Одиссея капитана Сильвера - Джон Дрейк

— Что скажешь, бравый капитан? — спросила вдруг Селена, стоящая рядом на квартердеке. — Похоже, снова Долговязый Джои оставил тебя с носом.

— Что-о? С какого это дьявола ты так решила?

— Он надрал тебе задницу. Ухлопал половину твоей команды, а теперь у него в руках остров и все твои драгоценности. Х-ха! И с чего я вообразила, что ты умный?

Она стремилась его обидеть, отомстить за свое унижение, за свои страдания. Тем более что «Морж» подошел ближе к берегу, она могла бы запросто прыгнуть в воду и уплыть. На берегу теперь не Флинт, а Долговязый Джои. Единственная проблема — пушки и мушкеты команды «Моржа».

Глаза Флинта округлились… и побелели. Попугай или Билли Бонс поняли бы, что приближается гроза. Но не было их на борту. А она попала в точку. В самую болезненную точку.

Когда утром взошло солнце, на борту «Моржа» находилась вполне приличная команда, семьдесят три человека. Осталось тридцать четыре. Остальные на попечении мистера Коудрея либо за бортом, покойники. И четверых из них прикончил сам Флинт, о чем теперь сожалел, потому что выступить против семидесяти одного бойца Сильвера с оставшимися силами нечего и думать.

— Сука! — гневно бросил Флинт и занес руку для удара. Но она отпрыгнула, затем вскочила на пушку и чуть было не исчезла за бортом, Флинт успел схватить ее за штаны. Селена вырывалась, пришлось прижать ее к себе. Оттаскивая девушку от борта, Флинт ощутил неожиданное воздействие этой близости. В последний раз он прикасался к женщине в ходе своих в высшей степени неуспешных экспериментов со шлюхами в Портсмуте. Давно это было.0

— Хм… — Флинт дышал тяжело, сердце билось учащенно. — Мы тебя запакуем обратно, девуля. Плотник дверь быстренько починит. — Он улыбнулся и отважился притронуться к ее щеке губами. Мысли придушить эту сучку или перерезать ей глотку уступили место другим, куда менее кровожадным.

* * *.

Берег. Народ выпрыгивал, вытаскивал лодки. Твердая земля под ногами? Как бы не так. Только не для Долговязого Джона. Его кссгыль зарывался и вяз в песке.

— А ведь глянь, капитан — Израэль Хендс махнул в сторону «Льва». — Похоже, что-то останется.

Сильвер обернулся в сторону горящего судна, всмотрелся. От грот-мачты к корме все полыхало, но далее к носу огонь почему-то не распространялся и даже, похоже, угасал.

— Да, кусок носа может и остаться на память. Но на носу в море не пойдешь. Как, много мы спасти успели?

— Свинина, сухари, другой жратвы навалом, капитан. Главное — ром! — успокоил Хендс — Оружие и боеприпасы. — Он ухмыльнулся. — Порох, порох, капитан! Пороху у нас — век не перестреляешь, — подчеркнул он под ржанье команды. — Навигация всякая: карты, компасы и прочее.

Хендс повернулся к зарослям.

— И островок вовсе не плохой. Был я здесь раньше, с Флинтом. Вода есть, фрукты растут съедобные. Козы прыгают. И даже блокгауз где-то построен.

— Эгей! — Поток воспоминаний Израэля Хендса прервал окрик Сарни Сойера, Он шагал рядом с группой моряков, подталкивающих кончиками обнаженных сабель перепуганного до смерти Билли Бонса, опутанного сетью с пробковыми поплавками.

— Во какую рыбку изловили, капитан. Билли спрыгнул за борт, когда пожар начался, ясное дело. Только как он из кандалов выпрыгнул? И откуда всю эту тряхомудию выудил, очень бы интересно узнать.

Однако интересно это было не всем. Очень многие предлагали сразу повесить Бонса поближе к солнышку на ветку.

