Граф прошлого Рождества (ЛП) - Керриган Берн

Керриган Берн

Граф прошлого Рождества

Глава 1

Деревня Калвин, Шотландское нагорье. 1891 год.

Зимнее солнцестояние.

Сколько Ванесса Латимер себя помнила, судьба никогда ей не благоволила.

Будучи самым невезучим и неуклюжим человеком из всех, кого знала, Ванесса смирилась с тем, что её ждёт ранняя кончина. Тем не менее, она всегда представляла эту самую кончину выдающейся.

Или, по крайней мере, запоминающейся.

Например, споткнуться и случайно принести себя в жертву вулкану на островах Тихого океана. Или, возможно, стать добычей нильского крокодила или тигра в Калькутте.

Встретить свой конец, замёрзнув насмерть в Шотландском нагорье, не входило в её планы.

До тех пор, пока по пути в Инвернесс не разразилась грозная метель. Что-то напугало лошадь, и экипаж врезался в валун размером с небольшой коттедж.

Кучер сообщил Ванессе, что колесу нанесён непоправимый ущерб и что она должна остаться ждать в карете, пока он сходит за помощью.

С тех пор прошло несколько часов.

Когда самый короткий день в году стал клониться к вечеру и вокруг стемнело уже не из-за метели, температура пугающе опустилась. Несмотря на наличие в карете мехов и одеял, Ванесса забеспокоилась, что не переживёт ночь, поэтому, взяв с собой фонарь и самое ценное из багажа, она отправилась в путь.

И вот Ванесса ютилась на крыльце "Трактира Бальтазара" под скрипучим черепичным навесом и прижимала к груди футляр, всем телом оберегая драгоценное содержимое, которое становилось всё тяжелее.

Дверь слегка приоткрылась, и в проёме показался угрюмый трактирщик. Нахмурив невероятно густые брови, он блокировал собой любые попытки просочиться внутрь. Даже несмотря на сильный ветер, её ноздри обожгло перегаром от виски.

– Как видите, девушка, вы не единственная путешественница, попавшая в эту чёртову пургу, и я сдал нашу последнюю комнату другому круглому дураку, который не додумался найти убежище до того, как разыграется буря. Так что, нет. Придётся вам попытать счастье в другом месте.

– Тот круглый дурак случайно не мужчина с бегающим взглядом лет пятидесяти по имени Макмюррей? – спросила она, стараясь перекричать шум вьюги. Её лёгкие работали как кузнечные мехи. Ветер трепал юбки, и они липли к её дрожащим ногам.

– Ага, – подтвердил он с самодовольной ухмылкой, одновременно ухитрившись кинуть на неё плотоядный взгляд. – Но не вздумайте предлагать разделить с ним постель, у нас тут приличное заведение.

– Ни за что! Я бы... никогда... как... – Ванесса уставилась на трактирщика, раскрыв рот и дрожа уже не от холода. Кучер оставил её замерзать, а сам снял комнату на её же деньги? Нужно было прислушаться к внутреннему голосу, который советовал его не нанимать.

Футляр с каждой минутой становился тяжелее, угрожая выскользнуть из рук. Поэтому она приподняла его повыше, помогая себе бёдрами и вцепилась в кожух онемевшими от холода пальцами.

– Поблизости есть другая гостиница? – спросила она, закашлявшись от ледяного порыва ветра.

– Да. – Он указал подбородком куда-то в северном направлении. – "Таверна Кэрнгорма" находится всего в получасе ходьбы вверх по дороге. – В устах трактирщика это прозвучало так просто, будто сильный ветер не угрожал сбить Ванессу с ног и повалить в ближайший сугроб.

Подавив вспышку гнева и немалую долю отчаяния, она расправила плечи.

– Что, если круглая дура перед вами заплатит двойную стоимость комнаты за то, чтобы переночевать в конюшне? – Она указала на ветхую лачугу рядом с крепким каменным зданием. Рождество как-никак. Если младенца Иисуса всё устроило, кто она такая, чтобы воротить нос?

При этих словах он замолчал, задумчиво глядя на Ванессу.

– Вы заплатите авансом?

Паника немного отступила. Она выразительно кивнула, хотя шея онемела от холода.

– За тёплую ванну – втройне.

Он тут же покачал головой, его обвисшие щёки задрожали, словно пудинг.

– Не надейтесь, что я проведу ночь, таская воду для вас и ваших сопровождающих.

– Т-только для меня, – с трудом проговорила Ванесса, сквозь стучащие зубы. – С-со мной н-никого.

– Ни мужа? Ни компаньонки?

Впервые он посмотрел мимо неё. Буря уже окончательно повергла всё вокруг в беспощадный белоснежный хаос, тёмные тучи полностью заволокли небо на исходе раннего вечера.

– Я... я одна. – Ванесса сказала себе, что влага, скопившаяся в уголках её глаз, была заслугой исключительно невыносимых погодных условий. А не катастрофических обстоятельств её жизни.

Сквозь вой бури донёсся пронзительный низкий окрик.

– Рори Шеймус Гэлбрейт Бальтазар Питагоуэн, бесполезный ты бочонок с кишками и грогом! Трактирщик выпустил из рук дверь, и она резко распахнулась. На пороге появилась женщина в два раза его ниже и вдвое шире.

Она принялась хлестать трактирщика по голове и плечам кухонным полотенцем, приговаривая в промежутках между ударами:

– Ты собирался оставить это дитя замерзать до смерти? В ночь зимнего солнцестояния? Если бы не было свидетелей, я бы завтра же проснулась вдовой, ты, чёртов бессердечный придурок! А теперь иди приготовь комнату Кэрри, разведи огонь и нагрей воды для бедной малютки.

Пытаясь защититься от хлёстких ударов мокрого полотенца жены, мистер Питагоуэн прикрыл голову руками.

– Комнату Кэрри? Но...любовь моя... там водятся привидения. А что, если она...

– Уверена, что малышка предпочтёт переночевать с призраком, чем самой в него превратиться. Ведь так, дорогуша?

В данный момент Ванесса была готова переночевать хоть с Лох-Несским чудовищем, если это поможет ей согреться. Кроме того, сама идея комнаты с привидениями в таком древнем здании, как это, казалась заманчивой. Ей будет тепло и весело.

– Я и правда не возражаю, если...

– И скажи юному Дугалу, чтобы разогрел чайник! – крикнула миссис Питагоуэн, когда муж побрёл прочь, заметно съёжившись после взбучки жены.

Руки Ванессы начали дрожать не только от тяжести ноши, но и от холода. Она сделала шаг к двери, но массивная женщина всё ещё преграждала ей путь внутрь.

– Вы не возражаете, если я войду в..?

– Ты голодна, милая?

Рука миссис Питагоуэн покоилась на её пышном животе, который лишь подчеркивали оборки фартука. Они едва ли смогли бы скрыть объёмы женщины и на дюжину килограммов худее.

– Мне и правда очень холодно...

– Малютка умирает с голоду, только посмотри на неё! – крикнула она вслед мужу, выхватывая у