Тело помнит все - Бессел ван дер Колк

Возможность выйти на сцену с профессиональными актерами, рассказать про свои воспоминания о войне и прочитать свои стихи была явно куда продуктивнее для них, чем любая психотерапия.

С незапамятных времен люди использовали коллективные церемонии, чтобы справиться со своими самыми пугающими и сильными чувствами. Древнегреческий театр – древнейший, про который нам известно из письменных источников, – судя по всему, образовался из религиозных ритуалов, которые включали танцы, пение и постановки мифов. К пятому веку до нашей эры театр играл центральную роль в общественной жизни – зрители сидели полукругом вокруг сцены, чтобы это позволяло им наблюдать за эмоциями и реакциями друг друга.

Греческая драматургия запросто могла служить для ритуального восстановления целостности психики у ветеранов войн того времени. К моменту написания Эсхилом его трилогии «Орестея» он успел побывать на войне шесть раз; цепочка трагедий начинается с убийства вернувшегося с войны царя Агамемнона его женой Клитемнестрой за то, что тот пожертвовал их дочерью, прежде чем отправиться на Троянскую войну. Служба в армии была обязательной для всех взрослых граждан Афин, так что аудитория явно состояла из ветеранов войн и проходящих службу солдат в увольнении. Роли, должно быть, тоже исполняли жившие в городе солдаты.

Софокл был генералом в Афинских войнах против Персии, и его пьеса «Аякс», заканчивающаяся самоубийством одного из величайших героев Троянской войны, травматический стресс описывается, словно по учебнику. В 2008 году писатель и режиссер Брайан Доеррис организовал чтение по ролям со сцены «Аякса» для пятисот морских пехотинцев в Сан-Диего, и он был потрясен тем, как она была ими принята. (Подобно многим из нас, кто работает в области психологической травмы, у Доерриса были и свои личные мотивы; в колледже он изучал классиков и обратился к древнегреческим текстам за утешением, когда из-за кистозного фиброза скончалась его девушка.) Это мероприятие положило начало его проекту «Театр войны» (в данном случае все-таки лучше так, чем «театр военных действий». – Прим. пер.), и благодаря финансированию Министерства обороны США эта пьеса возрастом более двух с половиной тысяч лет с тех пор ставилась более двухсот раз в стране и за рубежом, чтобы подчеркнуть тяжелую участь ветеранов боевых действий и способствовать диалогу и понимаю среди их родных и друзей (2).

После постановок в рамках программы «Театра войны» в зале проходило всеобщее обсуждение. Я присутствовал на чтении «Аякса» в Кембридже, штат Массачусетс, вскоре после того, как в новостных СМИ была опубликована статистика об увеличении случаев самоубийств среди ветеранов боевых действий на 27 процентов за последние три года. Порядка сорока людей – ветераны Вьетнамской войны, жены военных, недавно уволившиеся в запас мужчины и женщины, служившие в Ираке и Афганистане, – выстроились вперед микрофоном. Многие из них цитировали строчки из пьесы, рассказывая про свои бессонные ночи, наркотическую зависимость и чувство отчужденности от родных. В воздухе витало волнение, и по окончании мероприятия зрители собрались в вестибюле – одни со слезами на глазах обнимались, другие были погружены в разговоры.

Как позже сказал Доеррис: «Всем, кому довелось столкнуться с ужасной болью, страданиями или смертью, не составляло труда понять греческую драматургию. Она вся посвящена историям ветеранов» (3).