— Тихо, тихо! — крикнул Сильвер, пробираясь по песку к Билли Бонсу. — Что за наряд на тебе, Билли? — Джон потрогал сети и поплавки. Бонс только пыхтел. — Такого ведь в момент не соорудишь. Это заранее задумано. И как из кандалов выпрыгнуть. И как судно спалить. Так ведь, Билли, цыпка моя?

Много усилий пришлось приложить Сильверу, чтобы спасти жизнь Бонса. Если б не Долговязый Джон, пришлось бы Бонсу молить небеса лишь о том, чтобы смерть его оказалась как можно менее мучительной. И опять причиной такой странной позиции Сильвера оказалось то же, что и раньше.

— Он единственная квадрантная башка под рукой, — убеждал Сильвер. — Без него нам тут, на острове, с козами, век вековать.

Так Бонс остался в живых.

И еще один член команды «Моржа», приближенный к Флинту, прибился к Сильверу.;

— Попутай, капитан. Весь в дырках, как решето, но, зараза, живучий. — Сарни Сойер предъявил Сильверу птицу, вид которой и вправду оставлял желать лучшего. — Пустить его в суп, что ли? Все-таки Флинтов шпион.

Но Сильвер не дал боцману отведать супа из попугая.

— С чего это? Если мы такую гнусную паскуду, как Билли Бонс, помиловали, то за что казнить бедную птаху? Иди сюда, милый. Мы тебе чего-нибудь поклевать сообразим, водички нальем…

Долговязый Джон снял шляпу и посадил попугая в нее; как в гнездо, в точности, как это делал Флинт Сильверу попугай давно нравился, и он, если не считать Флинта, был единственным, кто мог прикасаться к птице, не рискуя потерять пальцы.

— Нет, Капитан Флинт, — сказал он попугаю. — Мы тебе не свернем шею, не бойся.

А ближе к вечеру, когда, наконец, над Южной бухтой потянуло ветерком, на остров пожаловал Джо Флинт собственной персоной. Ну, не совсем на остров. Он прибыл на катере «Моржа», установив на носу его вертлюжную пушку. Флинт явился с флагом — как парламентер на переговоры. Остановился чуть дальше мушкетного выстрела, ради вящей личной безопасности, но так, чтобы доораться можно было.

— С чем прибыл, Джо? — приветствовал его Сильвер вопросом, стоя перед своими вооруженными до зубов матросами. — Что расскажешь?

— Да немного… — Флинт улыбнулся. — Билли Бонс с тобой… Что, Билли, сменил хозяина?

Бонс с воем вырвался из удерживавших его лап и понесся к Флинту.

— Пусть бежит! — крикнул своим Сильвер. — Плавать это полено не умеет, а Флинт за ним не пожалует, струсит.

Да, зря Бонс надеялся, слезно умолял и убеждал Флинта, что он его вернейший слуга. Не поверил ему Флинт. То есть сделал вид, что не поверил. Не признаваться же, что и вправду трусил.

— Ну, так что же, Джо? — снова поинтересовался Сильвер.

— Привез тебе надежду, которая тебя согреет ночью.

Сильвер молча ждал, пока Флит покончит с клоунадой и перейдет, наконец, к делу.

— У тебя остров, у меня судно, так?

— Ну…

— И у меня твоя чернушка, которая по доброй воле остается со мной. Ей осточертел одноногий калека, не способный удовлетворить естественные потребности здоровой женщины. — Флинт засмеялся.

— Ублюдок, — произнес Сильвер себе под нос.

— Джон, не кипятись, — спокойно пробормотал сзади Израэль Хендс. — Заврался хмырь, ему даже собственная команда не верит. Все знают, что она твоя. И тогда, когда мы плавали к поповской морде, она выпрыгнула, чтобы к тебе уплыть, да попалась этому выродку, — Хендс кивнул в сторону все еще заливавшегося соловьиным смехом Флинта и усмехнулся: — А что до него, то я тебе скажу: никто никогда не видал его с бабой.