Берег. Следы на песке - Юлия Крынская

Лондон, май 2000

Несколько месяцев в уютном маленьком мирке, где каждая секунда – наслаждение друг другом, каждый взгляд – солнце. Где в границах объятий пульсирует вселенная, и с каждым поцелуем рождается звезда. Тихое счастье без посторонних глаз, чужих законов и гнетущих правил. Юля и Роберт просыпались рано, боясь потерять хоть мгновение, и сливались воедино неистово и жадно. Завтракали и в обнимку шли гулять в сад, что раскинулся под окнами их дома на Итон-сквер.

–Это удивительная весна,– Роберт сел на скамейку, снял солнечные очки и, зажмурив глаза, подставил лицо солнцу.– Погода нас балует. Здорово, если и на свадьбу небо нам подарит такой же день.

–Думаю, твои тетушки и с синоптиками договорятся.– Юляприсела рядом и положила голову Роберту на плечо, вдыхая чуть слышный аромат его парфюма.– Они оградили нас от свадебной суеты. Просто чудесно!

–Точно. Не устала, не замёрзла?– он обнял ее.

–Никогда в жизни мне не было так легко и спокойно. Неужели замаячили ковер и камин?

–А почему так грустно?– Роберт посмотрел на Юлю, и ей стало жарко. Тепло синих глаз возлюбленного, а не солнечные лучи, вот уже полгода согревали её в жизни. И даже будь сейчас январская стужа, она не заметила бы холода. Роберт провел пальцем по ее губам:

–Отчего ты сегодня грустна?

–Оттого что я терпкой печалью, напоила его допьяна,– Юля улыбнулась. Воспитанный русской бабушкой, возлюбленный часто выражался весьма замысловато.– Мы заговорили стихами. Похоже, и правда пора с нас сдирать подковы.

–Иди ко мне, чертовка!– расхохотался Роберт, усадил ее к себе на колени и приник к губам. Они целовались, не обращая внимания на прохожих.

–Мне очень хорошо с тобой,– прошептал он.– Ты делаешь счастливым каждый мой день и каждую ночь. Как мне тебя отблагодарить?

Юля зарылась пальцами в его каштановые вихры на макушке:

–Просто люби меня. Мне больше ничего не нужно. Только не обманывай. Ложь, равнодушие и предательство. Нет ничего хуже лжи.

–Джу, что с тобой сегодня? О каком предательстверечь?

Юля провела рукой по его гладкой выбритой щеке. Широкие скулы, точеный нос, высокий лоб, густые брови волновали ее своей истинно мужской красотой.

–Я боюсь проснуться однажды и понять, что все это был сон. В тот же момент моя жизнь оборвётся.

Роберт встряхнул ее за плечи.

–Никогда,– серьёзно произнёс он,– слышишь, никогда не смей даже думать об этом. Я всегда буду рядом, что бы ни случилось. Неужели, после всего, что мы с тобой пережили, ты сомневаешься?!

–Не скажу, что хочу жить вечно, но именно теперь, так не хочется умирать!

–Принцесса, умирает только время! Каждую минуту, каждую секунду, а мы будем жить долго и счастливо. Что тебе в голову взбрело?

–Это предсвадебный мандраж, любимый,– Юля языком пощекотала мочку его уха,– такое бывает с девушками.

Он отклонился назад и ямочки проступили на его щеках.

–С тобой не соскучишься, принцесса. А я уж испугался. Кстати, спасибо, что предупредила. До свадьбы глаз с тебя не спущу, а то сбежишь еще.

–А после свадьбы?

–А после я просто с тебя не слезу,– широко улыбнулся Роберт.– Пойдем домой. Пора собираться к отцу. Джонни со своим шимпанзе сегодня прикатит. Так что будет кому разогнать твою печаль-тоску.

–Он вернулся из Франции?

–Да. И останется у отца до нашей свадьбы.

–А Саня с Самураем?

–Думаю, уже пакуют смокинги в чемоданы. Они прилетят в один день с твоими родителями.

–Класс!– Юля натянуто улыбнулась.

–Что опять не так?

–Я же говорю мандраж.

–Пойдем домой, я тебя подлечу,– Роберт хлопнул её чуть пониже спины.

* * *

–Твой отец не раз намекал, что хочет где-нибудь отдохнуть вместе с нами. А тут и Джонни приехал.– Юля полулежала на диване в гостиной, не в силах сразу встать после жарких объятий.– Как отдыхают английские джентльмены, куда им зазорно ходить, а куда нет?

–Что-то мне подсказывает, ты неспроста об этом заговорила.– Роберт сидел за роялем, намотав на бедра полотенце, и лениво перебирал пальцами по клавишам.—Выкладывай начистоту, что затеяла бедовая твоя голова?

–Невозможно!– надулась Юля.– Я ничего не могу скрыть от тебя!

Он взял несколько минорных аккордов и пропел.

–Такая же беда меня постигла!