Стрелы ярости - Энтони Ричес

– Восьмая центурия!

На мгновение на полем битвы повисла странная тишина. Появление Марка в конце строя привлекло внимание и вениконов, и римских воинов.

– Восьмая центурия, вперед, к берегу!

Из толпы выбрались два вениконских воина – один тощий, жилистый, с двумя копьями и маленьким щитом, а другой – огромный детина с палашом в руках. Они с яростной решимостью кинулись на Марка. Не дав хамианцам времени отреагировать, центурион выступил вперед и увернулся от брошенного копья, просвистевшего мимо его головы. Выбрав тощего варвара в качестве первой мишени, поскольку тот на пару шагов опережал более массивного товарища, Марк шлепнул по его щиту длинной спатой, а потом с молниеносной быстротой повернулся на полный оборот и оказался справа от варвара, который теперь прикрывал его от веникона с палашом. Кавалерийский клинок описал длинную дугу и вошел в незащищенный правый бок копейщика. Чудовищной силы удар слева рассек правый бок под ребрами почти до самого позвоночника, так что кишки хлынули в отверстие. Смертельно раненный воин со стоном выронил щит, закачался и обмяк, не в силах устоять на ногах от страшной боли.

Быстро перенеся тяжесть тела на другую ногу, Марк выпрямился и толкнул раненого копейщика в сторону второго веникона, который вытаскивал меч. Недолго думая, центурион сделал выпад. Спата прошла сквозь тело умирающего копейщика и вонзилась в живот второму варвару. Марк выпустил рукоять меча, поднял над головой гладиус и, ткнув в замерших на месте вениконов блестящим клинком, прорычал:

– Восьмая центурия, вперед! Пленных не брать!

Лучники двинулись вперед с неумолимой силой прилива. Клинки гладиусов мелькали вдоль шеренги серебряными и багряными вспышками. Растерянные вениконы либо гибли в неравной схватке, либо перебегали по мосту из поваленных деревьев на другой берег. Всего дюжине вениконов удалось избегнуть устроенной хамианцами резни: двое из них так спешили перейти мост, что оступились и упали в реку. Бурное течение тут же уволокло тела.

Оставшись безоговорочными хозяевами берега, хамианцы внезапно почувствовали нахлынувшую усталость: возбуждение схватки их покинуло. Многих охватила сонливость. Бойцы боролись с зевотой, хотя всего минутой раньше чувствовали себя могучими, как боги.

– Теперь я понимаю, почему вы так относитесь к войне…

Марк вытащил меч, пронзивший двух вениконских воинов одновременно, выпрямился и заметил рядом Кадира. Меч и щит опциона болтались у него на боку. Он снова стал спокойным и рассудительным.

– Удивительное дело. В какой-то момент я понял, что эти варвары сейчас перебьют моих людей, а в следующий миг…

Он не мог подобрать нужное слово, уголок его рта чуть дергался, выдавая внезапно нахлынувшую опустошенность. Марк с силой хлопнул его по плечу.

– В следующий миг зверь, который сидит внутри тебя, вырвался на свободу. Ты сражался, как демон, обрушившись с мечом на тех, кто убивал дорогих тебе людей. Не пытайся найти этому разумное объяснение, просто прими как есть. Старику Юлию стоило получше к тебе присмотреться, ты ему ни в чем не уступаешь. Да, кстати. А кто такая дочь Вавилона?

– Это Астарта, наша богиня, – ответил Кадир. – В бою мы взываем к ней как к покровительнице Сирии.

Внезапный вскрик, раздавшийся на берегу, заставил их обоих пригнуться. У Марка за долгое время это уже вошло в привычку, а Кадир смутился, но с не меньшей быстротой спрятался за щитом. Стрелы градом обрушились на усталых лучников, повалив одного на землю и ранив еще нескольких в неприкрытые кольчугой руки и ноги. Восьмая центурия отступила туда, где их не мог достать дождь стрел. К тому времени, когда они добрались до своей прежней позиции, из щита каждого солдата торчало по нескольку стрел. Кадир двинулся вдоль шеренги, считая вполголоса, и возвратился, печально качая головой.

– Сколько?

– Сто сорок три человека, способных держать в руках оружие, – негромко сообщил опцион. – У нас восемь убитых, включая тех, кого мы оставили у реки, все остальные с ранениями разной степени тяжести. Некоторые из них могли бы выжить… если бы у нас был медик.

Марк покачал головой.

– На это надежды мало. Ближайший медик в нескольких милях отсюда, в лагере легионов. Гораздо больше шансов на то, что нам снова придется сражаться с вениконами. И очень скоро.

Глава 10

Два префекта вместе с примипилами стояли на склоне холма позади оборонительных позиций Первой тунгрийской когорты и наблюдали за вениконами, которые выстроились в молчаливые колонны на противоположном берегу за призрачной завесой тумана. Воцарилась пугающая тишина.

– При таком высоком уровне воды им не перейти реку вброд, раз мы поджидаем их с копьями наготове. И ниже по течению им тоже не перебраться, потому что и там стоят наши люди. Варварам остается только ждать.

Фронтиний замолчал, вглядываясь в притихших вениконов на другом берегу, а потом повернулся к своему коллеге.

– Сколько их там?

Примипил Второй когорты поджал губы.

– Ну, не знаю… тысячи четыре. Может быть, пять. Хочешь сказать, что остальные куда-то делись?

Фронтиний медленно кивнул.

– Вот именно. Если их так мало, то их вождям нет смысла связываться с Кальгом. Я ожидал увидеть тысяч десять, не меньше… Постой, что это?

На восточном берегу Красной реки показался отряд варваров, спешащих вверх по течению за одиноким воином с обнаженным мечом. Поначалу офицеры решили, что ниже по реке случилось ужасное несчастье и вениконы прорвались на этот берег. Фронтиний собрался отдать команды, но Невто неожиданно остановил его, положив руку на его плечо.

– Постой! Человек с мечом впереди – это мой Аппий. А синеносые наверняка твои ручные вотадины.

Фронтиний прищурился и вгляделся в подбегающих варваров.

– Ты прав. Пойдешь со мной?

Невто кивнул. Фронтиний повернулся к двум префектам и отсалютовал.

– Просим нас извинить.

Вдвоем они поспешили вниз. Фронтиний, припадая на раненую ногу, встретил Аппия у подножия холма. Запыхавшийся офицер коротко рассказал, что Восьмая центурия перебралась через реку, и сделал Марто знак продолжать. Предводитель вотадинов выступил вперед, почтительно кивнув обоим офицерам, а Аппий незаметно проскользнул за спины обоих примипилов.

– Твой офицер и его люди в полном порядке, но он просил передать тебе, что они продержатся лишь до тех пор, пока у них не кончатся стрелы. Им нужно подкрепление, иначе вениконы перейдут через реку и сметут их.

Фронтиний повернулся к Невто.

– Три центурии?

Его коллега на секунду задумался.

– Думаю, лучше четыре. Кто его знает, что там за это время случилось.