Сокровища горы Монастырь - Михаил Иванович Ханин

И она не загружала меня. Вот и на этот раз к моему приезду она справилась с собой и смотрела на меня заплаканными глазами даже чуть заискивающе. Мне снова стало жаль ее. Но я и на этот раз не поддался своим чувствам и сразу протянул ей фото, взятое у Гриши. Галочка наигранно бодрым голосом подтвердила, что именно этим длиннющим парнем интересовались и участковый, и предприниматель на черной «Волге», и хромой Карабас-Барабас на синей «Ниве».

– Это Женька Чернов! В прошлом году он… семь раз сватался ко мне, – выпалила она и прибавила тоскливо: – А я, дура, отказалась… Из-за тебя.

– Намек понял! – сделав умное лицо, отрапортовал я и пообещал: – Я тоже когда-нибудь пришлю к тебе сватов. Ты – лучшая!

После этого я чмокнул подружку в губки и помчался в Щебетовское – попала шлея под хвост. Этот ее кавалер серьезно заинтересовал меня. Во-первых, я хотел вспомнить, где видел его. Во-вторых, я хотел понять, чем вызван нескрываемый и, боюсь, нездоровый интерес к его персоне. Участковый не в счет, у него работа такая – разыскивать пропавших граждан. Гриша тем более не в счет. Он ищет друга.

А вот «сосед» и «дядя»… После разговора с Гришей стало ясно, что они лишь самозванцы на эти роли. Да и до разговора я не питал особых иллюзий на их счет.

Появление Анатолия в этих местах серьезно встревожило меня. Никогда не думал, что он может объявиться здесь. И уже никогда не поверю, что он появился здесь случайно, без дальнего прицела. В отличие от меня в его жизни не происходит ничего случайного…

Если здесь что-то случится (а я не сомневаюсь, что что-то случится), то я подумаю на Храмцова. О-очень неоднозначная личность. В прошлом именитый спортсмен, толковый инженер, с началом реформ и закрытием завода какое-то время перебивался случайными заработками, потом пристроился тренером в спортивную школу, позже связался с бандитами.

Обыкновенная история. Я не берусь осуждать его. Каждый выживает, как может. Сейчас, говорят, не время бояться испачкать белые перчатки. Время делать деньги, наживать первоначальный капитал. Любой ценой! Даже если Жванецкий учит нас изо дня в день: «Не важно, как человек приобрел иномарку, важно, что человек на иномарке!»

И я отдаю себе отчет в том, что ни грабежи, ни убийства, ни наркоторговля никого уже не шокирует, а причастность к подобного рода бизнесу никого не компрометирует. Наоборот, характеризует с наилучшей стороны: энергичный, сравнительно молодой еще человек живет в ногу со своим непростым временем…

И все же сегодня, несколько часов назад, мне стало не по себе, когда в зарослях померещилась его фигура. Дурной знак, быть беде! И к бабке не ходи.

А этот якобы предприниматель на черной «Волге»… Ему-то зачем понадобился Чернов? Хороший вопрос.

Немного подумав и сопоставив факты, я начал склоняться к мысли, что и бригада барнаульских гастролеров тусуется здесь не случайно. Из головы не выходил промчавшийся по Тихонову лугу к реке и обратно черный БМВ. Точно на таких же черных БМВ уехали братки из «Эльдорадо». И я не мог убедить себя в том, что это случайное совпадение марки и цвета двух разных машин, принадлежащих абсолютно разным хозяевам.

А ведь еще мне тогда вроде бы почудился и сдавленный крик. А еще именно там и именно в то же время я мельком увидел затаившегося Анатолия. И это тоже не было случайным совпадением. Темная история. Пахнуло какой-то тайной.

Чтобы как-то прояснить ее, я и отправился в Щебетовское. Там в районной больнице работал терапевтом один из моих друзей детства. От него-то я и решил узнать интересующие меня подробности пребывания Евгения Чернова в больнице и обстоятельства его побега.

Помимо того, я возлагал определенные надежды на осмотр Тихонова луга и разговор с Галочкой об ее ухажере. И еще! Я осознавал, что ввязывания в эти дела сопряжено с большим риском, но все же почти не сомневался, что ввяжусь в них. Хотелось бы понять – чего ради!

В Щебетовском

В регистратуре мне объяснили, что Зайчиков Владимир Алексеевич принимает в тридцать седьмом кабинете, второй этаж, по коридору направо. Возле его двери с табличкой «Терапевт» сидели три человека, я занял очередь и присел рядом. Когда я заглянул в кабинет, мой друг торопливо заполнял какую-то карточку. Это был худенький маленький чернявый человечек с великоватой для его тщедушного тельца заметно облысевшей головой.

– Проходите, присаживайтесь! – буркнул он, не посмотрев на меня. – На что жалуетесь?

– На друзей! – вздохнул я. – Зазнались, заелись, «не повернут головы кочан»…

– Валерка! – взвизгнул, подпрыгнув на стуле, терапевт. – Приехал, чертяка!

Мы обнялись, мой приятель даже прослезился. Из нас четверых он был самым впечатлительным. Зайчик (так звали мы его в детстве) тут же предложил обмыть встречу в укромном и уютном, по его мнению, местечке – в морге. Я наотрез отказался.

– Даже и не настаивай – я за рулем, – пояснил я. – А тут гаишники на каждом повороте. Да и дорога на Тихоновку – сам знаешь какая. Оплошаешь – и костей не соберешь. Приезжай лучше ты к нам. Соберемся – ты, Колобок, Тюрючок и я – на берегу Зеленой и оторвемся тогда по полной.

Зайчик, разумная и добрая душа, не стал настаивать, но сам на радостях выпил, потом еще и еще. Это мне не понравилось, но я промолчал. Сначала, как водится, мы углубились в воспоминания. Благо рабочий день близился к концу и в кабинет никто не заглядывал.

Потом я перевел разговор на интересующую меня тему и узнал все, что можно было узнать. Правда, ни черную «Волгу» с затемненными стеклами, ни бородатого предпринимателя мой друг ни разу не увидел. Значит, на территории больницы они не появлялись – в наблюдательности ему не откажешь.

Захмелев, Владимир стал хвалиться тем, что он – половой гигант и что все особи женского пола стараются