Дрейк - Вероника Мелан

В эту минуту в гостиной на себя смотрела Бернарда.

Прорисовавшийся овал лица, большие серые глаза, неизвестно откуда взявшиеся скулы, далеко не массивные плечи и рука, поддерживающая, сползающие со сдувшегося живота джинсы.

Дрейк был прав: после того спортзала можно было есть все, что угодно.

Откуда-то из глубины поднималось неотвратимое, как цунами, бурное ликование.

Это я…. Это новая я. И это только начало, будет еще лучше!

В отражении незнакомки была еще одна странность – новый уверенный взгляд. Несмотря на бушующие внутри эмоции, несмотря на восторженную улыбку, взгляд оставался спокойным и ровным. Сильным.

С радостью сбросившая с себя бразды правления Динка теперь мысленно пританцовывала «Ух, ты… эта новая я! Прямо как в фильме. Супер!» Прищурившая глаза Бернарда не обращала на нее ровным счетом никакого внимания, потому что единственной мыслью, достойной ее внимания в тот момент, была одна: пришла пора сменить гардероб.

* * *

Первое столкновение с этим субъектом произошло еще на парковке.

Подтаявший за день снег заледенел к вечеру. Темнело. Каблуки ботинок нещадно скользили по неровной корке, джинсы стыло льнули к коленкам, недружелюбно подвывал усилившийся ветер. Я как раз пробиралась между одинаковыми серебристыми машинами, когда на стоянку въехал черный автомобиль и остановился прямо у входа в «Реактор». Быстро семеня подошвами, чтобы уменьшить риск падения, я выбралась на бордюр и поспешила к воротам.

Интересно, что такого срочного понадобилось Дрейку, что он вызвал меня в офис почти в шесть вечера? К тому времени я успела закончить медитацию (с котом на коленях. Миша, по-моему, любил медитировать куда больше меня) и собиралась пройтись по магазинам – посмотреть зимнюю обувь и кое-что из одежды.

Мобильник, лежащий на тумбочке, выдал звонок, но не обычный – специальный сигнал экстренного сбора сотрудников в «реакторе», как когда-то в кафе объяснил начальник. И сигнал этот за всю спокойную жизнь в Нордейле я слышала впервые.

Добираться решила не на «Нове» – скользко и долго, поэтому прыгнула поближе к зданию. В сам офис не решилась: Дрейк предупреждал, что кабинеты перемещаются в пространстве. Не хватало мне еще одной озоновой клетки.

Поравнявшись с черной машиной, из которой в тот момент вышел мужчина, я совершенно неожиданно поскользнулась, нелепо замахала руками в воздухе, развернулась вбок и со всего размаху, чтобы хоть как-то удержать равновесие и не удариться коленями о лед, брякнула ладонями о капот. Звук вышел внушительным – черный метал вздрогнул, но не прогнулся. Шумно выдохнув и выдав проклятье, я расплела морской узел из нижних конечностей, привела их в стабильное положение и поднялась, чтобы первым делом наткнуться на взгляд водителя, стоявшего рядом.

Лучше бы там оказался кто-нибудь другой – десять представителей Комиссии, ржущий над моей неуклюжестью хоровод из детей, вредная Татьяна с работы в конце концов, но только не этот здоровенный мужик в кожаной куртке, глаза которого обещали скоропостижное линчевание.

– Извините, я не специально, – пролепетала я и быстро потерла капот рукавом, стирая отпечатки ладоней с драгоценной водителю поверхности. После чего на всех парах рванула в вестибюль, спиной ощущая пристальный тяжелый взгляд.

Быстрый скан бейджа, пробег сквозь стальную рамку детектора, стряхивание с волос снежинок, вызов лифта.

«Подумаешь, с кем ни бывает…. Ну, упала на чужую машину, главное, ноги целы….»

Вбежав в теплую спасительную кабину, я нажала нужный этаж и развернулась спиной к стене, наблюдая за тем, как закрываются двери. Чтобы сомкнуться окончательно, дверям не хватило всего пары секунд – на их пути внезапно возник огромный мужской кулак. Створки недоуменно застыв, разъехались в стороны, впуская в кабину требовательного посетителя. Конечно же, мужчину в кожаной куртке.

Это был, наверное, самый неприятный в моей жизни подъем в лифте. Немигающий напротив холодный взгляд, будто раздумывающий: уместить ли в багажник сначала отрезанные ноги, а потом уже туловище или наоборот.

– Я не хочу…. с ним!

– Это еще почему? – голос Дрейка был непривычно холоден.

Пустота и ровный свет коридора, равнодушные молчаливые стены. А за дверью кабинета сидел тот самый водитель – оказалось, ему не просто приспичило подняться на тот же этаж, ему приспичило войти в тот же кабинет, где меня ждал начальник.

Я всплеснула руками, вспоминая недавний инцидент на парковке.

– Он какой-то…. недобрый! Глаза, как….

– Что не так с его глазами?

– …. как у убийцы! – выдохнула я, наконец подобрав подходящее сравнение.

– Он и есть убийца, – сухо отрезал Дрейк. – Ассассин. Лучший убийца на Уровнях и твой будущий коллега, поэтому возьми себя в руки и перестань тратить мое время.

Проглотив язык, я молча поплелась за Дрейком назад в кабинет.

Коллега!? И где я так провинилась, чтобы мне такого в пару?

«От тебя требуется не так много, Бернарда, но все должно быть исполнено точно, без запинки. Выучи код доступа, переместись в помещение на этой фотографии, открой Рену дверь бункера, после чего сразу же телепортируйся назад. Все, что он будет делать дальше – не твоя забота…»

– Только открыть дверь и уходить?

Кивок начальника. Подозрительный вопрошающий взгляд человека в куртке: «кого ты мне дал?…»

Черная машина куда-то неслась. Та самая, капот которой я так немилосердно сплющила своим весом. Рядом сидел мой новый коллега – Рен Декстер – профессионально тренированная машина для убийства.

Мне был обиден его недоверчивый взгляд в кабинете, и, глядя на мелькающие по обочинам дома, я думала о том, что все сделаю правильно. Главное, не зацикливаться на презрительно сжатых губах соседа, главное, помнить код доступа и выполнить свою миссию без ошибок. Главное, впервые получив задание, не подвести в первую очередь саму себя.

Зимний вечер, редкие светофоры, поземка.

И натянутые до предела нервы. Сожаление о рухнувших планах, возбуждение от первого серьезного поручения, исходящий от молчаливого водителя холод.

Лестница не кончалась, уходила все ниже и ниже, вилась под торговым центром в подвале. Стук каблуков эхом отдавался от стен – Декстер морщился, как от зубной боли. Я его понимала, но кто же знал, что в «реактор» следовало прибыть в кроссовках? Век живи, как говориться…. Сам-то он двигался бесшумно, как большой кот – высокие шнурованные ботинки не издавали ни звука. Наконец остановились перед бетонной стеной с неприглядной дверью посередине. Обозначения, дверная ручка и звонок отсутствовали – серо и слепо смотрела на нас в свете единственной лампочки бетонная поверхность. Бомбоубежище?

Рен посмотрел на меня и впервые за вечер открыл рот: