Холодное блюдо - Крейг Джонсон

– Это консультант из «Эйвон»…

Она засмеялась так шипяще и глухо, словно это был выходящий из шины воздух, и этот звук прошел сквозь меня. Я слегка повернулся вправо, наклонился еще сильнее и сквозь тусклый свет пыльной лампочки в сорок ватт смог разглядеть Вонни. Она сидела на деревянных ступеньках, которые конюхи используют, чтобы помогать охотникам на лис садиться на лошадей. Ступеньки были темно-зеленые с золотой отделкой и выглядели так, словно ими давно не пользовались. В нашем округе уже давно не охотились на лис, зато я помнил выкрашенные белой краской заборы и стаканы сочного лимонада, которые мама Вонни принесла нам, когда мой отец подковывал их лошадей. Она положила на дно каждого стакана по вишенке, и я вспомнил, как ее рука задержалась на предплечье моего отца, когда он взял свой.

На Вонни был темный комбинезон – расстегнутый, спущенный до талии и завязанный там рукавами. А еще походные ботинки Васк, на которые тоже капала кровь. Как она только еще в сознании. Затем я заметил винтовку Шарпс, зажатую у Вонни между колен и прижатую прикладом к полу. Винтовка была слегка повернута в мою сторону. Я знал, какой тяжелой она была, но женские пальцы сжимали рукоятку и спусковой крючок с ужасной решимостью. Я заметил, что курок был отведен назад, значит, винтовка готова к стрельбе.

Я зашел в комнату. Вонни сидела у стены, а слева, там, где было ее плечо, находилась стойка. Поверхность была усыпана медицинскими принадлежностями, в основном для лошадей. Там были пропитанная кровью марля, пластиковые бутылочки с антибиотиками местного действия и даже пара шприцев. Которые выглядели так, будто их резко оттолкнули в сторону, когда поняли, что они не нужны. На стойке также лежал полицейский сканер, и по горящему циферблату было понятно, что он настроен на нашу частоту – 155.070.

На бревнах справа от Вонни лежали другие седла, и слои грязи ясно давали понять, что их не трогали годами. Потолок был низким, и мне пришлось наклониться, чтобы заглянуть за свисающую голую лампочку. Яркий свет от ее близости с глазами сильно раздражал. Я стоял у единственной двери в комнате, и там не было окон. Нам обоим некуда идти. Я опустил глаза, изучил лицо Вонни и невольно скрыл сочувственную гримасу. Повреждение с левой стороны головы было лишь слегка заметно под клубком спутанных окровавленных волос, которые прилипли к лицу и свисали за плечом, с которого продолжала капать кровь. Я был почти уверен, что у нее не было уха, и мог только догадываться о степени остальных повреждений.

– Привет, Уолтер, – Вонни уставилась на пистолет в моей руке, направленный на деревянный дощатый пол, а затем на зажатый Шарпс в другой руке. – Ты снова меня подстрелишь?

Я взглянул вниз на винтовку в ее руках, но затем быстро снова посмотрел ей в глаза. При тусклом свете их было почти не видно, и я не знал, расширены зрачки или сужены.

– Нет, – я медленно опустил курок, сунул кольт в кобуру, потянул защелку и закрепил его там. Затем поднял шайеннскую винтовку дулом вверх и прислонил к стене рядом с дверью. – Политика отдела запрещает стрелять в людей больше одного раз в день, бюджета не хватит.

– Рада слышать, – рассмеялась Вонни. – По крайней мере, хотя бы частично…

– Я попал тебе в ухо?

Ее окровавленная рука начала подниматься, но затем снова легла на винтовку рядом с настроенным спусковым крючком; если так, то из нее можно выстрелить очень быстро.

– Да.

Я изучал ее руки. Вонни ранена, и последствия были жуткими, но все же ее действия были точными и потеря крови пока что никак не сказалась на двигательном аппарате.

– Впечатляет. Такой выстрел многих вырубил бы.

– Как и меня, – ее взгляд дернулся при упоминании раны, но она слегка откинула голову назад, чтобы я видел ее глаза, – я пролежала где-то две минуты…

– Серьезно. – Я подождал, но она так ничего и не добавила. – Мы та еще парочка, да? У обоих нет уха.

Вонни мягко кивнула и улыбнулась, и контраст ярко-белых зубов на фоне кровавого месива заставил мое сердце сжаться.

– Вряд ли бы у нас что-то получилось, – улыбка стала шире, но затем пропала, когда мышцы потянули за ухо, – ты слишком грубый.

– Вонни…

– Но я рада, что ты здесь. Это единственный правильный исход.

Я кивнул и отошел в сторону, чтобы лампочка перестала светить в глаза.

– Ты потеряла много крови.

Вонни слабо кивнула и посмотрела на разбросанные по стойке медикаменты.

– Плохая из меня Флоренс Найтингейл, да? – Мы помолчали. – Видимо, я талантлива в другой сфере.

Когда я снова сделал шаг, дуло Шарпса повисло между нами.

– Нет, – я замер, не в состоянии схватить винтовку. Вонни немного откинулась на стену. – Мы можем просто… поговорить.

– У нас очень много тем для разговоров.

Я подождал, и через несколько мгновений ее лицо повернулось, давая мне обзор.

– Почему мы не встретились на день раньше? – Вонни немного подвинулась и повернулась еще сильнее. Теперь ее повреждения были почти не видны, не считая того, что на теплую кофту продолжала стекать кровь. – Может, тогда ничего бы не произошло.

– Вонни…

– Один день – это все, что нужно.

– Я не…

– Двадцать четыре часа, и тогда я могла бы не наделать глупостей. – Вонни повернулась к медикаментам. – Почему ты? Почему все дело было связано с тобой?

– Это моя работа.

– Да, – посмотрела она на меня, а потом опустила взгляд на винтовку. – У нас у всех есть работа.

Я попытался сменить тему.

– К чему все эти перья?

– А… – Вонни заморгала и переключилась. – Для драматического эффекта, это символично… жизнь и смерть… Я надеялась, что орлиное перо излечит Мелиссу, это ведь вдох жизни.

– Ты сильно с ними рисковала.

– Это было самое сложное, – она не двигалась, – видеть их вблизи…

Я подумал промолчать, но мы тут все равно делились правдой и, может, это разговорит ее еще сильнее.

– Они ненастоящие. Это не орлиные перья.

Взгляд Вонни затуманился, и ее неподвижность нарушил лишь резкий кивок.

– Что ж, как подходяще…

– А ботинки? – опустил я взгляд на ее ноги.

– Я была в магазине, когда Джордж покупал такие же. У нас один размер, и я подумала, что мне они пригодятся.

– Ты знала, куда он поедет?

– Я сказала близнецам, что они могут рыбачить на старом семейном участке у Паудер, если хотят. – Вонни взглянула на сканнер. – А еще я знала, что это была твоя теория, – ее взгляд