меня. А я пока никак не мог применить свой дар – стоит второму непроизвольно нажать на кнопку, и бластер нас сожжет.

- У кого твой отец работал? – задал вопрос второй чужак.

- У сенатора Айсберна, - соврал я вновь. Может быть, упоминание имени сенатора изменит решение чужаков?

- Вот как? – заинтересовался второй чужак, да и у первого равнодушный фон сменился на заинтересованность.

- И где он сейчас?

- Отец?

- Сенатор!

- Не знаю. Но отец должен знать!

- А он где?

- В Запретном поселке! – выпалил я.

- И что он там забыл?

- Он дом купил.

- А откуда садовнику знать, куда исчез сенатор?

Я не знал, что и как соврать дальше. Молчание затягивалось.

- Вот что, - задумчиво протянул второй, - что-то тут не то. Темнит малец. Давай-ка его в холодную ко всем, а прибудет гладер, с собой возьмем, там все расскажет, даже то, что не знает.

- А этих?

- Тоже до кучи туда же.

Чужаки повели нас в дальнюю часть дома, второй военный по-прежнему держал всех под прицелом бластера, и я никак не мог решиться нанести эмпатический удар – а если успеет выстрелить? То-то же! Зато у нас появилась отсрочка, убивать не станут, и я немного успокоился.

А ведь за всей этой нервотрепкой я забыл просканировать дом на наличие других обитателей. В той стороне, где мы были, в комнате по соседству обнаружилось несколько человек, чувства которых определялись плохо – видимо, те еще то ли спали, то ли только что проснулись. А в комнате, к которой нас подвели, я обнаружил четверых, их эмоции легко читались, и радости у них не заметил. Подавленность, растерянность, непонятное ожидание.

Тем временем первый чужак отпер засов двери, и я увидел небольшую плохо освещенную комнату с малюсеньким оконцем, что-то вроде летней горенки, в которой находилось четверо парней.

- Заходите, - приказал чужак, мы протиснулись в дверцу, которая тут же захлопнулась, следом послышался лязг запора.

Четверо обитателей горенки, судя по одежде, были из числа местных жителей. Двое примерно мои ровесники, а двое других на два-три года старше.

- Привет, - я поздоровался с ними.

- И тебе не кашлять, - ответил один из старших парней, в голосе которого послышалась злость. Точно, злость. Сканирование его эмоций только подтвердило мою догадку. Трое остальных излучали разные степени любопытства.

- Вы кто будете? – спросил второй из старших парней.

- Мы из Лендона, - я негласно взял на себя ведение разговора.

- Понятно, - протянул тот. – Что, сильно сожгли?

- Что сожгли? – переспросил я.

- Да город ваш.

- Как? Сожгли? – немного ошарашенно спросил я. – Мы не знали.

- Что ты дурочку из себя строишь? - вспыхнул первый парень.

- Мы давно в городе не были. Так его сожгли? А кто?

- Да эти. Из других городов. Навалились всем скопом, прорвали оборону и пожгли.

- Там же оборона только вокруг элитного квартала, остальные районы не защищены.

- Знаем, ездили в ваш город. Весь сожгли или нет, не знаю. Говорят, что многие спаслись. По центральному тракту много ваших, выпучив глаза, спасаются. И это только начало.

- Жировать меньше надо, - добавил первый парень.

- А вы сами из местных?

- Ну.

- А здесь почему?

- Принесла нелегкая этих. Мы как бы заложники.

- А зачем?

- А затем, чтобы никто из поселка не ушел. Эти-то чего-то ждут.

- Мы тут у одного остановились, он нас и сдал. За какую-то дочку просил. Чего это он?

- Девчонок тоже взяли.

- А их где держат? – спросил я, и в ответ со стороны местных полыхнуло злостью. Впрочем, не надо быть эмпатом, чтобы это не понять по лицам всех четверых парней. И я, кажется, догадался, где девчонки. В другом отсеке дома. Летчиков спаслось четверо или пятеро, а я видел только двоих. Значит, остальные были в соседней комнате, я же почувствовал присутствие нескольких человек. Но людей было явно больше трех. Значит, в той комнате вместе с остальными чужаками находились отсутствующие здесь девчонки.

- И ваши родители так просто смирились?

- Чего? – возмутился второй из старших.

- Видел я, как один из ваших унижался перед чужаками. За дочку и сына просил, а те только посмеялись над ним. Могли бы ночью, пока те спят, всех перевязать. Или снотворное подсыпать.

- Умник нашелся, - огрызнулся первый из старших парней. – Пятый военный на чердаке все время сидит, и там еще двое наших