Холодное блюдо - Крейг Джонсон

Гравийная стоянка делилась на два сектора, и я надеялся, что машина стояла в ближайшем. Я наступил на подъем, где Лесная служба поставила железнодорожные шпалы в качестве бортиков, и шел вдоль них, пока буквально не врезался в крыло заснеженного автомобиля, чуть не уронив Джорджа в кузов. Я восстановил равновесие и повернулся к задней части маленького внедорожника, выудил из кармана ключи Джорджа и взмолился, чтобы это была его машина. Когда я подошел сзади, то стряхнул снег и с удовлетворением увидел появившиеся хромированные буквы «МАЗДА». Ради шутки я потянул ручку просто так, и, конечно же, задняя дверь открылась с легким щелчком. Тогда я осторожно опустил Джорджа внутрь, как огромный пакет с продуктами. Там лежал плед, в который я завернул Джорджа, а затем, проверив его ногу, закрыл дверь, обошел машину и забрался на сиденье со стороны водителя. Руль прижимался к моему животу, поэтому я отпустил защелку, и сиденье с глухим стуком отодвинулось назад. Я взял ключи и так быстро, как только позволяли мои замерзшие пальцы, отделил ключ от «мазды» от остальных и вставил его в замок зажигания с грозным предупреждением:

– Только попробуй не завестись.

Я повернул ключ, и двигатель взревел, оживая вместе с какой-то непонятной хеви-метал группой на полной громкости. Я хлопнул рукой по приборной панели, сбив все кнопки, и они посыпались на пол. Я посидел немного в относительной тишине, затем наклонился и включил обогрев на полную мощность, настроив сзади обдув.

Его бак был заполнен на три четверти; я решил, что смогу оставить машину заведенной, вернуться за Генри, и у меня еще останется бензин, чтобы вытащить всех нас отсюда. Где мое подкрепление – вот важный вопрос. Казалось бы, раз все знали подробности плана, кто-нибудь должен был уже приехать. Я опустил оба передних стекла примерно на несколько сантиметров на тот случай, если неудача Джорджа приведет к отравлению угарным газом. Сзади раздался тихий стон. Я перекинул руку через пассажирское сиденье и уставился на комок под одеялом.

Джордж потер рукой подбородок, одновременно прижимая другую руку к ноге.

– Гспди… – звучало искаженно, но можно было догадаться.

– Джордж?

Открылся один глаз, но потом быстро закрылся.

– Шт?

– Ты знаешь, кто я?

Глаз снова приоткрылся, и Эспер силился вспомнить мое лицо.

– Я шериф Лонгмайр, помнишь меня? – Он едва заметно кивнул. – Джордж, мы в ужасном положении, так что ты должен меня понять.

Он скорчился и приподнял голову.

– Бж кблитнг…

– Да, я знаю, что у тебя болит нога, и, думаю, челюсть тоже не в лучшем состоянии. Но ты должен меня услышать. Ты ранен, но не в опасности. Я больше ничего не могу, пока мы не увезем тебя отсюда. Вот только на тропе есть еще один раненый, и мне надо его спасти.

– Индйц?

– Ты его запомнил? А помнишь, как ты в него выстрелил? – Джордж молчал и не шевелился. – Ну, так и произошло, поэтому мне надо к нему вернуться.

Он слегка выпучил глаза и заморгал.

– Нптлся мня убть…

– Нет. Это Генри Стоящий Медведь, и пришел со мной, чтобы вывести тебя из бури. – Я вздохнул и постарался сократить рассказ. – Джордж, мы застряли в буре, и мне надо вернуться к Генри до того, как его заметет…

– Нптлся мня убть…

– Нет, Джордж, он не пытался тебя убить, потому что в таком случае мы бы с тобой не разговаривали.

– Нстрлял вмня…

– Нет, ты сам себя подстрелил, когда целился в меня.

– Нптлся…

Я наклонился и злобно на него уставился, усиливая тем самым смысл моих слов.

– Джордж? Тебе надо заткнуться. – Видимо, это сработало, потому что он округлил глаза, но больше ничего не произошло. – Вот что мне от тебя нужно – оставайся здесь и не теряй сознание. Ты понял?

Джордж кивнул.

– Отлично. Я завел твою машину и включил обогрев, так что ты быстро согреешься. А теперь самое главное, – я нагнулся еще дальше. – Сколько бы меня не было, тебе надо ждать здесь. Ты понял?

Я не отводил глаз и следил за его реакцией.

– Хорошо. Лежи здесь и грейся. А я скоро вернусь.

Я снял чехол с пассажирского сиденья и потащил его за собой, выйдя на снег и ветер. Потом закрыл дверь и завернулся в чехол, натянув его повыше и сделав капюшон. Я снял рацию с поясницы и вытер с нее конденсат, пока он не успел замерзнуть.

– Это Уолт Лонгмайр, шериф округа Абсарока, у меня чрезвычайная ситуация, двое раненых. Меня кто-нибудь слышит? Конец связи. – Я подождал, но помехи казались слабее, чем раньше.

Я оглянулся через стоянку в общем направлении начала тропы, но поверх пикапа были видны лишь мои быстро заполняющиеся следы, ведущие в небытие. Я положил рацию обратно в чехол на пояснице и отправился в путь. Потом я плотнее обхватил чехол сиденья и обнаружил несколько виниловых карманов спереди. Я засунул затекшие руки в два кармана и молча поблагодарил Джорджа за то, что он потратил лишнюю двадцатку на свою машину. Я пошарил по другим карманам и нашел что-то вроде открывашки и большую тряпку, которую вытащил и обернул вокруг лица. Наверняка меня можно было принять за бедуина. Я усмехнулся про себя при мысли о том, что когда Генри увидит меня в таком одеянии, то может расхохотаться до смерти.

В конце стоянки начинался уклон, и я подумал, что это тропа. Я вглядывался сквозь снег, пока он сновал вокруг моего импровизированного капюшона, но не мог разглядеть знак. Тот факт, что тот был два метра в высоту и примерно столько же в ширину, мягко говоря, не очень обнадеживал. Я снова спрятал голову в нейлоновый твидовый чехол и продолжил тащиться вперед. Мне казалось, что поиски не увенчаются успехом, раз я не мог найти даже табличку, когда врезался головой в один из телефонных столбов, которые поддерживали эту чертову штуку. Было ужасно больно, но, по крайней мере, это был первый признак того, что я двигаюсь в правильном направлении. Шквалы ветра давили мне на спину и накинули на меня концы автомобильного пончо.

Что я делал? Что натворил? Сложно было судить. Теперь было темнее, и снег валил больше. Снежинки были меньше, чем доллары, а