Плоды проклятого древа - Demonheart

- Эээ… - я не знал, как реагировать на подобное. – Спасибо… сэр.

Герой ничего не ответил и отвернулся.

Я растерянно поплелся к остальным. Они тоже выглядели поникшими, истощенными. Кид Вин сидел на своем скейте, парящем в полуметре над землей и рассеянно ковырял отверткой шлем. Эгида нервно расхаживал из стороны в сторону. Призрачный Сталкер сидела на задней лапе модуля и помалкивала. Хоть не залипала по своему обыкновению в телефоне. Скорость и Бесстрашный тоже были здесь, и им явно досталось сильнее.

- О, вернулся, - Эгида заметил меня и прекратил свои метания. – Как, в порядке?

- Жить буду, - почему-то меньше всего мне хотелось сейчас изливать кому-то душу. Может от того, что боялся не выдержать и заплакать. – Кто-нибудь чувствует себя умирающим? Тошнота, ухудшение зрения, слабость?

Призрачный Сталкер дернулась, будто собиралась сказать очередную грубость, но почему-то передумала. Остальные только покачали головами.

- Ладно, тогда время терпит. Во всяком случае, если вы не умрете в ближайшие часы, я успею починить эту рухлядь и смыть с нее кровь.

Все бы сейчас отдал за глоток «мистера Хайда». Или хотя бы обычной воды. Надо было поинтересоваться у санитаров, где они ее добыли. А, пофиг. Скоро будем дома… наверное. Я уселся в тени модуля прямо на землю, достал смартфон и принялся записывать все идеи по усовершенствованию и развитию «Лотоса». Сегодня я оказался не готов, но больше такого не повторится.

Когда мы покинули Броктон Бей, была половина двенадцатого. Сейчас в Мехико, с поправкой на часовые пояса, было почти шесть. Солнце клонилось к закату, а застилающий небо смог от пожаров превращал его в болезненно-багровый кругляш, нависающий над горизонтом. Кислород в патронах давно кончился, так что я разгерметизировал костюм, но воздух вокруг оказался именно таким, как и ожидалось – то есть горячим, выгоревшим, воняющим дымом. Даже с большой натяжкой его не получалось назвать свежим.

А ведь однажды так будет везде.

Мы не можем убить Губителей. Если бы могли, это бы уже случилось за прошедшие двадцать лет. Сегодня в битве участвовали сотни кейпов, включая Триумвират, и не похоже, чтобы это сильно впечатлило Бегемота. Он и его проклятая родня вернутся спустя три-три с половиной месяца и продолжат сжигать, топить и сводить с ума. До тех пор, пока не останется ничего, только мертвая земля и безразличные звезды над ней.

- Эгида, - позвал я. – Как закончился бой? Бегемота прогнал Триумвират?

- Ты не видел?

- Я не вылезал из операционной палатки.

- Прилетел Зион, начал долбить Бегемота лучами золотого света, так что он тут же зарылся в землю и больше не показывался.

А, ну вот. Вот кто может прогнать Губителя. Но опять же – только прогнать. Если он мог уничтожить любого из них, то почему не сделал этого до сих пор? И если он единственный, кто на это способен, то какой смысл бросать на убой всех остальных?

Тем временем Триумвират, Оружейник и Дракон закончили обсуждать какие-то свои темы. Легенда взмыл в небо и тут же исчез вдалеке синим росчерком. Эйдолон просто телепортировался – во всяком случае, исчез он мгновенно. А Александрия направилась к нашей компании.

- Магистерий, - требовательно произнесла она. – На пару слов.

Я поднялся на ноги. Наверное, мне нужно было удивиться, чего одной из Триумвирата понадобилось от меня, но я был слишком измотан, чтобы пугаться или восторгаться.

- Успела кое-что разузнать о твоих сегодняшних успехах, - сказала она сухо. – Ты недурно проявил себя для своего возраста.

Недурно. Я проговорил это слово в уме, и оно показалось мне невероятно смешным. Недурно. Вот это она называет «недурно»?

- Позволю себе с вами не согласиться, - пробормотал я в ответ. – Это не тянет даже на «удовлетворительно».

- Вот как? Сколько кейпов прошло через твои руки?

- Я сбился со счета… мэм. Около семидесяти или восьмидесяти.

- Семьдесят два, если точно. Из них выжило пятьдесят один.

- Это значит, что у меня на руках умер почти каждый третий.

- Если бы не твое вмешательство, погибли бы все.

Натянуто. Как минимум один Бугай имел шансы выкарабкаться и без моей помощи.

-Или не погибли. Будь здесь Панацея, она бы спасла всех. Намного больше, чем я.

- Панацеи здесь нет, - отрезала Александрия. – А ты есть. И созданные тобой устройства уже оказали реальную пользу.

- О какой реальной пользе вы говорите? – я указал пальцем в сторону Тропы. – Бегемот жег город в течение семи часов, и если бы не появился Зион, жег бы его и дальше.

- О такой, что полсотни кейпов, которые не умрут от лучевой болезни, в следующем бою смогут сдерживать Губителя достаточно долго, чтобы появился Зион. О такой, что полсотни героев не позволят распоясаться злодеям в своих городах, удержат их от сползания в хаос и анархию, - она откинула прядь волос за спину. – Губители недаром