Блистательная роль княгини - Ола Рапас

Блистательная роль княгини

Ола Рапас 

Глава 1. По работе

Самовосприятие женщины может складываться из самых неожиданных мелочей:

накрасить губы яркой помадой, новый маникюр, удобный вязанный свитер, приятный парфюм, мужчина, открывший перед тобой дверь, бокал шампанского за завтраком, комплимент от подруги, фееричное белье, скрытое под одеждой, а может и его отсутствие…

Все это заставляет нас вести себя совершенно по-разному, выпрямить спину, шагать от берда, загадочно улыбаться или же забить на все и нежиться в мягком пледе. Эти мелочи могут сделать наше настроение, наш образ, наш день. И мне, как актрисе, это известно лучше всех.

Но если вы актриса, то важно это лишь на сцене. За её пределами для вас правила точно такие же, как и для остальных, если не жестче.

Ещё на первом курсе актерского, мне тут же порекомендовали найти спонсора. С которым было бы проще двигаться по карьерной лестнице, пока мордашка ещё свежа, а тело упруго. Что бы не волноваться о том, где найти роль, на что оплачивать аренду жилья и сколько килограмм на моей заднице отложат пельмени- единственная еда, на которую хватает денег у студентов.

Я всегда была гордой, никого не слушала. И, вскоре, примерно такое будущее, как мне описывали, меня и ждало. После выпуска, я смогла устроиться в захудалый театр, в то время как однокурсницы со спонсорами уже получали маленькие роли по телевидению.

Несмотря ни на что, я все-таки пробилась и могу с полной уверенностью заявить: телевидение — тот ещё гадюжник. Крутись в театре больше денег- никто бы и не подумал уйти оттуда.

Но это противоречило моим целям.

К двадцати пяти я-таки сумела кое-чего добиться. Получила несколько ролей в довольно популярных сериалах и фильмах, заработала какую-никакую славу и деньги (но не так много, как представляют себе окружающие, у актеров тоже есть «средний класс»). Но все равно, я продолжала слышать о том, как мне необходимо продать себя подороже какому-нибудь мужику.

«Век женщины короток», — говорили мне. После двадцати пяти тебя ждет только старение и увядание, потому поскорее выйди замуж, пока ты на пике славы и красоты.

Но я лишь фыркала. Век короток? Я изнуряла свое тело тяжелыми тренировками, а половина зарплаты уходила на уходовые средства и косметологию, потому я продолжала выглядеть как картинка. В отличии от большинства мужчин.

С годами они не становились лучше, как вино, хотя так и гласила поговорка. Они обрастали пивными животами, бывшими женами, алиментами и зависимостями. Зато лишались волос, здоровья и гибкости ума. А их взгляд становился пустым и замыленным, от большого количества спиртного и прочего, чем они предпочитали себя расслаблять после, а иногда и вовремя, рабочего дня.

К тридцати я все-таки вышла замуж. Это был неравный брак с богатым мужчиной, чье мужество было крепко заперто в сумочке у его матери. Стоило сразу об этом догадаться, но, когда надо- богатые мужики умеют пускать пыль в глаза. За пафосными ухаживаниями и ослепительными подарками, которые ты воспринимаешь за щедрость и самодостаточность, легко не разглядеть всю суть.

Однако, между мужчиной, который отдаст вам последнюю тысячу рублей из своего кармана, и тем, кто отдает вам десять тысяч не глядя, просто потому что у него есть ещё больше- огромная разница. И это ни черта не щедрость.

Последней каплей в нашем браке стала какая-то малолетняя дурочка, вхожая в нашу спальню. Мужа я почти не винила. Я-то его уже раскусила и перестала смотреть с восторгом и обожанием, а она ещё нет. Возможно, из-за разницы в возрасте, он всегда будет казаться ей большим, сильным, крутым и недосягаемым.

Сейчас я была в середине бракоразводного процесса, в ходе которого мне приходилось воевать не с бывшим, а все с его же маман, ведь именно она сколотила состояние. А вот её сыночка, к несчастью, не унаследовал тех же амбиций, деловой хватки и цепкого ума. И все её таланты теперь обрушивались на меня.

Но добило меня не это. Решив отвлечься и заняться любимым делом, я решила просмотреть предложения работы, присланные моим агентом. И вот тогда я с ужасом поняла: все роли, которые мне предлагали — это были героини второго плана. Чьи-то матери, тётушки или наставницы.

Все. Я теперь не главная героиня. Дорогу молодым, это их мир, они творят свою судьбу. А я? А я кто-то дающий советы и наставления со стороны.

Но я ведь только начала жить, только познала все свои сильные стороны, набралась ума и опыта. Почему я должна отойти на задний план? А мне так хотелось закричать: а как же я? А как же моя жизнь, в конце концов.

— Послушай, Карина, тебе уже тридцать пять, как-никак, — говорил агент по телефону, когда я позвонила узнать ему, какого черта, и что это за предложения.

— Да я же выгляжу на десять лет моложе! — воскликнула я, замечая, что своим возгласом привлекла внимание мужчины, за барной стойкой.

Высокий широкоплечий шатен в темных очках, окинул меня оценивающим взглядом. Серьезно? В темных очках в баре отеля? Придурок.

— Но не моложе двадцатилетних. Они являются, а не кажутся… — мой агент вздохнул, — Послушай, Карина, это жестокий бизнес, а конкуренция просто безумна и увеличивается с каждым годом. Снова и снова появляются актрисы красивее, моложе, а может и даже талантливее тебя. Ты принимаешь эти правила, либо выбываешь… возможно, ты могла бы стать ведущей какой-то передачи, или комментаторшей на постоянной основе.

— Но это даже не роль…

— Максимум на что ты можешь рассчитывать- это роль антагонистки. Какой-нибудь завистливой стервы, злодейки. Ты готова на это пойти?

Считай, снова в утиль. Но, это хоть что-то более интересное.

— Я подумаю. А ты продолжай искать.

Я повесила трубку и тяжело вздохнула.

Деньги у меня водились. У меня были и свои финансы, никак не связанные с мужем. Кровно заработанные. Но юристы ой какие не дешевые, а я намерена получить от семейки, пившей мою кровушку целых пять лет, хоть какие-то отступные. Я не собиралась оставлять измену и предательство мужа безнаказанным.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Как выражался Аль Капоне «Можно ли простить врага? Бог простит. Моя задача организовать их встречу». Убивать я его, разумеется, не собиралась. Но на тропу войны ступила.

У него был шанс разойтись полюбовно, по-хорошему, самому прийти ко мне и сказать, что разлюбил, что влюбился в другую, или какие там у