Смотреть и видеть - Эми Герман

В июне 2008 года одиннадцать солдат попытались задержать пятерых молодых людей из Провиденсии^[183]. Двое убежали, остальным парням семнадцати, девятнадцати и двадцати трех лет – было предъявлено обвинение в неуважении к властям. Их увели в армейские казармы, а затем, по слухам, продали бандитам в соседнюю фавелу. Позже их обезображенные тела нашли на мусорной свалке.

Хотя жертв – двух студентов и молодого отца – горько оплакивали друзья и родственники, остальной Рио вряд ли заметил это происшествие. Жители фавелы потребовали справедливости и устроили небольшой бунт, чтобы привлечь внимание города. Но и это не помогло. Мир продолжал смотреть в другую сторону.

До того самого дня, когда появились огромные глаза.

Проснувшись однажды утром, жители Рио увидели потрясающую картину: за ночь все ветхие дома на холме Провиденсия оклеили громадными черно-белыми фотографиями человеческих глаз (рис. 26.

Широко открытые глаза не двигались и не мигали. Фавела, на которую никто не желал смотреть, теперь сама смотрела на город.

Что означали эти глаза? Чьи они? Как они туда попали? Журналисты, по-прежнему не осмеливаясь забраться на холм, фотографировали изображения издалека и забрасывали общественность вопросами.

Глаза были детищем знаменитого французского фотохудожника JR^[184] – высокого худого мужчины, который никогда не появляется на публике без шляпы и черных очков. Узнав об убийстве трех молодых людей, он немедленно вылетел в Бразилию. Художник вскарабкался до домишек фавелы и представился первому встреченному человеку.

JR прожил в Морро де Провиденсии около месяца, стараясь встретиться с наибольшим количеством ее жителей – общественными деятелями, наркоторговцами, учителями, подростками, местными художниками. Он не только завоевал доверие всех местных жителей, но и заручился их поддержкой.

«Фавела расположена в самом центре города, но, когда смотришь на карту, ее будто нет вовсе, – объясняет JR. – Люди говорили: «Эй, мы тут, мы прямо перед вами, а вы делаете вид, словно нас не существует»^[185].

Чтобы жителей услышали, JR сфотографировал женщин из фавелы крупным планом. Для JR глаза – это все. Зачастую, отмечает художник, мы избегаем смотреть людям в глаза, но его «кричащее» искусство может это исправить – во всяком случае, он искренне на это надеется^[186]. JR распечатал фотографии на водостойком виниле, рассказал жителям, как прикрепить их на стены, и… исчез. Любопытные репортеры со всего мира были вынуждены обратиться к самим «моделям», в том числе и членам семей убитых.

«Я покинул Бразилию, как только мы покончили с расклейкой, – говорит JR. – В фавелу примчались все телевизионные каналы. Они видели фотографии, но не знали, кто и зачем их развесил на стенах домов. Именно женщины рассказали журналистам о проекте – их проекте. Я был тронут, слушая, как они описывают его своими словами»^[187].

План JR – заставить Рио увидеть за заголовками новостей реальных людей – сработал. «Хоть раз средства массовой информации не замалчивали насилие и наркоторговлю, но прислушались к голосу народа»^[188].

Благодаря проекту Women Are Heroes^[189] JR заставил Рио-де-Жанейро, да и весь мир, иначе взглянуть на язву у себя под боком. Полуразрушенные бетонные коробки труднее списать на неизбежный побочный эффект цивилизации и коррупции, когда они обклеены громадными портретами людей, которые в них живут.

По-другому стали смотреть на себя и сами жители. Став всемирно известными «моделями», они не только ощутили прилив гордости, но и поняли, что могут изменить свою жизнь. Теперь у Морро да Провиденсии есть собственный веб-сайт, а в культурном центре, который основал JR, устраивают еженедельные мероприятия.

Фотографии изменили и местное правительство. Мэр Рио признался JR, что проект оказал существенное влияние на последующие политические решения^[190]. Бразильские офицеры, замешанные в убийстве трех молодых людей, были арестованы, а имена жертв – Маркос Пауло да Сильва, Веллингтон Гонсалес и Дэвид Уилсон – увековечили информационные агентства.

История JR и забытой фавелы иллюстрирует первостепенное значение перспективы. Без нее мы можем получить лишь частичное представление о чем-либо. Просто прочитать отчет полиции об инциденте в Морро да Провиденсии или же только поговорить с матерью жертвы – значит оставить без внимания море информации. Всесторонние оценка и анализ требуют изучения предмета со всех возможных точек зрения.

В искусстве под термином «перспектива» понимают фактический угол, под которым зрители будут смотреть на картину. Она тщательно продумана; художники осознанно манипулируют ей, чтобы направить взгляд в нужную точку. Например, многие художники эпохи Возрождения так строили композицию своих картин, чтобы точка схода – точка, в которой сходятся все линии, – попадала на утробу Девы Марии, подчеркивая ее роль матери Христа. Мы тоже будем использовать перспективу в своих интересах: научимся сознательно управлять ей, чтобы изучить все возможные ракурсы.

Перспектива (от латинского слова perspicere – смотреть сквозь) – это точка зрения, с которой рассматривается или оценивается предмет^[191]. Появившись в четырнадцатом веке, слово «перспектива» первоначально обозначало физический объект – оптическое стекло. Например, перспективой называли кусок вогнутого стекла внутри телескопа. Мы можем воспользоваться этим определением и представить перспективу аналогичным образом – как линзу, через которую мы видим мир.

В первой части этой книги мы научились собирать информацию; теперь давайте разбираться, что же делать с фактами дальше. Начнем с оценки и анализа перспективы как снаружи, так и изнутри.