Исследования истерии - Зигмунд Фрейд

24

Такое внезапное вторжение бреда в бодрствующем состоянии случалось у нее нередко и в дальнейшем часто происходило у меня на глазах. Она имела обыкновение жаловаться, будто бы в разговоре она часто отпускает сто ль абсурдные реплики, что слуги не могут ее понять. Во время первого визита я спросил ее, сколько ей лет, на что она вполне серьезно ответила: «Я – дама прошлого века». Спустя неделю она пояснила, что воображала тогда в бреду красивый старинный шкаф, который приобрела во время путешествия из любви к антикварной мебели. Этот шкаф и послужил мерилом времени, когда мой вопрос о ее возрасте дал ей повод вы сказаться о времени. – Прим. автора.

25

Род мигрени. – Прим. автора.

26

О подобных воспоминаниях в виде ярких визуальных образов нам сообщали многие другие истерики, особо подчеркивая, что эти воспоминания и являются патогенными. – Прим. автора.

27

Когда она очнулась, на вопрос о происхождении этого тика я получил от нее следующий ответ: «Не знаю; о, уже очень давно». – Прим. автора.

28

С этой жабой наверняка была связана особая символика, до сути которой я, к сожалению, не попытался добраться. – Прим. автора.

29

Так оно и произошло. – Прим. автора.

30

Ответ «я не знаю», возможно, был искренним, хотя мог также означать нежелание вообще говорить об этом. Впоследствии я заметил у других пациентов следующее: чем труднее им было вспомнить какое–то событие, тем больше усилий прилагали они даже в состоянии гипноза для того, ч то бы вытеснить его из сознания. – Прим. автора.

31

Таким образом выясняется, что цокание языком, наподобие тика, и спазматические заикания – это два симптома, возникшие по одной причине и благо даря действию аналогичного механизма. Этому механизму я уде лил внимание в небольшой статье « Случай лечения гипнозом, а также замечания об истерическом духе противоречия» [Zeitschrift fur Hypnotismus, Bd. ], но и здесь коснусь этого вопроса. – Прим. автора.

32

Как показало дальнейшее, все подобные дидактические внушения не возымели никакого действия на фрау Эмми. –Прим. автора.

33

На этот раз я перестарался. Когда, полтора года спустя, я снова повидался с фрау Эмми, чувствовала она себя вполне хорошо и пожаловалась мне на то, что по какой–то непонятной причине лишь очень смутно припоминает весьма важные моменты своей жизни. По ее мнению, это свидетельствовало о том, что память ее слабеет, между тем как я поостерегся давать ей объяснения по поводу такой избирательной амнезии. В данном случае терапия оказалась сто ль эффективной, наверное, еще и оттого, что я позволял ей излагать свои воспоминания очень подробно (гораздо подробнее того, что со хранилось в записях), между тем как сам я слишком часто довольствовался беглыми упоминаниями. – Прим. автора.

34

Суть этой сценки я понял лишь на следующий день. Будучи человеком свое нравным, противящимся всякому принуждению в бодрствующем состоянии и в состоянии искусственно го сна, она разозлилась из–за того, что я решил, будто ее рассказ закончен, и прервал его заключительным внушением. У меня имеется и немало других доказательств того, что, пребывая в гипнотическом состоянии, она придирчиво следила за моей работой. Вероятно, она хотела упрекнуть меня за то, что сегодня я прервал ее рассказ, точно так же как в прошлый раз, когда она рассуждала об ужасах, творящихся в сумасшедших домах, но не решилась и поэтому внесла эти добавления будто бы мимоходом, не обмолвившись о том, что навело ее на эту мысль. Когда на следующий день она попеняла мне за мой промах, я сразу обо всем догадался. – Прим. автора.

35

К сожалению, я не воспользовался этим случаем для того, чтобы выяснить значение зоопсии, например определить, до какой степени боязнь животных была обусловлена страхами, преследующими невропатов с детства, и в какой степени она носила символический характер. – Прим. автора.

36

Визуальный мнемонический образ большой ящерицы, наверняка, приобрел такое значение лишь из–за того, что появился одновременно с сильным аффектом, который она, должно быть, испытала во время того спектакля. Однако, как я уже признавался, во время лечения этой больной я зачастую довольствовался самыми поверхностными сведениями и на этот раз тоже не занимался дальнейшими розысканиями. Впрочем, все это на поминает истерическую макропсию. Госпожа Эмми страдала сильной близорукостью и астигматизмом, так что многие ее галлюцинации, возможно, были спровоцированы дефектами зрительного восприятия. – Прим. автора.

37

Тогда я склонялся к предположению, что все истерические симптомы имеют психическую природу. Сейчас я назвал бы пугливость этой скромной дамы невротической (неврозом тревоги). – Прим. автора.

38

Minima non curat praetor (лат.) – судья не занимается мелочами.

39

События развивались следующим образом: утром она проснулась с ощущением тревоги и для того, чтобы объяснить свое состояние, у хватилась за первую попавшуюся тревожную мысль. Разговор о лиф те в доме детей состоялся накануне вечером. Вечно озабоченная мать все спрашивала гувернантку, пользуется ли старшая дочь, которая не могла много ходить из–за болей в правой ноге и в области правого яичника, лиф том, когда спускается вниз. Впоследствии в результате мнемонической иллюзии она смогла связать чувство тревоги с мыслью об этом лифте. Сознательно доискаться до истинной причины своей тревоги она не смогла; назвала она ее, к тому же без единого колебания, лишь после то го, как я спросил ее об этом под воздействием гипноза. То же самое происходило в хо де исследований Бернгейма и его последователей[8], проводивших эксперименты с людьми, которые, очнувшись от гипнотического сна, выполняли задания, полученные под гипнозом. Например, Бернгейм