Деньги. Мастер игры - Энтони Роббинс

Учредитель «Hayman Capital Management»

Занимаясь прыжками в воду и участвуя в соревнованиях. Кайл Бэсс разбирается в основных законах физики. Он хорошо знает, что любой предмет, поднятый вверх, должен упасть. Именно полом) в 2005 году он задался вопросом о судьбе рынка жилья, переживавшего в то время невиданный бум. Причем это был вопрос, о котором раньше никто не задумывался: «Что будет, если цены на жилье вдруг перестанут расти?» В результате Кайл сорвал огромный куш, сделав в 2008 году ставку на неминуемый крах рынка недвижимости и последовавший за этим экономический кризис. Так он заработал свой первый миллиард. Но Бэсс пошел еще дальше, вложив эти деньги и получив с них прибыль в размере 600 процентов в течение всего 18 месяцев. Это сделало его одним из самых успешных менеджеров хедж-фондов своего времени.

Обычно Кайл очень редко дает интервью, но выяснилось, что моя работа интересовала его еще в колледже, поэтому мне выпала честь встретиться с ним в его небоскребе в Далласе. Бэсс считает свою удаленность от Нью-Йорка конкурентным преимуществом. «Нас, по крайней мере, не угнетает шум», — говорит он.

Бэсс — скромный и доступный человек. Когда я спросил, что привело его к мысли сыграть против рынка недвижимости, он ответил: «Тони, для этого не надо быть семи пядей во лбу. Просто у одного идиота из Далласа возникли некоторые сомнения».

Бэсс живет вместе с женой и детьми в Далласе и работает в попечительском совете Техасского университета, помогая управлять одним из самых крупных университетских инвестиционных фондов в США, активы которого составляют 26 миллиардов долларов. Вы уже вкратце познакомились с Бэссом, читая историю о пятицентовых монетах. Именно он преподал своим детям урок асимметричного соотношения риска и выгоды, скупив пятаков на 2 миллиона долларов в расчете на 25-процентную прибыль. Кайл говорит, что с удовольствием вложил бы в эту операцию все свое состояние, если бы нашел на рынке достаточное количество монет!

Однако, если отвлечься от никелевых монет, постоянные поиски асимметричного соотношения риска и выгоды привели его в 2008 году к двум крупнейшим финансовым операциям века, в которых он воспользовался крахом рынка недвижимости в США и европейским долговым кризисом. На примете у него и третья сделка, которая, по его словам, будет еще крупнее. Ниже следует краткое изложение его интервью, продолжавшегося два с половиной часа.

ТР: Расскажите немного о себе.

КБ: Я долго занимался прыжками в воду. Некоторые считают, что для этого нужны соответствующие физические данные, но на самом деле этот вид спорта на 90 процентов требует определенных ментальных качеств. Фактически это борьба с самим собой. Лично мне спорт принес большую пользу. Я научился дисциплине и умению извлекать уроки из ошибок. Личность человека на самом деле определяется его отношением к неудачам. Отец и мать очень любили меня, но заработать денег за всю свою жизнь так и не смогли. Я поклялся, что никогда не буду так жить. Мои родители курили, а я поклялся никогда не курить. Отрицательная мотивация была у меня всегда сильнее положительной. В этом мои взгляды во многом совпадают с вашими теориями.

ТР: Полностью совпадают. Когда я пытаюсь найти общие черты у людей, добившихся успеха, то наряду с образованием и талантом там всегда присутствует голод.

КБ: Голод и боль.

ТР: Голод является следствием боли. Сильного желания не может возникнуть, если не приходится преодолевать большие трудности.

КБ: Это правда.

ТР: Итак, голод побудил вас основать собственный фонд. Это было в 2006 году, правильно?

КБ: Верно.

ТР: Меня особенно удивляет скорость, с которой вы начали получать прибыль.

КБ: Мне повезло.

ТР: В первый год доходность составила 20 процентов, а на следующий — уже 216 процентов. Так?

КБ: Правильно. Я достаточно рано заметил, что происходит на рынке недвижимости. Мне всегда нравилось выражение «Удача возникает, когда готовность встречается с возможностью». Мне кажется, я прочитал его в одной из ваших книг, когда учился в колледже. Так вот, я был подготовлен. Мне повезло оказаться в нужное время в нужном месте, потому что у меня были готовы для этого все ресурсы.

ТР: Многие люди видели эту проблему, но ничего не предпринимали. В чем ваше отличие? Что позволило вам добиться успеха?

КБ: Если помните, деньги в ту пору доставались практически даром. В 2005 и 2006 годах вы могли получить кредит по ставке LIBOR плюс 250 базисных пунктов (что очень дешево) и купить любую компанию, имея лишь небольшую часть собственного капитала, но зато целую кучу долгов. Однажды мы с моим другом и коллегой Аланом Фурнье обсуждали по телефону, как не допустить потерь на сделках с недвижимостью. В то время все умники твердили: «Цены на жилье являются следствием роста занятости и доходов населения». Они уверяли, что, пока растут доходы и создаются рабочие места, недвижимость будет становиться только дороже. Это, конечно, было ошибкой.

ТР: Теперь это всем очевидно.

КБ: В сентябре 2006 года меня пригласили на совещание в Федеральный резерв и сказали: «Кайл, вы новичок в этой области и не понимаете, что рост доходов стимулирует рынок жилья». Рынок жилья действительно шел рука об руку с медианным уровнем доходов на протяжении пятидесяти лет. Однако в последние четыре года цены на жилье увеличивались на 8 процентов в год, а доходы росли только на 1,5 процента. Показатель стандартного отклонения[17]при этом составляет от 5 до 6. Чтобы вернуть это соотношение к норме, необходимо, чтобы доходы выросли почти на 35 процентов или, наоборот, чтобы цены на недвижимость упали на 30 процентов. Поэтому я стал посещать все финансовые компании на Уолл-стрит с одним вопросом: «Покажите мне свою модель развития рынка. Что произойдет, если цены на жилье будут подниматься только на 4 процента, на 2 процента в год или вообще перестанут расти?» Так вот, в июне 2006 года ни одна компания не рассматривала такого сценария, при котором рост цен прекратится.

ТР: Вы серьезно?