Наездница. Сожженная тобой - Людмила Райот

Ирландия, конец XIX века

- Выходи за меня, Марс! - на ходу крикнул Джеймс, спрыгивая с лошади. - Клянусь, тогда тебе больше не придется слушать вредную старуху!

Я резко натянула поводья, осаживая кобылу, и соскочила на землю. Пышная юбка путалась в ногах и мешала двигаться с привычной легкостью, пока я бежала вслед за кузеном к нашему дубу. Сегодня няне Моррисон все-таки удалось одеть меня подобающе: любимое платье, подходящее для верховой езды и прогулок на природе, было отправлено в стирку. Вместо него рядом с кроватью поджидал светлый, украшенный слоями кружева, монстр.

Взобраться в нем на лошадь оказалось не так просто, но я справилась. Фамильное упрямство клана О'Коннор снова сыграло хорошую службу.

Пользуясь преимуществом в виде отсутствия тяжелых оборок и рюш, Джеймс первым достиг приза в гонке: места, где вздымающиеся из-под земли корни дуба образовывали удобную для сиденья поверхность с подставками для рук по бокам. Он занял «трон» и приосанился, направляя взгляд на свои «владения».

- Подвинься. «Наследнице знатного ирландского рода не подобает сидеть на голой земле»! - дребезжащим голосом передразнила я няньку и пихнула друга ногой.

Раньше он мог пихнуть меня в ответ — когда-то мы устраивали настоящие потасовки из-за лакомого кусочка дерева - но сегодня двоюродный брат свалился в траву и покорно откатился в сторону. Я уселась на его место. Так-то!

Дуб стоял на вершине холма — одинокий и величественный страж на самой границе земель моего отца. Отсюда открывался чудесный вид на раскинувшиеся поодаль поля, освещенные последними, закатными лучами солнца. А в центре этой идиллической картинки лежал Ньюбридж, наше имение — огромный дом с конюшнями и хозяйственными постройками казался отсюда далеким, сказочным королевством.

- А тебе идет это платье, - Джеймс вынырнул из изумрудной поросли и сел у моих ног. - Может, старуха в чем-то и права...

- Брось.

- Выходи за меня, Марс, - снова сказал он. Потом извлек неизвестно откуда цветок и заправил мне за ухо.

Он и я - всего лишь два подростка, спрятанные подальше от высшего света, окруженные толпой слуг, погруженные друг в друга настолько, насколько позволяется нормами приличия и правилами этикета. Столько, сколько себя помню, рядом со мной всегда был Джеймс. И все это время он периодически звал меня замуж.

Я в ответ фыркнула, давно перестав воспринимать предложения руки и сердца всерьез. Обычно этого было достаточно, чтобы завязать с дурацкой темой, но сегодня двоюродный брат был настроен на удивление решительно.

Упрямство клана О'Брайан — моих кровных родственников по материнской линии — сравнимо с упрямством О'Конноров.

- Марсель! - он назвал меня ненавистным полным именем, и это стало последней каплей.

- Перестань, Джеймс, - я скомкала белый, роняющий лепестки, бутон и выбросила его. - Это совершенно невозможно!

- Но почему?!

Я глубоко вздохнула, надеясь вернуть стремительно исчезающее спокойствие. Неужели он действительно считает, что я смогла бы связать с ним свою судьбу? Это даже не смешно!

Нужно пресечь такие мысли, задушить его надежду здесь и сейчас. Лучше сделать это сразу, пока он не успел накрепко увязнуть в иллюзиях и самообмане.

- Ты знаешь, что мой отец никогда не согласится на такой брак. У твоей семьи нет ни гроша за душой.

- С каких пор ты стала слушаться старших, Марс?

В голосе Джеймса проскользнули угрожающие нотки. Юноша подобрался, напряженно глядя мне в глаза. И в этот момент я, возможно, впервые заметила, как кузен повзрослел.

Он уже не тот угловатый мальчишка, каким я привыкла его считать. Остались позади нескладная фигура и голос, совершающий перепады от звонкого детского тенора до хрипловатого баса. Перемены входили в силу постепенно, чтобы именно сейчас проявиться в полную силу.

Передо мной сидел стройный светловолосый мужчина. Пожалуй, некоторые наши служанки умерли бы счастья, обрати на них внимание молодой господин.

Вот только я — не они.

И когда Джеймс, привстав на колени, взял меня за руку и с затаенной тоской сказал «Давай сбежим, Марс...», я не нашла ничего лучше, как рассмеяться.

Громко, от всей души. Я вырвала свою ладонь и ухватилась за дерево, иначе рискуя свалиться на землю — такой неудержимый хохот рвался из меня наружу.

- Сбежать?.. - выдавила я сквозь смех. - С тобой?.. Отказаться от всего, чтобы... зачем мне это?

Джеймс отпрянул от меня. На секунду мне показалось, что он в ярости, но уже в следующее мгновение он выпрямился и, холодно глядя на меня сверху вниз, бросил:

- Как хочешь. Я всего лишь хотел помочь тебе по старой дружбе. Не думаю, что Кавендиш-младший захочет жениться, когда увидит, какая ты выросла...

Мой смех иссяк. Я ошарашенно подняла глаза. Упоминать Кавендиша — нечестный прием. Давным-давно, когда я была еще совсем крохой, отец (не иначе, как под действием убойной дозы любимого бренди) сосватал меня сыну своего друга. По независящим от меня причинам брак откладывался и откладывался до тех пор, пока я не стала думать о нем как о досадном физическом недостатке, сопровождающем меня с самого детства. Слишком незаметном, чтобы сказываться на качестве жизни, и достаточно весомым, чтобы мешать мне чувствовать себя по-настоящему свободной.

- И какая же я выросла?!

Наступил черед Джеймса смеяться. Он отступил на шаг и пренебрежительно оглядел меня с ног до головы.

- Ты не леди, Марс... Пропадаешь невесть где, одеваешься в тряпки, лошадей любишь больше людей... Твой суженный герцог сбежит от тебя в ужасе! Как и любой другой.

Я резко встала на ноги, оказавшись прямо напротив него. Внутри меня клокотал гнев, но я тоже улыбалась, высоко подняв голову и упирая руки в боки.

- Ошибаешься, О'Брайан. Стоит мне только захотеть, и любой мужчина будет у моих ног.

- Прямо уж-таки любой? - Джеймс скептически приподнял бровь.

- Абсолютно. Или ты забыл, с кем имеешь дело?

- Хм. Даже захотелось поймать тебя на слове, Марс. Хотя... поберегу твое самомнение, пожалуй, - он снова осмотрел меня, уделив особое внимание декольте. Я вспыхнула от такой беспардонности. - Ты не сможешь.

- Смогу, О'Брайан. Только назови имя.

Я блефовала, зная, что у Джеймса не такой уж большой выбор. Помимо нас, в имении живут два его брата. Годвин давно женат, и совесть не позволит Джеймсу рисковать его репутацией, а Уильяма пока что больше интересуют игрушки. Других подходящих кандидатур в нашем окружении не было - ближайший город в часе езды, и знакомых среди тамошней знати у нас крайне мало.