Битва за Курилы - Валерий Павликов

– Что, не ожидал оказаться в Кремле, Дрозд?

Андрей Дроздов с шумом выдохнул «ха», и глухое эхо от этого выдоха пронеслось по пустому помещению.

– Бывало и хуже…

– Как твой бизнес?

Дроздов усмехнулся.

– Цвел и пахнул, пока не разразился кризис. Пришлось переквалифицироваться в частные детективы. Покуда выкручиваюсь, но жуть как хочется послать правительство по матери.

– И заодно Президента, ты хочешь сказать?.. Что, кстати, говорят обо мне?

– Прости, слухами не интересуюсь.

– Тебе не интересно узнавать новости о своем старом друге? Помнишь, как куролесили в университете? – Первые минуты разговора Президент старался занять чем-нибудь незначительным веселым, желая скрыть за этой мишурой свою озабоченность и одновременно пытаясь понять, в каком состоянии находится его собеседник. – Ты был лучшим на факультете… Да и потом делал большие успехи в разведке. Дослужился до майора, кажется?.. Если бы не смерть Маши…

– Дело не в этом. Я ушел из ГРУ сразу после распада СССР. Разведка развалилась вместе со всей страной. Не хотелось оставаться на ее гниющих остатках. Все спецы ушли, а я – что?

– Как дочь?

– Растет потихоньку.

– Где она?

– На юридическом.

– ЛГУ, надеюсь? – Президент помолчал. – Значит, пошла по твоим стопам. Это хорошо. Жаль, Маша не видит. На курсе она была самой красивой, я и сам заглядывался…

– Ты вытащил меня из моей дыры, чтобы поговорить о прошлом? – нетерпеливо спросил здоровяк, сердито взглянув на него. – Или есть что-то поважнее?

– Слушай, у меня есть бутылочка бордо. – Дмитрий Владимирович выдержал этот взгляд. – Прямо от Саркози… Сейчас посидим, разопьем. Как два старых хрыча.

– Спасибо, не пью.

– Надеюсь, не потерял прежние навыки?

– А ты не забыл, как кататься на велосипеде?

– Глупый вопрос.

– Вот именно. Рефлексы, конечно, не те, но мозги, хоть и со скрипом, крутятся.

Президент открыл серый дипломат и протянул другу находившийся там ноутбук.

– Вот, посмотри… А я пока сделаю свои километры на велосипеде.

Дроздов разложил ноутбук на кушетке и не отрывался от него в течение всех десяти минут, пока Дмитрий Владимирович усердно крутил педали. Счетчик на приборе показывал пятый километр, когда Дроздов поднял потрясенный взгляд на Президента.

– Ну, что скажешь? – довольно усмехаясь, спросил тот.

Здоровяк пробормотал:

– Прямо полеты во сне и наяву. Закрытое финансирование, секретные исследования, подводная база, геотектоническое оружие… Рэй Брэдбери отдыхает.

– Тебе это кажется выдумкой?

– Хотелось бы верить.

– Нет, похоже, это реальность. Во всяком случае, пол-Японии, как они утверждают, им удалось снести.

– Чего они хотят от тебя?

– Шантаж, полагаю. Других причин не вижу.

– Позволь мне досмотреть. Осталось немного…

Через две минуты Дроздов закрыл ноутбук и сел на кушетке, пристально глядя на Президента.

– Ты никому не рассказал об этом? Даже своей охране?

– Возможно, я чересчур перестраховываюсь, но этот человек прошел через мою охрану, как нож сквозь масло. И он упомянул еще про девятерых, внедренных во все властные органы страны. Это показывает, насколько близко они подобрались ко мне. Если я начну действовать официально и секрет выйдет наружу, представляешь, какой вой поднимется в мире? «Русские идут…»

Дроздов кивнул, сочувственно нахмурился и сжал губы.

– Поэтому ты и решил вызвать меня? – Он откинулся огромным телом на сиденье. Теперь, когда он узнал, что от него требуется, почувствовал себя немного легче.

– Здесь изображен человек, который идет рядом с тобой на лыжах. Это тот самый?

– Да. Когда я возвратился в охотничий домик, там находился фотокорреспондент, который снимал меня на лыжне. Я попросил его показать снимки. И он сделал дубликаты в обмен на мой автограф.

– Так что же ты хочешь от меня?

– Узнать, кто входит в девятку.

– И только? – у Дроздова загорелись глаза. – Никакой информации насчет подводной станции?

– Когда они будут у меня в руках, – сжав ладони в кулаки, сказал Дмитрий Владимирович глухим голосом, – я вытрясу из них все, что мне нужно. Выложат как на блюдечке!

– Хочешь знать мое мнение? – негромко сказал Дроздов. – Я бы каждому дал Героя.

– Возможно, я так и сделаю, – ответил Президент с холодной усмешкой, – но не раньше, чем они окажутся в моих руках.

– И к какому сроку?

– Японцы отправляются в Курильский пролив через двадцать девять дней. Наша экспедиция запланирована на день позже. К этому времени девятка должна быть нейтрализована. Они обязаны быть у меня в кулаке по крайней мере за двадцать четыре часа до нашего соприкосновения с японцами!

– Месяц – не так уж и много, чтобы найти девять человек. По трое суток на брата…

Президент слабо улыбнулся.

– Ничто на этом свете не дается легко. Лучше скажи, что тебе потребуется?

Дроздов на секунду задумался.

– Во-первых, документ, дающий возможность прохода в любые двери.

– Тебе выдадут удостоверение сотрудника ФСБ.

– Не годится.

– Вот как? – удивился Президент. – ФСБ для тебя ничего не значит?

– Конечно, прикрытие по их линии желательно, но хотелось бы чего-нибудь более существенного. Что, если я назовусь твоим двоюродным братом? В нашей стране родство ценится гораздо больше.

Президент помедлил, потом кивнул головой.

– Что ж, согласен. Породнимся, на короткое время, естественно. Что во-вторых?

– Кредитная карта с неограниченной суммой.

– Любой банк. Расходы не ограничиваются. И третье условие?

– Постоянный доступ к твоему телу.

– Я прикажу освободить для тебя личную линию. Сможешь докладывать в любое время, днем и ночью. Еще вопросы?

– Да, есть. Один. Как их брать, живыми или… – Дроздов не закончил.

Президент небрежно отмахнулся.

– Оставляю на твое усмотрение.

Андрей усмехнулся.

– Итак, осталось восемь…

– Восемь? – Дмитрий Владимирович удивленно поднял брови. – Я не ослышался? Ты сказал «восемь»?

– Да. Один, полагаю, уже есть.

– Разве? Почему ты так считаешь?

– Он же оставил тебе «взрывчатку»?