Жуткие эксперименты, культы и секты. Реальные истории - Анастасия Александровна Шавырина

От денег и имущества, конечно, необходимо отказываться в пользу секты. По убеждениям блага развращали, делали человека ленивым, недостойным слизняком. Ученики Столбуна становились нищими не только эмоционально и духовно, но и физически.

Поначалу, когда жертвы завлекались в секту, Столбун выставлялся чудо-доктором, инноватором, гением, человеком, избавляющим от надоедливых болезней и проблем. Он с образованием, с опытом работы. Изобретатель метода и создатель клиники – все в нем хорошо. Пугающей информации о секте в газетах не имелось. С фотографий, сделанных во время мероприятий или собраний, смотрели счастливые, розовощекие, улыбающиеся люди. Причесанные, аккуратно одетые дети обнимали мам и пап на фоне декораций детских праздников. Ничто не предвещало беды. Потом оказалось, что приезды любых СМИ и фотографов оговаривались с высокопоставленными столбуновцами заранее. Перед этим всех тщательно приводили в порядок, мыли и причесывали. Ну а румянец на щеках достигался всего несколькими пощечинами. Мордобой, или, по-другому, «механотерапия», был очень популярен и являлся основным способом воспитания.

После вступления в секту с новичками некоторое время учителя Столбуна вели себя добродушно. Навязывалось чувство благодарности, ощущение эксклюзивности – именно Столбун знает, как нужно лечить болезни. Только его люди живут правильно и хорошо, необходимо ценить его, а не то получишь нагоняй. Сам Виктор держался гордо – царь и всеобщий отец. Он переключался с роли «доброго психолога» на роль «жестокого карателя» так быстро и нелогично, что на одном и том же собрании два человека могли быть наказаны и восхвалены за одни и те же поступки.

После того как новый пациент начинал чувствовать благодарность к Столбуну и немного привыкал к правилам, его постепенно отделяли от близких, друзей, знакомых, родственников. Отправляли в дальние поездки, запрещали с ним общаться соседям по коммуне. Дружба сильно порицалась в сообществе. Подобное считалось проявлением эгоцентризма, как и стремление быть красивым, необычно одеваться или привлекать к себе внимание. Таким образом, человек оставался совершенно один, встречался с отчаянием и болью, которую некуда деть и невозможно пережить. К ней нужно было привыкать. Что, по мнению Виктора, и делало человека сильнее. Злоба внутри должна заставлять человека излечиваться от недугов без лекарств и терапии.

Принцип «слоения», использовавшийся с детьми, применялся и в лечебной практике взрослых. Чаще всего газ заменяли электрическим током. С позиции Столбуна, это оказывало положительное влияние на психику и снижало уровень агрессии. Люди искренне верили, что нервная система человека подобна устройству нервной системы моллюска. Воздействие на определенные точки приведет к конкретным результатам. Под влиянием «учителя» взрослые приходили к выводу, что если врезать ребенку по лицу, то оплеуха скажется на его психике положительно, так как там расположены нужные точки.

Сам Столбун жил хорошо. Он никогда не испытывал проблем с деньгами, потому что многочисленные адепты несли все состояние и прибыль на благо развития коллектива. У него всегда имелась отдельная комната, куда бы он ни приехал и где бы ни остановился. Доктор постоянно перемещался между коммунами по стране, делал важные дела, заводил нужные знакомства. Он был вдохновлен своими учениями и считал себя новым Макаренко. Виктор поддерживал дух благоговения общими собраниями, строгостью и редкой благосклонностью. «Главный» мог пользоваться всеми женщинами секты. Отказать ему считалось неуважением и вознесением себя в категорию «особенная». Такое в коллективе было не в почете. Столбун умудрился зачать порядка 30 внебрачных детей по всему СССР, которых он, конечно, не знал лично и никогда ими не интересовался, и двух официально признанных дочерей от гражданской жены Валентины Стрельцовой – верной соратницы и коллеги.

Группировка Столбуна постепенно проникала в слои культурной и научной интеллигенции крупных городов страны. Большие центры его учения работали в Москве, Ленинграде, Твери, Душанбе. Привлекались в секту ради финансирования и покровительства известные и влиятельные личности. Такое огромное количество взрослых и детей в их бесконечных путешествиях необходимо было снабжать кровом, едой, хоть какой-то одеждой. Кроме того, важно, чтобы у группы не возникало никаких проблем с законом. Все слаженно работало благодаря тому, что Столбун «вылечивал» нужных людей или обещал поставить на ноги кого-то из их родственников. Обещания приносили свои результаты. Красивая обертка в виде причесанных и умытых по праздникам людей создавала впечатление благостное и правильное. Ну а вслед за этими событиями притягивались в секту и выгодные последователи.

Известной жертвой учения Столбуна в свое время оказался Эдуард Успенский, создатель вселенной Чебурашки и Гены, дяди Федора и Матроскина и других мультипликационных историй. Возможно, неверно называть жертвой Успенского, скорее пострадавшей оказалась его дочь Татьяна, а также друзья и дети друзей, которых он приводил к ближайшему другу Виктору Столбуну. Он привлекал в секту новых последователей, рекламировал ее на телевидении и в газетах. Сам Эдуард страдал от алкоголизма (от зависимости Столбун излечил его электрошоком), перечислял ощутимый процент дохода в секту, грешил домашним насилием и отправил свою дочь на перевоспитание в «коллектив», где она подвергалась жестокому обращению на протяжении трех лет.

Кроме Успенского, в секте состояли представители эстрады, звезды кино и телевидения. Писатели, актеры, композиторы – Василий Ливанов, Ролан Быков, Юрий Энтин, Владимир Шаинский. В 1994 году Виктор Столбун дал подробное интервью журналисту Владиславу Листьеву в программе «Час пик» благодаря поддержке Успенского. После чего рекламу его медицинских услуг опубликовали на первых полосах в наиболее популярных газетах.

Но постепенно деятельность сообщества начала вызывать подозрения. Появились случаи обращения в милицию – заявления об избиении, жестоком обращении с детьми, нарушениях санитарных условий.

В 1996 году Министерство здравоохранения и медицинской промышленности ввело строгий запрет на популяризацию и использование методик Столбуна. Он полностью отрезал Виктору путь к официальной практике. Для него навсегда закрылись научно-исследовательские, реабилитационные и образовательные структуры.

В начале нулевых по радио «Свобода» транслировалась серия выпусков, раскритиковавших действия Столбуна. Это стало первым расследованием незаконных действий секты. Но к нужному эффекту открытое обсуждение не привело. Столбун продолжал завлекать к себе людей, концентрируясь теперь в своих речах на сомнительных результатах, которые принес его метод за все время существования. Обвинить Столбуна и активных последователей, практикующих авторский способ лечения, было невозможно. В самих клиниках ничего ужасного не происходило. Преступления случались где-то в поездках, на периферии. Коллектив постоянно перемещался и не жил долго на одном месте. Родители, отдававшие своих детей на перевоспитание, никуда не заявляли. А взрослые, покинувшие группу, ничего не хотели ни слышать, ни вспоминать о том, что произошло. Страшный сон, из которого они смогли вырваться, пугал их