Первый курс для попаданки - Полина Нема

Алина Углицкая

Первый курс для попаданки

Глава 1

– Тетя Таня! – я с радостным криком ворвалась в квартиру. – У меня высшие баллы по всем предметам!

В ответ донеслось бормотание телевизора.

– Тетя Таня! – вновь позвала. – Вы здесь?

Но никто не откликнулся.

Я бросила сумку в прихожей, быстро сменила кроссовки на розовые тапочки-зайцы и заглянула в гостиную. Убедилась, что диван перед телевизором занят котами, и протопала в кухню.

Моя приемная мать оказалась именно там. Она сидела за столом, уронив голову на руки, поэтому седой пучок ее волос смотрел прямо на меня, и то ли спала, то ли о чем-то задумалась. Рядом лежал конверт из плотной бумаги, со штемпелем. На плите стоял чайник.

– Теть Тань?

Она вздрогнула. Вскинула голову и уставилась на меня с легким недоумением. Потом моргнула, узнавая:

– Ох, прости, милая. Я тебя не услышала…

– Что-то случилось?

Лицо у нее было странное, словно она недавно плакала.

– Нет, что ты, все хорошо. А ты как? Получила документы?

– Ага! – я с довольным видом шлепнула перед ней диплом об окончании колледжа. – Все, отстрелялась! Могу поступать куда захочу!

От переполняющей меня радости хотелось прыгать на месте.

Но тетя Таня даже не улыбнулась.

– Тебе письмо пришло, – она подвинула конверт ближе ко мне.

– Из какого вуза? – я поспешно его схватила.

Надо же, не успела колледж закончить, как меня уже приглашают дальше учиться!

– Это не из вуза, – тетя качнула головой. – Оно от твоей мамы.

Я застыла, глядя на конверт.

Сердце болезненно сжалось, а затем рухнуло вниз.

Мать умерла, когда я была трехлетним ребенком. Я ее совсем не помню. Меня взяла к себе ее бездетная сестра. В то время тетя Таня еще была замужем, так что ей разрешили оформить опеку. Но спустя пару лет мы с ней остались вдвоем. Точнее, мы с ней вдвоем – и коты.

– От мамы? – переспросила я прерывающимся голосом. – Как такое возможно?

Сердце тревожно забилось.

– Смотри, дата на штемпеле пятнадцатилетней давности, – тетя Таня кивнула на конверт. – Та самая дата… А пришло только сегодня.

Теперь и я это видела. Письмо было отправлено в день маминой смерти. Внутри прощупывалось что-то помимо бумаги. Что-то круглое, выпуклое и твердое.

Но я не спешила вскрывать конверт. Покрутила в руках, прочитала адрес получателя. Вместо адреса отправителя стояли до боли знакомые инициалы.

– Это ее почерк, – хрипло произнесла тетя Таня.

Ее глаза увлажнились. Да я и сама шмыгнула носом.

– Знаешь, что странно, – продолжила она, – я нашла его не в ящике. Кто-то сунул письмо прямо в двери, но это невозможно.

– Почему?

– Потому что, когда я вышла за хлебом, его еще не было. А возле подъезда столкнулась с соседкой, мы с ней заболтались, и про хлеб я забыла. Вернулась – а в дверях конверт торчит. Ни один почтальон не полезет на девятый этаж, чтобы доставить обычное письмо. Посмотри, оно даже не заказное. Да и не было никакого почтальона, никто в подъезд не входил.

Я пожала плечами:

– Не само же оно тут появилось? К тому же и штемпель почтовый есть… Ладно, надо глянуть, что там внутри…

– Да-да, открывай.

Под пристальным взглядом приемной матери я вскрыла конверт.

Из него на стол упала желтая монета. Выпуклая с обеих сторон, с чеканным узором вдоль ребра. С одной стороны ее украшал вензель из переплетенных букв, увенчанный короной, а с другой – что-то вроде герба с крыльями.

Покрутив монету в руках, я поняла, что это медальон. Потому что у него была петелька для цепочки или шнурка. Узор на ребре оказался надписью, только прочитать я ее не смогла – это был незнакомый язык. Странный, похожий на арабскую вязь.

– Это золото? – тетя Таня смотрела на медальон с таким видом, словно перед ней был тарантул.

– Не знаю.

– Никогда ничего подобного не видела…

Я пошарила в конверте и достала письмо.

Пробежалась взглядом по строкам. Их было немного. Но чем дальше читала, тем выше поднимались мои брови от изумления.

– Что там? – поторопила приемная мать.

– Какая-то ерунда, – я зачитала вслух. – “Не верь драконам, не бойся своей силы, не проси помощи у богов. Мама”.

На последнем слове голос дрогнул. К горлу подступили слезы.

– Наверное, она написала его во время приступа, – тихо произнесла тетя Таня. – Перед смертью моя бедная сестра почти не осознавала, что происходит. Все твердила про драконов, фениксов и еще каких-то сказочных тварей…

Из меня вырвался предательский всхлип.

Эта тема была запретной в нашей семье. Мы избегали о ней говорить. Но я знала, что мама долго лежала в лечебнице. У нее постоянно были видения…

– Знаешь, лучше эту штуку убрать, – тетя Таня кивнула на медальон. – Она, наверное, очень дорогая.

– Наверное.

Я хотела вернуть украшение в конверт. Но стоило только подумать об этом, как оно обожгло мои пальцы.

– Ой!

От неожиданности выронила медальон. Он забренчал по столу, распространяя волны золотистого света. Закрутился юлой и упал.

Свет погас.

Мы с тетей испуганно переглянулись.

– Что это? – прошептала я.

– Не знаю.

Она с опаской потрогала медальон. На этот раз он не светился.

А я поспешно сунула в рот саднящий палец. Когда только умудрилась поранить его до крови?

– Похоже, просто свет из окна попал на него, вот он и засветился, – предположила приемная мать.

– Угу, – я посмотрела на палец.

Ранка была совсем незаметная. Но капелька крови все же набухла.

– Надо заклеить пластырем, – нахмурилась тетя.

– Ерунда. Само пройдет.

Нас отвлек свист закипевшего чайника. Я поспешила к плите.

– Ладно, отложим пока эту штучку, – вздохнула приемная мать, убирая медальон обратно в конверт. – Иди переоденься, и чай попьем.

– Нет, я лучше так, – улыбнувшись, я покрутилась в платье из струящегося кораллового атласа и поправила ленточку выпускника. – Хочу побыть в нем еще немного.

Это платье мы взяли напрокат для выпускного бала. Завтра его придется отдать. Я снова надену джинсы и худи. Но пока завтра не наступило, можно немного побыть принцессой.

– Какая ты стала красивая, – печально вздохнула тетя.

– Вот еще скажете, – от похвалы я даже зарделась. – Самая обычная.

Но она продолжала, будто не слыша меня:

– На мать свою очень похожа. Прямо одно лицо.

– Да ну, совсем не похожа. Она брюнеткой была, а я…

– Кстати, – тетя встрепенулась, – уже решила, куда будешь поступать?

– Куда на бюджет возьмут.

Я замотала раненый палец бумажной салфеткой, чтобы не испачкаться, и разлила чай