Убийца великанов - 1 - Алекс Фед

Высокий и худой. Постоянно смеется. На лице — шрам, — на миг Комар замолчал и слегка нахмурился, что-то вытаскивая из недр памяти. — С ним механик-толстячок. Из подручных средств эти двое собирали действенные темпорали почти без потери вибрации. Маг обездвижил и спеленал меня, как младенца, конструкцией из простых перекрестных резонаторов и карманного маятника. Я даже пискнуть не успел.

— Роктав? — удивился Релдон. — Только его мне не хватало. Это очень…очень плохая новость. Магистров в Вертисе всего трое, включая Короля. Значит, Леонис не только отдал меч, но и послал своего сильнейшего мага на помощь дочери. Серьезный противник, у тебя не было шансов.

Простая констатация факта. Кассель всегда чувствовал обиду, когда ему напоминали его о недостаточном уровне магической силы, чтобы действительно являться Магистром, а не только считаться таковым. В Сентории было только с десяток магов такого высокого уровня. И трое из них — из числа прокураторов. Все прекрасно знали, что Комар и Фазан находились не на своих местах.

— И что скандально известный Стерх намерен вытворять на Ритуале Призыва?

— Я не знаю, — обреченно вздохнул горбун. — Но они долго готовились.

— Думай. Напряги свою дырявую память, — злость все же прорвалась наружу, превратив голос в шипение.

Кассель старался. Он вспоминал все детали, какие мог, перескакивая, когда что-то ускользало, и сбивчиво продолжая рассказ каждый раз, когда снова всплывали обрывки произошедшего.

Релдон выслушал, не перебивая. С сознанием Комара знатно поработали. Безусловно, это сделал сам Роктав, наставив на горбуна немыслимое количество крючков и блоков.

И где же Мара, когда она так нужна?! Только ей под силу очистить эту мразь так, чтобы не задеть никакой важной струны сознания и не стереть его.

— Вставай.

— Релдон, мы же договорились! Пожалуйста! Я покажу, где меня держали, но тебе понадобится много людей.

— Мигг, прекрати ныть. Мне нужно проверить крючки, а потом ты лично меня туда сопроводишь.

Дрожащий коротышка потянулся к Полозу. Он с отвращением отстранился и открыл дверь в соседнее помещение.

— Ты впереди. И не смей ни к чему прикасаться.

За дверью была отлично оснащенная магическая лаборатория, в которой царил идеальный порядок.

— Ничего себе, Релдон, — Комар присвистнул, оценив оборудование. — У меня даже во дворце нет таких игрушек!

— Заходи в круг.

На полу была фигура, расчерченная множеством красных линий, пересекающихся в центре. Она облегчала выведение всех телесных вибраций, благодаря чему их можно было увидеть. Если на Комаре есть крючки, то лишние узлы колебаний будут заметны.

Горбун полностью разделся, лег в круг и развел руки и ноги в стороны, параллельно четырем самым толстым линиям на полу. Физиономия у него была жутко недовольная.

— Мне не доставляет удовольствия твой жалкий вид, мне плевать, — Релдон хмыкнул и вытащил окуляры и несколько линз разной толщины. — Придется тебе перетерпеть, раз ты попался по собственной глупости. Так что прекрати оскорбляться на пустом месте, чтобы не искажать вибрацию больше допустимого.

— Тут холодно. Если меня начнет знобить, будут помехи.

Полоз проигнорировал сказанное, вставил первые линзы и настроил фокус прибора, наводя на лежащего в кругу.

— Всегда было интересно, как в таком теле, как у тебя, рождается магия. Насколько я вижу, то это происходит вопреки всему. С сердцем тебе повезло. Если бы не твое увечье, то ты бы мог стать Магистром Войны. Прекрасный ритм.

— Релдон, я не подопытная мышь…

— Ты сейчас то, чем я тебе скажу быть, Мигг. Заткнись и не сбивай резонансы.

Полоз долго рассматривал горбуна. Обнаружить крючки ему не удавалось. Это было затруднено тем, что из-за особенностей строения тела горбуна, внутренние вибрации Комара пересекались во многих местах сами по себе, а также было несколько довольно плотных узлов. Понять, так это было изначально или это работа Магистра Гипноза было невозможно.

— Не сомневаюсь, что половины дряни на тебе не было изначально. Но трогать я ничего не буду, так как у тебя все в организме перемешано. Уберу что-то исконное и остановлю сердце. Надо было тебя раньше просмотреть, тогда бы сейчас знал, что лишнее, а что твое по праву рождения. Одевайся.

Релдон снял прибор и разобрал его, аккуратно положив все на место. И, пока Комар натягивал одежду, достал из тумбочки массивный наручень, подкрутил винт и протянул уже одетому прокуратору.

— Будешь пока носить ограничитель.

— Но…

— Не собираюсь переживать о том, когда проснется что-то из твоих новых паразитов. Так что ты будешь под присмотром, чтобы я знал, когда это произойдет.

Комар подчинился. Во-первых, он бы сам наслаждался, попади конкурент в подобную ситуацию, во-вторых, был бы куда жестче. С выражением полного безразличия Релдон застегнул наручи и послал импульс. Механизм с легким щелчком начал работать, поглощая потоки магии носителя.

— Стража будет тебя сопровождать везде. Если ты решишь покинуть Запретный Город, то ты знаешь, какое будет наказание. Если сообщишь что-то Сциору, то я никогда не сниму ограничитель и буду стирать по одному году жизни в день. Мы поняли друг друга?

— Да. Я все понял, — бросил Комар, потирая тяжелые браслеты на запястьях.

Релдон вызвал слуг с нижних этажей, чтобы помогли вернувшемуся прокуратору отмыться, и приставил к нему пару гвардейцев. Остался последний вопрос:

— Где вертийцы, Мигг?

— Что?

— Где вертийцы, Мигг?

— В Кирпичном Городе. Они остановились в «Неукротимом ибексе», — заторможенно пробормотал Комар, словно в оцепенении.

Это была неправда.

Зато незаметно активировался крючок, поставленный Релдоном и один из блоков Роктава. Скоро пойдет цепная реакция, и от воспоминаний горбуна, в котором развернется битва двух Магистров Гипноза, останутся только дыры. А пока Комар еще пригодится.

Глава 31 - Происшествие

Роберт был тщательно загримирован под мусорщика. Это позволяло без проблем посещать почти любые районы Риу, став невидимкой для стражи и других жителей.

Мусорщики были отдельной группой населения столицы, которая населяла свалку за стеной Нижнего Города. Их презирали как нищие, так и все остальные социальные слои. Если кто-то становился обитателем Ямы, то выбраться из нее было невозможно. Самый невероятный подъем, который мог случиться с изгоями — это стать мусорщиком. Только эта должность передается по наследству и наиболее уважаема среди отбросов дна Империи. Они занимались самой грязной работой в Риу, прочищая канализацию и туалеты, убирая трупы животных и мусор. Мусорщикам принадлежало полное право на мусор, который они собирали и свозили в Яму