Икосаэдр - Андрей Валерьевич Скоробогатов

— США решили разбомбить западно-европейский очаг заражения атомными бомбами. Скоро от нашего центра ничего не останется. Возможно, это и хорошо — цель эксперимента все равно достигнута. Ведь зомби-эпидемия, самоорганизация по цвету волос и прочее — это всего лишь побочные явления того, что мы изобрели.

Петер поднимает со стола один из шприцев.

— Мы открыли способ перемещения сознания между параллельными мирами. Наш центр находится одновременно в трех альтернативных мирах — в нашем, в мире после ядерной войны и в том, в котором ничего этого не происходило. Катастрофическими событиями последних лет нам удалось разделить пространство-время на три временных потока. Потом при помощи этого состава сводить три параллельных сознания из разных континуумов в один временной поток. В самый лучший из них. Мы зовем его Синхронизатор.

Алекс некоторое время вдумывается в этот набор слов и пытается понять, здоров ли его брат.

— Звучит как бред. Получается, если мне вколоть этот состав…

— То ты сможешь оказаться совсем в другом мире. В лучшем мире.

— Но если мое сознание навсегда уйдет из этого мира, то… что станет с моим местным телом?

Петер вздохнул.

— Нетрудно догадаться.

Алекс в сомнении. Ему все еще кажется, что брат просто бредит. Некоторое время они молчат, наконец он говорит:

— Последний вопрос, брат. Почему, черт возьми, блондинки за мной пришли? Неужели из-за той Жанны, из-за которой мы в школе поссорились?

— Что за Жанна? — хмурится Петер. — Ничего не помню.

— Белобрысая такая. Ты ей стихи писал.

— А, вспомнил. Нет, не поэтому. Фиг его знает, почему. Самоорганизуются, чувствуют. Нравишься ты им. Ну, так что ты решил? С ними или с нами?

Торговец из мира «Архангельск-IV»

(решил добавить и несколько очень старых произведений из тех, которые можно читать. Рассказ 2009 года)

— Ты готов? — спросил Альберт, лидер гильдии агитаторов.

— Конечно! — воскликнул Данил, высокий молодой агитатор второго уровня, исполненный энтузиазма.

Они стояли на платформе путешественников. Люди, приходящие сюда с ближайших районов «Ойкумены-III», садились в портальные кресла и отправлялись в другие миры.

— Все взял? С описанием ознакомился? — спросил Альберт?

— А как же! Только… не поймите превратно, но уж больно маленький мир. Население небольшое.

Лидер гильдии усмехнулся.

— Это всего лишь третья твоя экспедиция, и на агитацию в реальностях с большим населением рассчитывать тебе пока что рано. Да и из такого мира тоже можно привести немало людей, если хорошо знать свое дело. Не будем терять времени, Данил, иди. Гостевая лицензия на пребывание в мире дана тебе на неделю. И помни — чем больше аборигенов согласятся добровольно переключиться в наш кластер, тем больше ты заработаешь очков и тем скорее станешь агитатором четвертого уровня.

— Я понял, Альберт! Увидимся через неделю! — молодой агитатор сел на освободившееся кресло, вошел в меню и активировал билет.

* * *

Данилу этот мир сначала не понравился. Холодно, пасмурно и сухо. Резкие перепады рельефа. Такое чувство, что архитекторы проектировали мироздание, находясь в глубокой депрессии. Солнце было навешано на низкой орбите и походило на тусклую коричневую люстру. Низкие редкие облака проносились столь быстро, что их форма даже не успевала отложиться в сознании, а все растения, по крайней мере, в месте появления молодого агитатора, были давно собраны аборигенами либо уничтожены объектами фауны. Вокруг располагались пыльные песочные поля с большими валунами и разбросанными предметами.

Сам мир, судя по описанию, представлял собой стокилометровый куб, одна из граней которого служила земной твердью. Человека, попытавшегося прыгнуть с обитаемой грани куба, наверняка ждала неминуемая гибель. То есть перенаправление в другой мир, либо отключение от нейронного считывателя вообще.

«Интересно было бы собрать подобную статистику, — подумал Данил, отряхивая свою куртку от поднявшейся пыли. — Сколько жителей покинули мир таким интересным способом. Но все это потом, когда цель экспедиции будет выполнена. Интересно, кто может жить в столь неуютном месте».

Все это угрюмое великолепие, в которое забросили агитатора, называлось «Архангельск-IV», и в его пространстве проживали 3175 жителей. Сезон напоминал осень, хотя точно об этом нельзя было сказать.

В первые часы экспедиции требовалось установить контакт с кем-то из аборигенов, уяснить социальную обстановку. После этого следовало выработать стратегию и развернуть агитацию. Чем больше аборигенов согласятся покинуть «Архангельск-IV» и добровольно переключиться в кластер «Ойкумена-III», тем больше Данил заработает очков и тем большие права и привилегии в гильдии агитаторов получит.

В центре обитаемой грани находился холм, на котором виднелись какие-то странные домишки. Агитатор захотел активировать функцию телепортации, чтобы попасть туда, но система выдала отказ — опция заблокирована. Запросив список разрешенных функций, Данил был неприятно удивлен. Жителям запрещалось летать, заниматься алхимией, создавать животных и растений, производить товары из обозначенного списка, перемещать предметы с помощью телекинеза.

«Значит, от идеи выстроить здесь уголок „Ойкумены-III“ придется отказаться, — подумал гость. — С другой стороны, это хорошо. Аборигены, лишенные элементарных благ, с радостью согласятся перейти в „Ойкумену-III“, где намного больше развлечений и возможностей. Эх, набрать бы человек десять-двадцать… Тогда слава лучшего агитатора сезона и переход на новый уровень мне гарантированы».

Поскольку переместиться мгновенно не получилось, агитатор отправился к возвышенности пешком. Ни одного из жителей до сих пор не было видно. Пройдя километра два, Данил увидел впереди невысокий обрыв, заглянул вниз и обнаружил там широкий овраг. Гость никогда раньше не видел пересохших рек, он лишь слышал о них — подобные формы местности совершенно бессмысленны и не несут никакой эстетической роли. Тем не менее, в мире «Архангельск-IV» пересохшая река была, и этот факт заставлял задуматься.

«Почему река исчезла? — думал агитатор. — В описании ничего об этом не сказано. Это инициатива жителей мира, или задумка администрации? Надо бы это выяснить».

Спустившись по узкой тропе с обрыва, Данил пошел направо по высохшему руслу реки. Вдалеке на поляне виднелась фигура какого-то животного, активировав увеличение, он понял, что это корова. В этот момент сзади окликнули:

— Корову не видал?

Оглянувшись, агитатор увидел женщину лет пятидесяти с ведром, одетую в поношенное пальто. «Аборигенка!» — с радостью подумал он.

— Вероятно, вон она, — указал Данил на животное.

— А, точно, — сказала женщина и подошла поближе к агитатору, глядя в сторону берега. Затем повернулась. — А ты новенький, что ли?

— Именно, я из мира «Ойкумена-III», вы слышали о таком?

—