Деньги. Мастер игры - Энтони Роббинс

ТР: Таким образом, вы избавляетесь от комиссий и не пытаетесь одолеть рынок.

ДС: Кроме того, у вас появляется еще одно преимущество — более низкие налоги. Это очень важно. Одна из самых серьезных проблем во взаимных фондах (а их там и без того немало) заключается в том, что почти все менеджеры ведут себя так, словно налоги не имеют никакого значения. Но это ошибка. Они имеют колоссальное значение.

ТР: Существует ли какая-то статья расходов, которая по размерам превышает налоги?

ДС: Нет. И это липший раз говорит о том, как важно использовать любые доступные налоговые льготы. Вы должны по максимуму вкладывать деньги в программу 401(k) (или 403(b), если работаете на некоммерческой основе) и хвататься за любую возможность отсрочки налогов при инвестировании.

ТР: Как эффективнее всего распределить активы в портфеле?

ДС: Любой человек, знакомый с азами экономики, слышал, что бесплатных обедов не бывает. Однако Гарри Марковиц, которого называют отцом современной портфельной теории, утверждает, что «диверсификация — это бесплатный обед».

ТР: Почему?

ДС: Потому, что при равном уровне доходности диверсификация позволяет снизить риск, а при равном уровне риска — получить более высокий доход. Вот и получается бесплатный обед. Диверсификация улучшает качество портфеля.

ТР: Какой должна быть минимальная диверсификация?

ДС: Существует два уровня диверсификации. Один связан с обеспечением безопасности. Если вы решили воспользоваться услугами индекс-фонда, то это максимально возможная диверсификация, поскольку вы владеете долей всего рынка. В этом и заключается вся прелесть индекс-фонда, которую Джек Богл подарил американским инвесторам. Он дал им возможность за небольшие деньги приобрести весь рынок. Но если говорить о распределении активов, то диверсификация заключается в том, чтобы вкладывать деньги в разные типы активов. Наибольшее значение имеют шесть из них: акции американских компаний, облигации Казначейства США, казначейские облигации, защищенные от инфляции (TIPS), акции развитых зарубежных стран, акции компаний на развивающихся рынках и инвестиционные фонды недвижимости (REIT).

ТР: Почему вы выделяете именно эти активы и как они распределяются в вашем портфеле?

ДС: Основу долгосрочного портфеля должны составлять акции. Они являются более рискованным активом, чем облигации, но приносят больший доход, если мир будет развиваться так, как ожидается. Разумеется, день на день и даже год на год не приходится, но если период достаточно продолжительный, то акции выгоднее. У меня в книге есть гипотетический инвестор, и у него в портфеле акции (или схожие по свойствам активы) составляют 70 процентов, а активы, дающие фиксированный доход, — 30 процентов.

ТР: Давайте начнем с акций, которые составляют 70 процентов портфеля. Одно из ваших правил диверсификации гласит, что ни один вид активов не должен превышать 30 процентов. Это так?

ДС: Да.

ТР: И во что же вы вкладываете первые 30 процентов?

ДС: В американские акции. Я хочу, чтобы вы поняли одну важную вещь: не следует недооценивать экономику США. Она очень мощная. Как бы политики ни старались развалить ее, под ней находится прочный фундамент.

ТР: Именно поэтому вы делаете такой упор на корзину роста, составляющую 70 процентов. Причем речь идет об экономике не только США, но и всего мира.

ДС: Далее я, пожалуй, вложу 10 процентов в рынки развивающихся стран, 15 — в компании развитых зарубежных стран и 15 — в инвестиционные фонды недвижимости.

ТР: Теперь перейдем к активам с фиксированной доходностью, которые занимают 30 процентов.

ДС: Здесь я все вкладываю в казначейские долговые обязательства. Одну половину составляют традиционные облигации, а другую — облигации, защищенные от инфляции. Если вы купите только обычные облигации, то при росте инфляции понесете потери.

ТР: Многие люди этого не понимают.

ДС: Помню, в самом начале своей деятельности на Уолл-стрит я шел на встречу к своему первому клиенту и всю дорогу шепотом повторял: «Ставки растут — цены снижаются». Мне ни в коем случае нельзя было это перепутать, потому что в противном случае я оказался бы в идиотском положении.

ТР: Могут ли индивидуальные инвесторы заработать деньги на бирже в наши дни?

ДС: В этом-то и заключается преимущество долгосрочной стратегии «купи и держи». Но необходима диверсификация. Я не настолько умен, чтобы предсказать, в какую сторону двинется рынок. В конце 90-х годов люди говорили: «Зачем забивать себе голову какой-то диверсификацией? Нужно всего лишь придерживаться индекса S&P 500». Именно так они и поступали, то есть ориентировались на самый лучший актив, которым в то время была недвижимость. Все остальное они считали пустой тратой времени. И так было не только в Америке. Если бы вы в начале 90-х годов были японским инвестором, то к концу 90-х тоже оказались бы на мели. Вы никогда не получите доход, который был бы сравним с показателями лучшей на данный момент категории активов, и никогда не будете знать, как поведет себя эта категория в дальнейшем.

ТР: Что вы порекомендуете беби-бумерам, которым в ближайшее время предстоит выход на пенсию?

ДС: К сожалению, большинство из них понятия не имеет о том, сколько денег необходимо скопить, чтобы обеспечить себе жизнь в старости. Меня очень беспокоит ситуация, когда человек, глядя на свой счет 401(k), говорит: «У меня пятьдесят или сто тысяч долларов. Это же куча денег». Но если говорить о финансировании жизни на пенсии, это не так уж и много.

ТР: Очень многие просто не могут позволить себе бросить работу и уйти на пенсию.

ДС: Единственный путь для них — это финансовое образование. Я с восхищением наблюдаю, как вы стараетесь дать людям знания, необходимые для принятия разумных решений.

ТР: Я слышал, что у вас были серьезные проблемы со здоровьем. Что вы намерены делать дальше?

ДС: Примерно год назад мне поставили онкологический диагноз. Я не стал составлять список дел, которые необходимо завершить до смерти, не бросил работу и не отправился путешествовать по миру. Я просто продолжил делать то, что в моих силах, чтобы помочь университету. Я хочу управлять инвестиционным портфелем Йеля, пока хватит сил. Именно этим я и занимаюсь. Я люблю свою работу.

ТР: Похвальная позиция.

ДС: Йельский университет — один из самых знаменитых в мире. Если я смогу сделать его еще сильнее и лучше, то буду считать, что прожил свою жизнь не зря.

ТР: Спасибо, Дэвид. Это была замечательная беседа. Я чувствую себя так, словно прослушал курс по формированию портфеля в Йельском университете.

ДС: Считайте, что так и есть.