Незабываемость - Алеата Ромиг

Алеата Ромиг

“Незабываемость”

Серия: На поводу желаний (книга 3)

Автор: Алеата Ромиг

Название на русском: Незабываемость

Серия: На поводу желаний

Перевод: BrizEl

Сверка: Amelie_Holman

Бета-коррект:  Critik

Редактор: Amelie_Holman

Оформление: Skalapendra

Аннотация

Марджи

Работа у терапевта, который специализируется на изучении скрытых желаний, звучит как работа мечты. Это так, если слышать чужие фантазии и открытия - ваша страсть. Проблема в том, что я устала о них слышать. Я хочу большего. Я хочу испытать их.

Какой это причинит вред, если я хотя бы раз попробую?

Вот когда на помощь приходят «Кружево и Кожа».

Допуск только по рекомендации, и я вхожу в дверь.

Один визит - это все, что я хочу.

Лукас

Иногда планы меняются. Иногда линия жизни идет вкривь и вкось. Иногда мы должны заставить себя двигаться вперед и каждый новый день заставлять себя жить снова.

Все это было со мной.

Теперь я хочу большего.

Я хочу вспомнить, каково это - больше, чем существовать, каково это - жить. Я хочу узнать, существуют ли желания, которыми я когда-то обладал. Я не ищу никого, кто заменил бы мою жену или мать моей дочери. Я только хочу узнать, остаюсь ли я тем, кем был.

Вот почему я решил вернуться туда, где это открытие возможно - «Кружево и Кожа».

Один визит - это все, что я хочу.

Автор бестселлеров Алеата Ромиг представляет очередную новеллу, про исследование скрытых желаних. «Незабываемость» - это самостоятельная история из серии "На поводу желаний".

*Предупреждение: чтение может поджечь вашу электронную книгу, и в то же время вызвать улыбку на лице.

Глава 1

Марджи

«Клиентка покраснела, пока вспоминала обстановку, описывая сцену, когда она вошла в домик. С каждой деталью, которую она вызывала в памяти, ее щеки заливались все более ярким румянцем, пока она, наконец, не извинилась. Я задала ей вопрос о том, тревожит ли её или смущает обсуждение их встречи. С лукавой усмешкой в сторону своего мужа клиентка ответила: «Это вызывает во мне желание вернуться туда».

Вытащив наушники из ушей, я качаю головой, выталкивая визуальные образы из своих мыслей. Быстро сохранив заметки, используя идентификационный номер клиента вместо имени, я выключаю аудиозапись и завершаю расшифровку пометок о приёме доктора Кайзер, сделанных накануне. Опустив взгляд в угол экрана компьютера, я замечаю, что уже почти семь вечера - самое время уйти с работы и начать жить. Вот чем нужно быть занятым в это время суток. Я знаю это, потому что читала о подобном в романах на моей электронной книге «Киндл». Я видела картинки этого по телевизору или в кино. Я даже расшифровываю подробные записи терапевта, показывающие мне то, какой должна быть жизнь.

Все эти свидетельства одинаковые.

Они доказывают то, что не все люди живут ради работы, книжных романов и и подписки на «Нетфликс». Все эти образы и истории о том, как люди изыскивают возможность и сбрасывают с себя груз ответственности, которую налагают на них работа и карьерная лестница, и, словно бабочки, они выбираются из дневного кокона, освобождая себя от невзрачной шелухи внешней оболочки, расправляя крылья и взмывая к свободе.

- Спасибо, доктор Кайзер, - благодарит мистер Уильямс, в то время как его жена улыбается, демонстрируя яркий румянец на щеках, вызванный темой беседы за закрытой дверью кабинета доктора.

Завтра я займусь тем, чтобы перенести на бумагу их приватный разговор.

Знание этого заставляет меня распрямить плечи, в попытке скрыть свою связь с личной информацией клиентов. Когда пара останавливается перед моим столом, я не могу не заметить восхищение и обожание, царящее между ними. Оно исходит от каждого из них. Нет скрытого беспокойства или озабоченности. Они излучают чистое, неподдельное доверие и уважение, как если бы они были единственными людьми в комнате. Позабывшие обо всем. Сейчас они единственные двое во всем мире.

Голова миссис Уильямс подрагивает, когда её лоб склоняется к плечу мужа, и она издает тихое хихиканье.

- Хм, - я нарушаю их уединение, прочищая горло. - Не хотите ли назначить встречу на следующей неделе?

Мистер Уильямс переводит взгляд в мою сторону.

- Запишите нас через две недели. Следуя совету доктора Кайзер, мы возьмем короткий недельный отпуск, - он с любовью смотрит на жену, - чтобы побыть наедине - только вдвоем.

Миссис Уильямс кивает.

- Я отправила маме сообщение, и она останется с детьми. Я не думала, что была готова уехать на целую неделю, но я готова.

Пожалуйста, никаких подробностей.

Об этом я подумала, когда ее щеки снова заалели.

- Тогда назначаю сеанс через две недели, - говорю я, выводя на экран расписание доктора Кайзер. - Через две недели, в четверг, в шесть часов вечера вас устроит?

- Замечательно, - отвечает мистер Уильямс, вводя запись о встрече в календарь на своём телефоне.

- О, Марджи, и обсуждали мы с вами возможность воспользоваться домиком доктора Кайзер?

- На следующей неделе? - немного устало спрашиваю я.

- Да.

Я выпрямляюсь на своём стуле. - Мне жаль. Но все домики уже забронированы, - я нажимаю несколько клавиш на клавиатуре, внезапно тоже чувствуя разочарование от пары передо мной.

- Доктор Кайзер сказала, что не так давно была отмена, - произносит мистер Уильямс. - Не могли бы вы проверить?

- На следующей неделе у нас годовщина, - добавляет миссис Уильямс с обнадеживающей улыбкой.

- Семь лет, и всё идеально, как никогда, - она вздыхает. - Лучше, чем я могла надеяться.

- Если это не сработает… - слова мистера Уильямса, обращенные к жене, стихают, когда я начинаю щелкать по клавиатуре, пока передо мной не появляется график аренды домиков. К моему удивлению, было небольшое окошко в расписании.

- Что ж, доктор Кайзер была права.

- Она всегда права, - отзывается миссис Уильямс, и ее улыбка становится шире, чем когда-либо прежде, будто она все еще крепко держится за руку мужа.

Я не хочу думать о том, что будет происходить в домике – о сцене или оборудовании, которое включает в себя стеки, кляпы, фиксаторы, если вспомнить некоторые из них. На самом деле это не мое дело, чем двое взрослых людей захотят заниматься в свое свободное время по обоюдному согласию. Я имею в виду, это их решение.

Я могла бы притвориться наивной и сказать