Волхв - Сергей Геннадьевич Мильшин

Село выглядело пустынным: все жители сейчас собирались на лугу у речки. Пока шли по первой улице, где и обитал старик, никого не встретили. Смагин ещё раньше свернул к своему двору – его родичи жили на окраине. Трудень, почуяв родную усадьбу, призывно заржал. Ему ответили из соседних конюшен. Забрехали знакомые собаки – посторонние на улице. Гор толкнул калитку, которую когда-то сбивали вместе со стариком. Путникам повезло: дед Несмеян, как чувствовал, решил выйти на праздник попозже, надумал навести порядок во дворе, после того как закидал сено. Сейчас Несмеян сгребал остатки рассыпанной травы.

– Деда! – Гор бросился к старику.

– Внучок, – обняв парня, Несмеян смущённо засмеялся: при посторонних как-то неудобно.

Парень отстранился от старика:

– Смотри, кто с нами.

– Вижу, ведун пожаловал. Здрав будь! А это кто, тудымо-сюдымо, не знаю тебя, парень.

– Деда, это княжич, Владислава сын.

Старик удивленно глянул на Белогоста. Тот кивнул, подтверждая. Княжич склонил голову:

– Любояр.

– А отец твой где, неужто разрешил наведаться? – Несмеян вернул поклон.

Княжич посмурнел:

– Отец мой погиб вчера.

– Как погиб?

– Дед, – Гор оборвал затянувшееся недоумение. – Потом объясню. Ты на праздник идти собираешься?

– Ну а как же? Сейчас и пойдём.

– Коней приберёшь? – Гор смешно сморщил нос. – Ну, пожалуйста, – отстегнул меч, удерживая в руке Ярого.

Старик, присматриваясь к рысёнку, усмехнулся:

– Да приберу, приберу, тудымо-сюдымо, бегите ужо.

– Я тебе помогу, – ведун взялся за супонь. – Этих пострелов разве теперь удержишь.

Подождав, пока княжич разоружиться, Гор мотнул ему головой. И, дёрнув нового друга за руку, выскочил в незакрытую калитку. Любояр, неуверенно оглядываясь, последовал за ним.

Темнело. Почти прозрачная луна, выкатившись на освещённое звёздами небо, зависла над тёмными деревьями. На широком лугу, спускающемуся к узкой речушке Малуге, непривычно многолюдно. Жители деревни толкались на всём пространстве луга, разбившись на небольшие группы по интересам. Девушки, украсив непокрытые головы цветочными венками, смешливо судачили. А где водили хороводы. Некоторые, собравшись на берегу, пускали по воде заплетённые в коло венки – гадали. Парни в расшитых праздничных рубахах, с яркими подпоясками, затеялись играть в лапту, не забывая бросать будто бы нечаянные взгляды в сторону девушек.

На взгорке выстроились зрители самого разного возраста. Женатые пары лузгали семечки, разбившись на компании. Старики и бабульки сидели и стояли вокруг лавочек, специально принесённых для них. Другие родноверы пританцовывали под рожок и гусли, а музыканты наяривали, рассевшись на траве посередине луга. Вокруг всех сновала многочисленная детвора, с визгом и хохотом гоняясь друг за другом.

Высокая худая женщина – весталка, окликнув двух парней, приказала им разгрузить телегу. А потом закатить на взгорок перед рекой несколько деревянных колёс. Ребята наперегонки кинулись исполнять указание. На том же пригорке уже возвышался вытянутый к небу шалаш из сухих жердей и веток потоньше – будущий костёр.

Гор и Любояр выскочили на луг в числе последних. Потворник сразу потащил товарища к деду с бабкой. Деда Евсея и бабку Малушу он углядел издалека: дедок о чём-то рассказывал толпе пожилых родственников, собравшихся вокруг, а бабка внимательно слушала. Ухватив скромничающего княжича за руку, Гор с разгона втащил его в центр круга. Старики разом замолчали, разглядывая незнакомого парня.

