Не ходите, дети... - Сергей Удалин

Или, что более вероятно, им нужен кто-то из гостей колдуна. Но ни Гарику, ни его белому приятелю эти ребята не казались знакомыми. Остается…

Магадхела приоткрыл один глаз и попытался, не прерывая контакта с обоими русскими, проникнуть еще и в сны Мзингвы. Это оказалось не так уж трудно, благо колдун уже неоднократно забирался в мозги своего дальнего родственника. И там всегда было полно всяких глупостей, но такого, как на сей раз…

Магадхлела быстро понял, что у чужаков серьезный разговор к его молодому другу. И автоматы они прихватили с собой не случайно. А может быть, и вовсе не собираются разговаривать, а сразу сделать так, чтобы он больше не смог причинить им никаких неприятностей. И в таком случае они вряд ли станут оставлять в живых случайных свидетелей. Спят они или с духами общаются – без разницы.

Великий предок Ункулункулу^[25], как не вовремя-то! Откровенно говоря, колдуну не составило бы труда справиться с незваными гостями, но для этого пришлось бы на время упустить из вида духов Гарика и Андрея. И нет никаких гарантий, что они отыщутся раньше той поры, когда возвращение в тело станет уже невозможным. Стало быть, придется действовать иначе. Отправить тела вдогонку за духами.

А заодно и тело этого непутевого зулуса, которого Магадхлела, на свою беду, взялся опекать несколько лет назад. Умереть во сне – не такая уж плохая судьба, но колдун еще надеялся на благоприятный исход столкновения с браконьерами. И при этом Мзингва ему будет только мешать.

Магадхлела успел побросать в очаг необходимые травы и коренья, обмазать руки и лица своих гостей волшебным бальзамом и даже пробормотать нараспев начало заклинания, но тут полог у входа в хижину откинулся и внутрь заглянул хромированный ствол автомата…

* * *

– Ну и как это все понимать? – рявкнул Шахов так, что Гарик, расслышавший спросонок только последнее «мать», мгновенно пришел себя, приподнялся на локте, вытянул шею и попытался обозреть окрестности.

Не получилось. Густая высокая трава цвета хаки с тонкими сухими стеблями, длинными и острыми, как у осоки, листьями и веселенькими метелочками на концах закрывала обзор.

Мулат, недовольно покачав головой, поднялся на ноги, осмотрелся и затряс курчавой шевелюрой. Хижины колдуна поблизости не наблюдалось. Да и в отдалении тоже. Но это еще полбеды. Не обнаружил Гарик и «фольксвагена», на котором они сюда приехали. А самое неприятное – нигде не было видно даже намека на какую-либо дорогу.

– Ой, а где это мы? – только и смог выговорить растерявшийся студент.

– Да уж ясно, что не в Караганде! – хмуро проворчал Андрей.

– А как мы сюда… – попытался продолжить Гарик, но партнер зло перебил его:

– Как мы сюда – это понятно. Хотелось бы понять, как мы теперь отсюда.

На самом деле злился он в основном на себя. Это ж надо было так влипнуть! Повелся на экзотику, развесил уши, позволил себя усыпить. И стоит ли удивляться, что просыпаешься неизвестно где, с пустыми карманами, и хорошо, что вообще проснулся. Интересно, сколько доверчивых туристов эта парочка таким вот образом обслуживает за год? Причем ни в каком отеле этот Мзингва наверняка не работает, и зовут его как-нибудь иначе. А вот администратор… он свое еще получит, как только Шахов доберется до города.

Похоже, студент мыслил в том же направлении, потому что тут же начал рыться в карманах пиджака. И спустя секунд десять удивленно заметил:

– Андрей Викторыч, а документы-то на месте! – Потом пошебуршал еще и добавил: – И деньги… и мобильник.

Теперь засуетился Шахов. Он был настолько уверен, что ему обчистили карманы перед тем, как выбросить в чистом поле, что даже не удосужился проверить. И вот поди ж ты – цел бумажник. Даже кредитные карты не тронули. Что ж им тогда нужно было?

– Нич-чо не понимаю, – вынужденно признался бизнесмен.

Тем временем студент нащупал в дорожной сумке нетронутую бутылку «Джонни Уокера» и молча предъявил ее Андрею.

– Ах, даже та-а-ак! – задумчиво протянул Шахов. – Это меняет дело.

Предположим, колдун оказался бессребреником. Он ведь про оплату так ничего и не сказал. Но виски-то Магадхлела любит нежной и трепетной любовью. Не мог он от своего счастья отказаться. Хотя об этом только со слов Мзингвы известно. Но зачем врать в таких мелочах?

– Нет, похоже, не колдун нас здесь выбросил, – заключил Андрей. – Но кто же тогда?

– Может, те, с автоматами?

– А ты их тоже видел? Я-то думал, что они мне приснились.

– А может, мы до сих пор спим? – предположил Гарик, снова усаживаясь на землю.

– И видим один и тот же сон? – недоверчиво хмыкнул Шахов.

– Ну, это же необычный сон, – студент спорил, вероятно, из одного лишь чувства противоречия. – Состояние транса с наведенными галлюцинациями. Обычная эзотерическая практика.

– Ой, да хватит уже про эту шизотерику! – взвился Андрей, словно ему наступили на любимую мозоль. – Лично я наелся ею досыта. Если вдруг выяснится, что мы спали, я только обрадуюсь, а пока нужно постараться самим отсюда выбраться. Позвони-ка ты, дружок, в полицию! Телефон: десять-ноль-одиннадцать^[26].

Шаховский телефон остался подзаряжаться в номере отеля. Да и в любом случае студент лучше сумеет объяснить, что с ними случилось. Если вообще сумеет…

– Ну, что ты там возишься? – нетерпеливо поинтересовался Андрей секунд через тридцать.

– Молчит телефон, Андрей Викторыч, – виновато произнес Гарик. – Вне зоны действия, похоже.

Так, еще не легче! Угораздило же их оказаться в такой дыре, где даже мобильная связь не работает. Стало быть, рассчитывать на чью-либо помощь не приходится.

– Что ж, будем сами выбираться к цивилизации, – решил Шахов. – Пешедралом.

– Триста километров? – скорчил кислую мину студент. – Это ж сколько дней топать придется?

– Почему сразу триста? – с преувеличенной бодростью возразил бизнесмен. – Может, в какой-нибудь населенный пункт выйдем. Или на дорогу. А там попутку поймаем.

– Ага, много мы этих попуток вчера видели! Да и дорог тоже.

– У тебя есть другие идеи?

Андрей начал заводиться по-настоящему. Понятно, что дело – дрянь, но зачем же напоминать каждую секунду? Да еще с деликатным намеком на то, кто во всем этом виноват. Как будто он для собственного развлечения затеял эту поездку. Вот и попробуй с таким действовать в команде.

Нет, так нельзя. Нужно держать себя в руках и держаться друг за друга. Сам-то Шахов как-нибудь выкарабкается. И не в такой заднице бывать приходилось. А вот студент – он же к реальной жизни совсем не приспособлен. Хотя… Андрей, пока валялся на солнцепеке, успел основательно поджарить лицо и руки, что в ближайшем будущем обещало массу приятных ощущений, вплоть до сползающей клочьями кожи. Да и сейчас при разговоре на щеках словно натягивались какие-то нити, не позволяя широко раскрывать рот или улыбаться. А пацану – хоть бы хны! Его местное солнце не берет. Он же здесь почти как дома. Генная память.