Джузеппе Бальзамо. Том 1 - Александр Дюма

– Графиня, – тихо сказала Дю Барри, – у меня тоже есть удивительное масло, которое помогает при подобного рода несчастьях. Но применение его в значительной степени зависит от того, насколько сильный у вас ожог.

– То есть?

. – Бывает простое покраснение, волдырь, рана. Я, конечно, не врач, но каждый из нас хоть раз в жизни обжигался – У меня рана, графиня.

– Боже мой! Как же, должно быть, вы мучаетесь! Хотите, я приложу к ране мое целебное масло?

– Конечно, графиня. Вы его принесли?

– Нет, но я его пришлю.

– Очень вам признательна.

– Мне только нужно убедиться в том, что ожог действительно серьезный.

Старуха стала отнекиваться.

– Ах нет, графиня, – сказала она. – Я не хочу, чтобы вашим глазам открылось подобное зрелище.

«Так, – подумала Дю Барри, – вот и попалась».

– Не бойтесь, – проговорила она, – меня не пугает вид ран.

– Графиня! Я хорошо знаю правила приличия…

– Там, где речь идет о помощи ближнему, забудем о приличиях.

Внезапно, она протянула руку к покоившейся на кресле ноге графини.

Старуха от страха громко вскрикнула, хотя Дю Барри едва прикоснулась к ней.

«Хорошо сыграно!» – прошептала графиня, наблюдавшая за каждой гримасой боли на исказившемся лице де Беарн.

– Я умираю, – сказала старуха. – Ах, как вы меня напугали!

Побледнев, с потухшими глазами, она откинулась, как будто теряя сознание.

– Вы позволите? – настаивала фаворитка.

– Да, – согласилась старуха упавшим голосом.

Графиня Дю Барри не стала терять ни секунды: она вынула первую булавку из бинтов, которые закрывали ногу, затем быстро развернула ткань. К ее огромному удивлению, старуха не сопротивлялась.

«Она ждет, пока я доберусь до компресса, тогда она начнет кричать и стонать. Но я увижу ногу, даже если мне придется задушить эту старую притворщицу», – сказала себе фаворитка.

Она продолжала снимать повязку. Де Беарн стонала, но ничему не противилась.

Компресс был снят и перед глазами Дю Барри предстала настоящая рана. Это не было притворством, и здесь кончалась дипломатия де Беарн. Мертвенно-бледная и кровоточащая, обожженная нога выглядела достаточно красноречиво. Беарн смогла заметить и узнать Шон, но тогда в своем притворстве она поднималась до высоты Порции и Муция Сцеволы.

Дю Барри застыла в безмолвном восхищении. Придя в себя, старуха наслаждалась своей полной победой; ее хищный взгляд не отпускал графиню, стоявшую перед ней на коленях.

Графиня Дю Барри с деликатной заботой женщины, рука которой так облегчает страдания раненых, вновь наложила компресс, устроила на подушку ногу больной и, усевшись рядом с ней, сказала:

– Ну что ж, графиня, вы еще сильнее, чем я предполагала. Я прошу у вас прощения за то, что с самого начала не приступила к интересующему меня вопросу так, как это нужно было, имея дело с женщиной вашего нрава. Скажите, каковы ваши условия?

Глаза старухи блеснули, но это была лишь молния, которая мгновенно погасла.

– Выразите яснее ваше желание, – сказала она, – и я скажу, могу ли я чем-либо быть вам полезной.

– Я хочу, – ответила графиня, – чтобы вы представили меня ко двору в Версале, даже если это будет стоить мне часа тех ужасных страданий, которые вы испытали сегодня утром Де Беарн выслушала, не моргнув глазом.

– И это все?

– Все. Теперь ваша очередь.

– Я хочу, – сказала де Беарн с твердостью, убедительно показывавшей, что договор заключался на равных правах, – я хочу иметь гарантию, что выиграю двести тысяч ливров – Но если вы выиграете, вы получите, как мне казалось, четыреста тысяч ливров.

– Нет, потому что я считаю своими те двести тысяч, которые оспаривают у меня Салюсы. Остальные двести тысяч будут как бы дополнением к той чести, которую вы оказали мне своим знакомством.

– Эти двести тысяч ливров будут вашими. Что еще?

– У меня есть сын, которого я нежно люблю. В нашем доме всегда умели носить шпагу, но, рожденные, чтобы командовать, мы, как вы понимаете, могли быть лишь посредственными солдатами. Мой сын должен командовать ротой. Обещайте, что в следующем году ему будет пожалован чин полковника.

– Кто будет оплачивать расходы на полк?

– Король. Вы понимаете, что, если я истрачу на это двести тысяч ливров моего выигрыша, завтра я стану такой же бедной, как сегодня.

– Итак, в целом это составляет шестьсот тысяч ливров.

– Четыреста тысяч, и это в том случае, если полк стоит двести тысяч, а это означало бы оценить его слишком дорого.

– Хорошо. Ваши требования будут удовлетворены.

– Я должна еще просить короля возместить мне убытки за виноградник в Турени – за четыре добрых ар-пана, которые инженеры короля отобрали у меня одиннадцать лет назад для строительства канала.

– Вам за них заплатили.

– Да, но, по словам эксперта, я могла бы получить вдвое больше того, что за него дали.

– Хорошо. Вам заплатят за него еще столько же. Все?

– Извините. Я совсем не так богата, как вы, должно быть, себе представляете. Я должна Флажо что-то около девяти тысяч ливров.

– Девять тысяч ливров?

– Это необходимо. Флажо – прекрасный советчик.

– Охотно верю, – сказала графиня. – Я заплачу эти девять тысяч ливров из своего кармана. Я надеюсь, вы согласитесь, что я очень покладиста?

– Вы неподражаемы, но, как мне кажется, я тоже доказала вам свою уступчивость.

– Если бы вы знали, как я жалею, что вы так обожглись! – с улыбкой сказала Дю Барри.

– А я не жалею, – возразила любительница процессов, – потому что, несмотря на эго несчастье, надеюсь, моя преданность придаст мне сил, чтобы быть вам полезной, как если бы ничего не случилось.

– Подведем итоги, – сказала Дю Барри.

– Подождите.

– Вы что-нибудь забыли?

– Да, сущую безделицу.

– Я вас слушаю.

– Я совсем не ожидала, что мне придется предстать перед нашим великим королем. Увы! Версаль и его красоты уже давно стали мне чужды. В итоге у меня нет платья.

– Я это предусмотрела. Вчера, после вашего ухода, уже начали шить платье для представления, и я была достаточно осмотрительна, заказав его не у своей портнихи, чтобы не загружать ее работой. Завтра в полдень оно будет готово.

– У меня нет брильянтов.

– Господа Бемер и Басанж завтра представят вам по моему письму гарнитур стоимостью в двести тысяч ливров, который послезавтра они купят у вас за те же двести тысяч ливров. Таким образом, вам будет выплачено вознаграждение.