Экс-любовница олигарха - Ника Черника

Стас

Голова болит с самого утра. Проскальзываю мышкой через холл бизнес-центра, надеясь, что никто из знакомых мне не встретится, а если кто и заметит, не остановит. Выпить долбанную таблетку обезболивающего - мое самое заветное желание, хоть в Изумрудный город отправляйся.

Нажимаю кнопку лифта и слышу:

- Станислав Юрич!

Твою мать!

- Маруся, - выдаю улыбку, благо, за солнечными очками она не видит, насколько ее присутствие сейчас не в тему.

Маруся хорошая, обижать ее не надо. Маленькая, юркая, почти незаметная. Незаменимый боец отдела кадров. Подбирает для меня лучших сотрудников практически с самого начала ведения бизнеса.

- Добрый день. Рада, что вы вернулись. Как Питер?

- Серо, дождливо, уныло. Прямо как моя жизнь сейчас. Шутка, Маруся, - добавляю на ее сочувствующие глаза. - Но таблетка от головы существенно бы улучшила жизнь.

- Думаю, у вашего секретаря найдется, - Маруся расцветает улыбкой, я тоскливо тру лоб.

Точно, секретарь. Моя дорога Тома уходит в декрет, и нужно кого-то на ее место. Кого-то, кто не будет меня хотя бы бесить. Это первый критерий, второй менее выполним: нужно быть, как Тома, то есть пуленепробиваемой, с железными нервами, цветущей улыбкой и недюжими умственными способностями. Слабо верится, что такие особи еще есть.

- Тома кого-то отобрала из кандидаток? - задаю вопрос.

- Да, она провела личные собеседования, и у меня все данные. Когда надумаете переговорить с девушками, сразу свистите, я буду договариваться.

- Договаривайся. Дня через два, сейчас после Питера разгребу дела и начнем тестировать.

Я замираю, как вкопанный, потому что вижу повернувшуюся у ресепшена девушку. Курьер, судя по одежде и стопке бумаг в руках. Взгляд скользит, выделяя детали, словно еще не идентифицировал, что перед ним именно этот человек. Кроссовки, узкие джинсы, куртка, волосы собраны в высокий хвост.

Она видит меня и тоже замирает. Бумаги летят на пол, выпадая из рук. Нагибается и начинает собирать их, не поднимая глаз.

- Это кто? - спрашиваю Марусю.

- Курьер. Новенькая.

- Не поздновато в курьеры? Ей лет тридцать.

- Станислав Юрич… - Маруся немного краснеет. - Это выбор каждого… С обязанностями она справляется.

- Разбрасывая документы по полу?

К этому моменту вся стопка отправляется в рюкзак, а он в свою очередь на плечи девушке. Она накидывает капюшон и, опустив голову, быстро идет на выход. Я провожаю ее взглядом. Честно говоря, где-то в глубине души я думал, что если мы и встретимся, то как-то не так. Слабо представлял, как, но точно не думал, что она будет курьером в моей компании.

- Как зовут ее? - возвращаю внимание Марусе. Она хлопает глазами в легком недоумении.

- Настя. Анастасия Молчанова. Две недели была на испытательном сроке, неделю назад приняли на работу официально.

Молчанова. Фамилию не поменяла. Не замужем? На кольцо я внимания не обратил. Но если что, данные ведь есть у Маруси. Е-мое, Стас, ты серьезно? Нахер выкинь из головы. А еще лучше из фирмы. Чтобы с гарантией.

- Уволить ее можем?

Перевожу взгляд на Марусю, она в изумлении хлопает глазами.

- За что? Станислав Юрич, ну уронила бумаги, с любым может случиться. Она нормальная девчонка, правда.

- Почему же нормальная девчонка не нашла себе другую работу к тридцати годам?

Маруся терпеливо вздыхает. Я могу быть дотошным, я знаю.

- У нее нет опыта. Вообще никакого, - начинает терпеливо объяснять. - Насколько я поняла, Молчанова была замужем, ну типа домохозяйка. Потом что-то пошло не так, в общем, надо на что-то жить. Я не думала, что у нас такие строгие критерии отбора, но если в хотите, я уточню у нашей уборщицы, почему в пятьдесят лет она решила мыть полы, и почему ее не содержат дети.

Я хмыкаю, Маруся кидает укоризненный взгляд.

- Может, я решил потренироваться для будущего собеседования с девицами.

- Тогда я им не завидую.

Настя

Чувствую себя полной идиоткой. Вот так нелепо облажаться… Просто я никак не ожидала встретиться с ним нос к носу. Во-первых, слышала, что он в длительном отъезде, во-вторых, что раньше десяти обычно не появляется. И тут вдруг… Как молния в голову шарахнула. Я видела, он стоит и смотрит на меня. Наверняка с насмешкой. Все, как он и хотел: он богатый, счастливый, уверенный в себе, я ползаю у него в ногах, собирая бумаги.

Чувствую себя откровенно погано. Но после того, как я без опыта работы в тридцать лет получила миллион отказов, поняла, что выбирать не приходится. Пока что нужно устроиться хоть куда-то, а потом буду думать, что делать дальше. Словно насмешкой судьбы мне попались вакансии компании Стаса. И все той же насмешкой меня приняли. Теперь я моталась по Москве, которую успела забыть, и развозила документы.

- Вам нужно отвезти подписанный договор сегодня же обратно в офис, - напоминает менеджер, я киваю, сложно об этом забыть, когда на папочке стикер кислотного цвета с пометкой.

В офис я возвращаюсь около четырех, захожу, оглядываясь, и быстро иду к ресепшен.

- Вот подписанные документы, - передаю девушке. Она кивает.

- Спасибо, Настя, завтра жду вас так же: в 9:30.

Здание находится в центре города, но это для меня не особенно-то плюс. Потому что я живу на окраине. Благо, хотя бы метро рядом. Шагаю в нужную сторону, лавируя между снующим народом. Сложновато снова привыкнуть к Москве и ее ритму. Я успела забыть, как тут все быстро. И сама себе порой кажусь черепахой, наблюдая за скоростями вокруг.

Останавливаюсь на пешеходном переходе, поворачиваю голову в сторону машин. Желтая спортивная тачка стоит первой, и я хорошо вижу, что за рулем машины Стас. Да даже если бы не видела, я знаю, что это его машина. Таких в Москве вряд ли много, а я имею мазохистскую склонность периодически проверять, как живет Стас.

Зачем-то щурюсь, вглядываясь через лобовое стекло, Яров поворачивает голову в мою сторону, и мы встречаемся взглядами. Я хочу отвернуться и по-дурацки не могу, словно шею заклинило. Стас делает это первым. Оглядев меня, отворачивается, а потом достает сигареты и закуривает.

Я не сразу замечаю, что началось движение, пока меня не подталкивают в плечо, опомнившись, отвожу взгляд и быстро шагаю на другую сторону дороги. Перед глазами стоит картинка, как Стас выдыхает дым в сторону окна. Она такая четкая, накладывается на мутное воспоминание, которое за эти годы размылось, словно рисунок на песчаном берегу.