– Здравия, родичи, – Гор, вежливо поклонившись на четыре стороны, указал рукой на Любояра. – Дед Евсей знакомьтесь – ваш внук, Любояр, – из-за спин выбралась бабка Томила, Гор заметил её. – А твой правнук.

Высокий крепкий Евсей протёр глаза:

– Неужто правду, Любояр?

Княжич выпрямился смущённо:

– Он самый, Любояр.

– Боже ты мой, радость-то, – старик притянул внука к груди.

Родичи задвигались, зашумели. Каждый желал хотя бы потрогать княжича, к нему потянулись руки.

– Ну, старый, дай глянуть на него, облапил, как косолапый, – бабка Малуша, отодвинув мужа, подняла на внука слезящиеся глаза. – Боже, а похож-то как? Ну, вылитая Всенежа. – Она всхлипнула, прижимаясь лицом к его рубахе.

– Ну, хорош парню на груди болото разводить, – к ним протиснулся медведеобразный Глушата. – Дай-ка я тебя обниму, правнук пропащий.

С другой стороны к раскрасневшемуся Любояру приникла старуха Тамила.

Гор, дождавшись пока схлынут первые эмоции, шепнул княжичу, что ненадолго отлучится. Ответить тот не успел – попал в следующие крепкие объятия. Воспользовавшись тем, что на него никто не обращает внимания, парень выскользнул из радостно возбуждённой толпы. Уже убегая, заметил краем глаза, что к весталке приближается Белогост. «Ну, и славно, – отметил он про себя. – Значит, скоро начнётся».

Белогорку, весело щебетавшую с подружками, отыскал у речки.

– Добрый вечер, девушки, – посадив рысёнка на плечо, Гор по обычаю приложил руку к груди. – Белогорка, можно тебя на минутку.

Девушка слегка вспыхнула, в глазах мелькнула озорная искорка:

– Явился-таки, думала уже и не придёшь, – она подошла, закидывая длинный распущенный волос за плечи. – Ну, здравствуй. Ой, а кто это у тебя? – вся напускная важность слетела моментально.

Уже за одно это Гор благословил тот момент, когда они наткнулись на рысёнка.

– Ярый, рысёнок, – он протянул зверька девушке. – Погладь, не бойся.

– А он не кусается? – она провела по шерсти пальцами, и котёнок замурлыкал.

– Почему, кусается.

– Ой, – она отдёрнула руку.

– Да не бойся, со мной не укусит.

Девушки обступили парня с весёлым гомоном.

– Тише вы, щебетухи, – Гор уже пожалел, что показал рысёнка. Теперь не оставят с Белогоркой вдвоём. – Напугали его.

Ярый, и правда, сжавшись в комок, затыкался мордочкой в поисках уголка, куда бы спрятаться.

– Давай отойдём немного, а то, видишь, он боится.

Склонив голову, девушка молча потянулась за ним. У берега в стороне от народа он остановился.

– Ну, так не ответил мне, где пропадал столько времени?

– Так потворник я теперь, у волхва. Он меня всяким премудростям учит. Может, когда-нибудь тоже волхвом стану.

– Ты, волхвом? Не смеши…

– А что такого? Лет этак через сто, очень может быть.

– Ну, если только через сто. Не раньше.

– Так что я делом занимался важным. Потом как-нибудь расскажу, как было – летопись можно написать.

– Да неужто? А про меня, поди, и думать забыл? В лесу-то.

– Как ты могла такое подумать?! Да почти каждый день о тебе вспоминал. Поэтому и пришёл – обещал на Купала вернуться, и вернулся.

– Как будто сам пришёл, ведун привёл, наверное.

Парень нахмурился, а Белогорка тут же исправилась:

– Шучу, шучу. Какой обидчивый, – и прыснула в кулачок.

– Прыгнем вместе через костёр? – Гор и не собирался обижаться, а брови нахмурил так, для солидности.

– Какой шустрый. Бродил целый месяц неизвестно где, а теперь прыгнем…

– Ну так что? – парень не собирался сдаваться.

– Да прыгнем, прыгнем. Я же тоже обещала.

Гор облегчённо выдохнул:

– А знаешь, кого я