Путь инквизитора. Том первый, том второй. - Борис Вячеславович Конофальский

— Извините за вторжение, господа, — поклонился им кавалер, — мое имя Иероним Фолькоф фон Эшбахт, Рыцарь Божий и полковник его императорского величества. Я в городе проездом. Ждать не могу, поэтому и решился побеспокоить вас.

— Что вам нужно? — почти возмущенно спросил человек, перед которым и стоял золотой кубок.

— Штатгальтер Краугер?

— Да, это я, — отвечал молодой человек, бледное лицо которого выражало утомление с самого утра. — Что вам угодно, полковник?

Волков из-под колета достал крепкую толстую бумагу с тиснением с имперским орлом, развернул ее и положил на стол перед господином Краугером.

— Срок погашения был еще в октябре. Прошу вас отдать распоряжение погасить вексель.

Краугер даже не взглянул на бумагу. Он с кислой миной продолжал смотреть на кавалера и, видя, что тот ждет ответа, нехотя сообщил:

— Во вверенной мне его величеством казне по случаю нет денег для погашения этого векселя.

Волков покосился на посуду золота и серебра, на богатую скатерть, на дорогую одежду штатгальтера.

— Бумага сия на две тысячи сто семьдесят семь монет, мне будет достаточно и двух тысяч, — произнес он. — Но прошу вас рассчитать меня сегодня или завтра. Думаю, что послезавтра мне придется выехать на войну.

Господа за столом стали переглядываться и улыбаться. Улыбались они так, что кавалер почувствовал себя дураком. А штатгальтер ему и говорит:

— Полковник, у меня в казне не наберется и пяти сотен серебром. Да и их я вам не могу выдать, мне жалованье людям еще платить, а людей у императора в этих землях немало.

— И что же мне делать? — спросил Волков.

— Уж извините, господин Божий Рыцарь, что встреваю в разговор, — начал один из господ, — но все мы тут по тому же поводу, все ждем возврата долгов от короны. А судя по тому, что король, да будет он проклят в веках, снова собирает армию, наш император не скоро рассчитается со своими долгами.

— Подайте прошение секретарю, — заговорил штатгальтер, — мы его рассмотрим, и коли будет возможность что-то выдать, так напишем вам. А вы же пока езжайте на войну и воюйте себе, не торопясь, сие дело весьма неспешное.

— И другого пути никакого нет?

— Конечно же есть, — снова заговорил господин Краугер, — для того вам надобно быть ко двору его величества и вытребовать сумму у имперского казначея. Думаю, так получится даже быстрее.

— А еще есть ловкие люди, что купят у вас эту бумагу, — сказал другой господин как бы между прочим. — Таких людей при желании найти можно.

— И сколько же эти ловкие люди дадут за мой вексель? — поинтересовался Волков, прекрасно понимая, что потери окажутся велики.

— А на какую сумму вексель? — уточнил господин.

— На две тысячи сто семьдесят семь талеров.

— Думаю, что монет двести пятьдесят, — отвечал господин.

Волков полагал, что потери будут, но не такие же!

— Двести пятьдесят монет? За вексель на две с лишним тысячи?

— Ну, — прикидывал господин, — ну, может, триста.

Волков посмотрел на этого господинчика исподлобья. Он буквально кожей почувствовал, что его обманывают, что человек со стороны никогда не получит денег по подобному векселю, а эти дельцы на векселях и зарабатывают себе на золотую посуду. Может даже, и вся эта затея с векселями — обман, в который он попал.

— Значит, господин штатгальтер, у вас нет денег, чтобы погасить этот вексель? — переспросил Волков таким тоном, что в комнате стало тихо.

— К сожалению, — отвечал штатгальтер без всякого сожаления в голосе. Он просто желал, чтобы этот полковник побыстрее убрался отсюда. — Может, после кампании, которую затевает император в южных землях, они появятся. Но пока, — он развел руками, — денег нет, и они даже не предвидятся.

— Ко двору его величества я не поеду, недосуг. И заявку вашему писарю писать не буду, — начал кавалер, пряча имперскую бумагу под колет. — Если я переживу войну, то поеду обратно и снова окажусь у вас в городе. И тогда снова поговорю с вами насчет погашения этого векселя.

Лицо штатгальтера скривилось в презрении, и он произнес весьма холодно:

— Как вам будет угодно. А пока я прошу вас, полковник, оставить меня: я обедаю.

Волков кивнул господам и покинул обеденную залу этого молодого имперского чиновника.

⠀⠀

⠀⠀

Глава 33

⠀⠀

Ему бы забыть про вексель, вексель был сегодня делом десятым — разве денег ему не хватало? Хватало — и ему бы про войну сейчас думать, но та заносчивость, с которой говорил штатгальтер, задела Волкова. Сумма, предложенная его сотрапезниками, говорила, что считают они кавалера за дурака. Не хотелось ему верить, что его вот так запросто обманули, взяв военного товара у него за десятую долю стоимости. Тут любому стало бы обидно. И вспомнил он слова хитрого Наума Коэна, который еще в одну из первых встреч говорил рыцарю, что даст за этот вексель тысячу монет, а больше ему все равно никто не даст. Уверенность ловкого банкира в собственной правоте еще тогда не понравилась кавалеру. Поэтому к Коэну он и не поехал, а отправился к другим людям.

В доме Ренальди и Кальяри банкиры приняли Волкова с большим почетом. Сам Фабио Кальяри вышел к рыцарю, хотя ходил старик уже не без труда и с палкой. Вышли к нему и другие члены банкирского дома. Тут же был накрыт стол в зале, слуги стали носить закуски и вина самые разнообразные — от крепких до легких. Буженина в горчице с черносливом, прозрачная ветчина прошутто, копченые бараньи ребра с песто, горячая фокачча и к ней оливковое масло с черным перцем и солью в маленьких чашечках. Волков сразу вспомнил свою молодость, проведенную в южных землях, и эта еда, которую он давно не пробовал, и эти вина, которые давно не пил, ему очень нравились.

А за едой банкиры начали и разговор. Фабио Кальяри, даром что был стар, но ум все еще имел трезвый.

— Значит, едете на войну с мужичьем?

— Да, жид Коэн привез мне денег, много денег, и патент полковника. Если бы он привез только золото… А тут имперский патент, я не смог отказаться, — отвечал кавалер.

— Этот пройдоха знает, как найти путь к сердцу человека, — говорил с улыбкой Энцо Ренальди, седой, но еще бодрый муж, глава семьи Ренальди. — Но я хочу, чтобы вы, кавалер, знали, что среди того золота, что вы получили, есть и наши деньги.

— Ах вот как? — удивился Волков. —