Первое правило семьи Райс - Оксана Гринберга

Первое правило семьи Райс

Глава 1

Все началось с того, что у меня закончились книги. Последняя была как раз по Высшей Магии, и я ломала над ней голову несколько месяцев подряд.

Зачитанное до дыр, с потрепанным переплетом «Управление порталами — доходчиво и просто» написал еще мой дед, архимаг Амброуз Райс, которого я совсем не помнила.

Правда, отец говорил, что малышкой я любила сидеть у того на коленях. Дергала его за черную с проседью бороду и заливисто смеялась, когда тот делал мне «козу».

Деда казнили, обвинив в государственной измене, когда мне не исполнилось и двух лет, а отца бросили в тюремные застенки, где он провел больше года.

Папину вину так и не доказали, но его, одного из сильнейших магов королевства, сослали с семьей далеко на Север, с глаз долой.

Это было давно, почти семнадцать лет назад, а теперь…

— Покажи! — потребовал у меня папа, поднимаясь из-за стола. Повел усталыми плечами, затем со стоном разогнул спину.

И пусть на улице давно разыгрался день, но темные шторы в его кабинете были наглухо задернуты, и внутри властвовал полумрак. Над рабочим столом едва трепетал магический светлячок, вырывая темноты разбросанные свитки, полупустую чернильницу, поломанные перья, ворох старых пергаментов и горсть кладбищенской земли в медной плошке — отец вот уже несколько месяцев работал над трактатом по Высшей Некромантии.

Но куда больше ужасного беспорядка на рабочем столе и неизвестно кому принадлежавшей берцовой кости — то ли волку, то ли обглоданной им деревенской собаке, — меня беспокоил бледный папин вид и нетронутый завтрак.

Еще утром я принесла ему тарелку с омлетом и чашку горячего кофе. И все это, до сих пор нетронутое, стояло на подносе.

— Покажу, — пообещала отцу. Подошла, поправила замятый воротничок льняной рубахи, теперь застиранной почти до дыр. — Но только после того, как ты хорошенько позавтракаешь!

Когда-то моя семья была богата и титулована. Пусть ничего из этого я не помнила, но мне рассказывали о трехэтажном особняке в центре Изиля с собственным парком и фонтанами, об обширных землях на юге Цинтина и целой армии слуг…

Все закончилось, когда короля Уго Гервальда убили, а власть в стране захватили мятежники во главе с Ийседором Гервальдом, который и отнял у старшего брата трон.

Потому что считал, что старший из близнецов именно он.

Тех, кто пытался воспротивиться дворцовому перевороту — а таких оказалось немало, — казнили.

Моего деда, например.

Тех же, о ком подумали, что они будут недовольны по определению — как мой отец, — тех сослали куда подальше, лишив всех титулов и отобрав состояние.

С той поры мы и жили в доме на отшибе Калинок — маленькой деревушки в двух часах пути по размытому дождями тракту от портового городка Скулле.

Ну что же, ничего из нашего богатства я не запомнила. Вместо этого моей привычной реальностью стала грязь по колено, покосившиеся дома и худая, болезненная скотина обитателей Калинок.

Да и народ… Так себе народец, иногда говорил отец. С гнильцой.

Но я с ним не соглашалась, потому что жители деревни были к нам добры. Держались дружелюбно, регулярно обращались за помощью, если в деревне кто-то заболел или захворала скотина. Рассчитывались с нами продуктами или же помогали по хозяйству.

Только вот пили в деревне очень сильно.

— Позже, — поморщился папа. — Не успел еще поесть. Ну же, Аньез, покажи мне!

— Вот позже и покажу, — сказала ему. — Сразу после того, как ты успеешь.

Знала, с каким нетерпением папа ждал этой демонстрации, но решила настоять на своем.

— Ох, беда на мою седую голову! — картинно закатил он глаза, хотя в его светлых волосах проседи совершенно не было заметно.

В синих глазах появились веселые искорки, и я в очередной раз пожалела, что совсем на него не похожа. В маму пошла — такая же темноволосая, зеленоглазая, смуглая и высокая.

— Ладно, давай свою тарелку! — сдался папа. — А потом я жду обещанного.

С порталами, одним из сложнейших заклинаний Высшей Магии, я пыталась совладать уже давно, и до сегодняшнего дня ничего путного у меня не выходило.

Зато этим утром я по привычке уселась за свой стол и уставилась в окно на колышущийся у запруды камыш и силуэты деревенских крыш за дальним холмом.

Сквозь распахнутое окно до меня долетел голос пастуха, подгонявшего ленивое стадо, и я в очередной, сто тысяч триста первый раз подумала о том, как же сильно мечтаю отсюда вырваться!..

На свободу, прочь из деревни!

Куда угодно, как угодно, да хоть с перелетными птицами, либо на крыльях драконов, которые были слишком большой редкостью в Цирине, но я о них читала…

О да, я слишком много читала и слишком о многом мечтала!

Хотела побывать везде-везде, объездить весь белый свет, но дальше Скулле на своей памяти так и не выбиралась. Здесь же все давно изучено, излазано, исследовано, а за границы Калинок папа меня не отпускал.

Опасно, Аньез, говорил мне. Нет, дочка, мы с тобой останемся дома!

И мы с ним оставались дома.

Всегда.

Когда я была маленькой, отец пару раз возил меня на ярмарки в Скулле, но в последние годы беспокойство, съедающее его изнутри, усилилось. Он давно не покидал границы деревни. Да что там скрывать — границы нашего двора!

Из года в год работал над трактатами по Высшей Магии, а я прилежно училась.

Из книги в книгу.

Когда-то мне казалось, что книг в нашей библиотеке превеликое множество — папа привез их из столицы, — но сегодня я закончила последнюю и решила, что это особенный знак.

И тут, словно в подтверждение моим мыслям, над стареньким столом в черных пятнах от сбежавшей магии Огня вспыхнуло кольцо пространственного перехода. Я задохнулась от радости — надо же, у меня получилось!..

Портал сверкал сапфировым светом и не собирался никуда исчезать. Значит, заклинание стабилизации, над которым я корпела последние две недели, тоже мне поддалось!

Я осторожно ткнула в светящиеся протуберанцы гусиным пером, не забыв перед этим поставить защиту. Шрам на правом запястье — как раз с того дня, когда забыла.

Перо исчезло в синих сполохах наполовину, и я, немного подумав, решительно просунула его в портал целиком. Оно тотчас же исчезло, и, если я