Власть рода. Родовые программы и жизненные сценарии - Лариса Докучаева

– Второе, скажи, что произошло с нашими прадедами после социальных катаклизмов?

– Они так себя повели, что остались живы и снова организовали семейное хозяйство.

– Молодец. Так держать! Самое главное, что мы с тобой обнаружили: первое, наша мама не должна верить, что её муж погиб. Доложи, как мама считает, что с нашим папкой?

– Она считает, что он живой. Обиделся на неё и создал другую семью. А сообщение о его гибели подстроено его хитростью.

– Ура! Второе, что мы обнаружили. Несмотря на катаклизмы, дед Михаил, прадеды остались живыми. Что из этого следует?

– Ура! Папка живой!

– Ну, Серёжка, быть тебе родологом, схватываешь мгновенно. А вот теперь я тебе расскажу, что я узнал.

Первое. Фамилия и имя отца нашего числятся в колонии № 13/А города Чита-2. Фотография ссыльного из Евпатории в фас и профиль соответствует фотографии нашего отца. Но… фотография в фас и профиль ссыльного, прибывшего в колонию № 13/А, не соответствует фотографии нашего отца.

Второе. Я написал кучу запросов в разные инстанции. Через три недели меня вызвали в спецотдел нашего института. За столом сидел мужчина, которого я хорошо запомнил.

Это он разговаривал со мной в интернате, когда я закончил школу. Тогда я ещё не понимал, чем мне дальше заняться. Когда я вошёл, он встал и протянул мне руку. Потом мы сели за стол рядом. Это был первый мужчина, который говорил со мной очень заинтересованно и как с равным.

Когда на свой вопрос, чем я намерен заняться дальше, услышал от меня невразумительный ответ, он сказал мне уверенно и решительно: «Такие ребята, как ты, нужны нашему институту. Завтра же приготовь и сдай документы в приёмную комиссию. Вот список документов».

Я как-то не обратил тогда внимания на особенность нашей встречи. Но сейчас мне и его приход, и его просьба, когда он уходил, уже показались странными. Он сказал: «О нашем разговоре никому не говори». Пожал мне руку и ушёл.

И вот я увидел его во второй раз. Он сидел в спецотделе. Когда я вошёл, он встал и пожал мне руку. Затем сел за стол. И стал внимательно меня разглядывать. Потом попросил сесть. Я как-то немного напрягся. Мне показалось, что наша первая встреча по настроению была совсем другой. Потом начался разговор, и я успокоился.

– Нравится быть студентом?

– Нравится многое: и ребята, и предметы, и преподаватели. Спасибо вам, что надоумили. – Я встал и поклонился ему.

– Скажи честно, твой брат умеет держать язык за зубами?

– Конечно, умеет. Мы же из Рода Алтынджылар.

– Да-да, конечно. Он определился с дальнейшим своим образованием?

– Мы с ним долго не виделись и ещё не успели эту тему обсудить.

– Хорошо. Если захочет поступать в наш институт, пусть подаст заявление. Если он уже принял какое-то решение, то, пожалуйста, позвони мне. Вот телефон. Зовут меня Михаил Алексеевич.

– Спасибо большое. Я даже не знаю, какие сказать вам слова благодарности.

– Самая большая благодарность для меня – это то, что вы проявили себя настоящими мужчинами. Мне понравился дерзкий и неординарный способ получения фотографий. Этот факт говорит о многом. Но у меня будет просьба. Пожалуйста, прекратите всю деятельность, связанную с поисками вашего отца. После показа фотографий брату уничтожьте их. Конечно, мне понятен вопрос, который сейчас последует. Упреждая, скажу следующее: вы достойны того, чтобы жизнь вашего отца не оказалась под угрозой в результате ваших действий.

Всему своё время, но пока для вас и для всех остальных он похоронен на кладбище колонии № 13/А в пригороде города Чита-2. Вот фотография кладбища. Его могила вторая от дорожки во втором ряду. Я верю достойным представителям цыганского Рода Алтынджылар.

Он встал. Мы пожали друг другу руки и расстались.

– Ура! Папка жив!

– Рядовой разведроты Сергей из Рода Алтынджылар, примите скорбное выражение лица. Вам скоро предстоит встреча с вдовой вашего отца. Будьте мужественны.

Сплочённые великой тайной Рода своего, мы отправились вместе в дом нашей мамы.