Странное воспоминание - Артур Дрейк

Тут и там шныряли стюарды, выполнявшие поручения пассажиров, и официанты, разносящие в мерцающих солнечным светом серебряных подносах хрустальные бокалы с шаманским. Каждые пятнадцать минут то Ротфорд, то Кэмп отлучались от бесед с гостями своего торжества, чтобы справляться у членов экипажа, как обстоят дела и оставлять свои указания, которые капитан Тэйлор с толикой пренебрежения именовал рекомендациями и пожеланиями.

Большие гребные колеса в огромных стальных барабанах по обоим бортам создавали много шума и заглушал разговоры. Прохладный апрельский ветер все сильнее трепал одежды прогуливающихся по палубам. Вдоль бортов неспешно курсировал представитель компании, рассказывая заинтересованным джентльменам историю постройки судна и объясняя его технические особенности. В салоне легким фоном слышалась игра пианиста, подавали закуски, вокруг стенда с информацией по рейсу шли оживленные беседы. В ресторане подавали более основательные блюда для тех, кто проголодался на свежем воздухе. Все желающие могли подняться на капитанский мостик, где старпом Модиган знакомил гостей с основами управления кораблем.

– Отчасти столь теплый прием состоятельным пассажирам оказан для привлечения инвестиций, – вальяжно откинувшись на бортовые поручни, рассказывал компании своих знакомых помощник прокурора Артур Флинт. В бледном свете весеннего солнца играли густые краски его броского старомодного костюма. – Уверен, по окончании плаванья вам раздадут соответствующие бланки или брошюры. Если вы далеки от судостроения, советую вам хорошенько все обдумать, прежде чем заключать сделки с «Ротфорд Кэмп Инженеринг». Но скажу по секрету, поговаривают, суда подобного класса в скорой перспективе озолотят всех, кто поучаствует в их развитии. Это типовой образец, я слышал, предполагается постройка еще нескольких подобных пароходов с разными модификациями. Мистер Кэмп планирует значительно сократить время, затрачиваемое на пересечение Атлантики. Да, шум от гребных колес ужасный, но с завтрашнего дня все подобные компании отрасли окажутся отброшенными на несколько лет назад в техническом плане. Несомненно, для Англии это шаг вперед, а ведь еще недавно никто не интересовался, кто такие Ротфорд и Кэмп и чем они занимаются.

– Ах, если бы мореплаванье всегда было столь комфортным занятием! В подобном случае я жил бы исключительно в путешествиях, – в ответ заверял собеседников уважаемый лорд, не так давно удостоенный внимания газетчиков из «Иллюстрейтед Лондон Ньюз».

– Погодка в океане не столь дружелюбная, как на речке в солнечный апрельский день, джентльмены, – на другом борту критично заметил старый капитан, удостоенный наград за заслуги перед Короной. – Там что в аду! Черные водные бездны то разверзаются под носом корабля, то вздымаются к небу, запрокидывая его на корму. Если не хуже того, когда природа обрушивает всю свою мощь на борта судна. Нет, сэр, чтобы выжить в борьбе с океаном, не достаточно одних лишь человеческих сил да новой паровой машины, которая откажет сразу, как столкнется с подлинными трудностями. В первую очередь корабль должен быть надежным.

Не обходилось и без сплетен. За считанные часы история создания парохода обросла разными легендами и грязными подробностями. В нескольких шагах от Джилкриста и Аделины упитанная леди, придерживая шляпку и закрываясь от ветра меховым воротником, рассказывала своим подругам и их мужьям, что Хитклиф был вынужден заложить все свое недвижимое имущество и пойти на ряд, мягко говоря, ловких финансовых ухищрений, чтобы помочь своей компании завершить этот корабль, поскольку в Англии не нашлось ни одного заказчика или человека, хоть сколько-нибудь заинтересованного в их деле. Кроме того, оказалось уже, что над проектом долгие годы работал другой конструктор, сэр Бартоломью Грин из совсем другой судостроительной компании, но не далее, как четыре года назад в их офисе было совершено ограбление, в результате которого многие чертежи пропали, и вот вдруг, откуда ни возьмись, появляются эти два якобы одаренных проныры Ротфорд и Кэмп.

Между тем правда заключалась в том, что сначала эти двое успешно занимались проектированием разного рода судов для других судостроительных компаний, делая ставку на инженерный талант Ротфорда, и умение Кэмпа вести дела. Потом выкупили подходящее помещение на верфи и в небольших объемах сами стали выполнять заказы по постройке кораблей, в основном малого и среднего водоизмещения. Но последние несколько лет погони за созданием корабля, на котором теперь, свежим апрельским днем, плыли первые почетные пассажиры, выдались действительно очень сложными для финансовой стороны дел. С расчетом только на успех Ротфорд и Кэмп поставили на карту все, залезли в долги и упорно работали над постройкой самого быстрого парохода, оснащенного новейшей паровой машиной, по заказу построенной в соответствии с набросками самого Хитклифа. И в результате им, наконец, удалось добиться поставленных целей.

Далекие луга и деревушки остались позади, берега отдалялись и дробились в бледной дымке, и все дальше от расступающихся берегов детище Ротфорда и Кэмпа словно бы уменьшалось в размерах по мере своего движения к Северному морю. Ветер стал заметно холоднее. Впереди темнели соленые волны.

Вытянувшийся на носочках и вглядывающийся поверх планширя в несущееся на них просторы, мальчишка в коротком детском пальто бросился по палубе с радостным криком:

– Море! Я вижу море!

Аделина проводила пробегающего мимо мальчишку теплым взглядом. Они сидели за столиком в ресторане в компании старых друзей: уплетающего черничный пирог за обе щеки Хинли Пьюпитта, Ричарда Лэнга, молодого владельца сталелитейного завода, Айрис Ротфорд, сестры Хитклифа, бледной девушки с бледными губами, она так же являлась пациенткой Джилкриста из-за тянущегося с самого рождения недуга. Стул самого Хитклифа пустовал, поскольку он часто отлучался на капитанский мостик.

Вбежавший в ресторан мальчик сел за стол и взволнованно стал рассказывать склонившейся к нему матери об увиденном пейзаже. Очевидно, он никогда прежде не плавал на кораблях и сам факт того, что скоро они окажутся посреди открытого моря несказанно радовал и одновременно тревожил ребенка.

– Мы увидим, какое оно глубокое? – сквозь шум голосов послышался его звонкий вопрос.

Мать взглянула на своего мужа, сидящего рядом, с подчеркнуто ровной спиной, точно проглотил шест, и тот оторвался от беседы с другим джентльменом за их столом, чтобы рассказать сыну о море и мореплаванье.

К тому времени вернулся Хитклиф.

– А! Вот и ты, как дела у нашего корабля? – осведомился Пьюпитт. – Только не говори, что идем ко дну, не хотелось бы замочить ноги.

– Что за глупости, Хинли.

– Хорошо, что ты вернулся, Хитклиф, Аделина как раз хотела тебя спросить… напомни, о чем, дорогая? – сказал Джилкрист.

– Об экскурсиях по кораблю. Это правда, что пассажирам можно подняться на капитанский мостик, посмотреть на работу экипажа?

– Совершенно верно, – усаживаясь, подтвердил Хитклиф. – Многие уже там побывали.

– Я же говорила, – сказала Аделина, глянув на Джилкриста. – Мы обязательно должны туда подняться.