Учитель - Филип Жисе

— Что бы это могло значить? — подумал старик, наблюдая за молодыми людьми.

— … неважно кто он, если у человека есть деньги, — услышал старик, приблизившись к парочке, слова парня в костюме.

Парень говорил с небольшим акцентом и старик подумал, что он иностранец.

— А мне плевать на его деньги, — огрызнулся охранник, ухмыльнувшись.

— Может вам плевать и на свое место работы?

— А вам какое дело? На что хочу, на то и плюю.

— Я хочу поговорить с вашим начальством.

— Нету начальства… Вы еще здесь? — спросил охранник, заметив старика. — Я вам что говорил?

— Если нет начальства, тогда позовите администратора, — потребовал молодой человек.

— А нету его, — осклабился охранник. — Никого нету.

Привлеченная перепалкой, вокруг спорящих начала собираться толпа.

— Молодой человек, — старик повернулся к парню в костюме, — вам не стоит заступаться за меня. Я могу купить еду и в другом месте. Поберегите свои нервы. Не спорьте с человеком, который находится во власти невежественного разума. Это…

— Слышь, дед, ты начинаешь меня доставать. Давай проваливай отсюда, — охранник сморщился, когда схватил старика за шиворот и, словно нашкодившего ребенка поволок к выходу из магазина.

Старик не сопротивлялся, лишь грустная улыбка появилась на его лице да глаза заблестели.

— Эй, вы что себе позволяете?! — услышал старик голос молодого человека. — Вы слышите меня?

Охранник распахнул входную дверь и выставил старика на улицу, сам же повернулся к парню, уперев руки в бока.

— Тебя что вслед за бомжем отправить?

Сквозь приоткрытую дверь, старик увидел, как побагровело лицо молодого человека, руки сжались в кулаки, скулы заходили под кожей.

Старик почувствовал, как сильнее забилось сердце. Он почувствовал неловкость, осознав себя причиной конфликта и беспомощность из-за невозможности его остановить. Разве помогут слова, когда невежественный разум не приемлет слов?

Парочка готова была наброситься друг на друга, когда появилась девушка в короткой черной юбке и белой блузке. У нее на груди старик заметил бейджик с надписью «администратор Людмила».

— Что здесь происходит? — спросила девушка, взглянув на охранника.

— Та ниче, Люд. Все нормально. Тянет сюда бомжей всяких, а потом у людей вещи пропадают.

— Какие бомжи? Что-то я не вижу здесь ни одного бомжа.

— Я его на улицу выставил, а этот, — охранник кивнул на молодого человека, — заступиться решил. Так я и его сейчас выставлю.

— Я бы на вашем месте сменил охранника, — сказал молодой человек, взглянув на девушку.

— Если хотите, можете сделать запись в книге жалоб, — предложила девушка.

— Спасибо, не хочу. Единственное, что я сейчас хочу, так это убраться с вашего чертового магазина, — сказал молодой человек и покинул магазин.

Желваки продолжали играть на его скулах, когда он вышел на улицу. Потупив взгляд в землю, он двинулся к машине, стоявшей неподалеку. Он настолько погрузился в себя, что даже не расслышал слова благодарности, сказанные стариком, когда тот проходил рядом. Заметив это, старик улыбнулся и последовал за парнем.

— Я хотел бы поблагодарить вас за то, что заступились за меня, — сказал он, догнав парня.

Парень, услышав голос за спиной, развернулся и посмотрел на говорившего. Увидев, что это старик, он махнул рукой и сказал:

— Не стоит благодарить. Я ничего не сделал.

— Вы заступились за… э-э-э… бомжа, — напомнил старик.

— Надо было дать ему по морде, — парень, казалось, мыслями все еще был в магазине и выяснял отношения с охранником.

— Забудьте о том, что произошло. Это уже прошлое. Не омрачайте настоящее прошлым. Часто оно не стоит того.

— Легко сказать… Ну, да ладно. Черт с тем охранником. Хотя такие, как он, не должны работать с людьми. Таких надо подальше от людей держать. Где-то в лесу. Пусть лучше деревья валят. Если бы кто-то из моих подчиненных повел себя как он, был бы уже уволен. Эти идиоты не понимают, что таким отношением только отталкивают людей. Удивительно, как их магазин не развалился до сих пор.

— Прошлое не дает вам покоя, — улыбнулся старик.

— А, не обращайте внимания. Но я бы с удовольствием все же заехал бы в челюсть тому засранцу. Может это научило бы его тому, как вести себя с людьми.

— Вы думаете насилие — это лучший способ для решения проблем?

— Нет, но для той ситуации, думаю, это был бы лучший способ. С таким как тот идиот только так себя и надо вести. Такие люди не понимают нормального человеческого языка. С такими говорить, все равно что разговаривать со стеной. Я знаю таких людей. В Украине их много. У нас во Франции такие нелюди тоже есть, но все же их там меньше.

— А я вижу, что у вас акцент небольшой есть, дай думаю, иностранец. Значит, вы с Франции? Но знаете, вы очень хорошо разговариваете по-русски.

— Спасибо. Да я из Франции, из Парижа. В Украине два года уже живу. У меня здесь свой бизнес.

— Знаете, меня всегда удивляло, почему иностранцы переезжают жить в Украину и даже вот бизнес свой начинают. Может вы мне подскажите почему так происходит? Неужто, например, во Франции жизнь хуже, чем в Украине? Но это же неправда.

— Украина, конечно же, не Франция, но и здесь можно деньги зарабатывать. Только взятки часто требуют. У нас такого во Франции нет, но в Украине зато, если есть деньги, можно любой вопрос решить на свою пользу. Главное, были бы деньги, тогда любой ваш чиновник готов стать тебе лучшим другом.

— Вы правы, если есть деньги, любой готов быть твоим другом, но если их нет, то… — старик развел руки в стороны. — К сожалению, многие люди любят деньги больше, чем самих себя. Сегодня мне трудно понять, как можно испытывать такую привязанность к ним. Ведь это же простая бумага.

— Без этой, как вы говорите, бумаги в современном мире долго не проживешь. Даже хлеба без денег не купишь, не говоря уже про что-то более дорогостоящее.

— Так и есть, — старик сокрушенно кивнул головой. — Так и есть, и это не может не печалить.

— Почему же это вас печалит? Вы думаете, что деньги это зло?

— Позвольте узнать, как вас зовут?

— Николас.

— Николас. Какое необычное имя для человека, впервые разговаривающего с иностранцем, — улыбка тронула губы старика. — Очень приятно с вами познакомиться Николас. Меня зовут Александр Петрович. Я вот что вам скажу. Деньги — это не