Спой мне, девочка - Диана Эванс

Спой мне, девочка

Диана Эванс

Глава 1

Гром аплодисментов. Сотни телефонов, поднятых вверх, чтобы запечатлеть её в последний момент перед тем, как занавес упадёт. Ава Стерлинг улыбается, ловит в ладонь розу, брошенную из первого ряда, и кланяется. Её платье, расшитое кристаллами Swarovski, бросает в толпу блики, будто она и правда звезда — не метафорическая, а самая настоящая.

— Спасибо, Нью-Йорк! — её голос слегка дрожит от усталости, но она знает: фанаты любят, когда артисты «выкладываются».

За кулисами её ждёт бутылка тёплой воды (она ненавидит газировку) и… пустота. Ни мужа, ни букета, ни даже сообщения «Ты была великолепна».

— Дэн задерживается? — спрашивает гримёрша Линда, снимая с Авы накладные ресницы.

— Наверное, — Ава притворяется, что проверяет телефон, хотя знает: если бы Дэниел собирался прийти, он бы уже был здесь.

***

Она увидела его на послепартийном ужине Grammy. Не в зале, конечно — он не из музыкального бомонда. Он стоял у бара, разговаривал с каким-то седым мужчиной в очках, и Аву зацепило, как он слушал — не делая вид, а действительно слушал.

— Кто это? — спросила она у своего менеджера.

— Дэниел Кингсли. IT-гений. Основатель «Kingsley Tech». Богаче, чем твои будущие внуки, — усмехнулась та.

Ава тогда фыркнула: её не интересовали деньги. Но когда он вдруг обернулся и посмотрел на неё — не как на «певичку», а будто разглядывал сложный код, который очень хочет взломать — она почувствовала, как по спине побежали мурашки.

Он пригласил её на ужин на следующий же день. Говорил мало, но когда она рассказала, как в 16 лет сбежала из дома в Оклахоме, чтобы петь в подземных клубах Лос-Анджелеса, он вдруг сказал:

— Ты не боишься потерять всё ради того, во что веришь. Я таких людей коллекционирую.

Она влюбилась не в его яхты или виллы — а в то, что он видел её настоящую. Не «Аву Стерлинг», а ту девочку, которая пела в гаражах, мечтая выбраться из городка, где самым ярким событием была ярмарка в честь Дня независимости.

***

Их пентхаус на Манхэттене тёмен. Только свет из спальни… и приглушённые голоса.

Ава замирает.

— …не могу больше скрывать, — это голос Кейт, её менеджера. — Она же рано или поздно узнает…

— Не сейчас, — рычит Дэн.

Ава медленно идёт на звук. Дверь приоткрыта. Она видит: Кейт сидит на их кровати, а Дэниел стоит перед ней, сжав кулаки. На полу — чёрное кружевное бельё, которое Ава точно не покупала.

— Ты же сама составляла её график, — говорит Дэн, и Ава понимает: это не первый раз. Это система.

Кейт всегда находила причины отправить её на внеплановые интервью, продлённые записи в студии, благотворительные гала-ужины… Всё это время они были здесь. В её доме. На её простынях.

— Ты знала, что я сегодня вернусь в три? — тихо говорит Ава, распахивая дверь.

Дэн резко оборачивается. Кейт вскакивает, лицо её белее, чем стены.

— Ава, я…

— Сколько лет? — её голос звучит чуждо.

Молчание.

— Сколько?!

— Три, — выдавливает Дэн.

Она не кричит. Не бьёт посуду. Она поворачивается, выходит в коридор и нажимает кнопку лифта.

— Ты куда? — Дэн хватает её за руку.

Ава медленно освобождается.

— Туда, где из меня не делали дуру.

Лифт закрывается. У неё в кармане — только телефон и губная помада. Но этого достаточно.

***

Ава даже не заметила, как оказалась на улице. Ночь была влажной и душной, как дыхание спящего города. Она машинально поймала такси, сунула водителю стодолларовую купюру и хрипло бросила:

— Просто вези.

Тот покосился на её блестящее платье и босые ноги (она скинула каблуки ещё в лифте), но промолчал.

Через двадцать минут бесцельного кружения по Манхэттену, когда слёзы уже высохли, а ярость начала кристаллизоваться во что-то острое и опасное, она увидела вывеску.

"SIN" — неоновая надпись мигала над узкой дверью, за которой скрывалась крутая лестница вниз.

— Здесь, — Ава ударила ладонью по стеклу.

Ава даже не заметила, как оказалась на улице. Ночь была влажной и душной, как дыхание спящего города. Она машинально поймала такси, сунула водителю стодолларовую купюру и хрипло бросила:

— Просто вези.

Тот покосился на её блестящее платье и босые ноги (она скинула каблуки ещё в лифте), но промолчал.

Через двадцать минут бесцельного кружения по Манхэттену, когда слёзы уже высохли, а ярость начала кристаллизоваться во что-то острое и опасное, она увидела вывеску.

"SIN" — неоновая надпись мигала над узкой дверью, за которой скрывалась крутая лестница вниз.

— Здесь, — Ава ударила ладонью по стеклу.

— Эй, Мерсер! — крикнул бармен куда-то за её спину. — Твоя очередь вытаскивать заблудших богачек!

Ава обернулась.

Из темноты вышел он. Джейк. Высокий, в чёрной рубашке с закатанными рукавами, обнажающими переплетения татуировок. Его лицо было бы красивым, если бы не шрам над бровью и глаза — холодные, как лезвие.

— Ты либо очень смелая, либо очень глупая, — сказал он, забирая её стакан. — Это не место для таких, как ты.

— А кто я, по-твоему? — Ава выхватила виски обратно и осушила залпом.

Джейк рассмеялся — коротко, без веселья.

— Ты — Ава Стерлинг. Та самая, что поёт про «вечную любовь» под синтезаторы. Угадал?

Она ожидала насмешки, но в его голосе было что-то ещё. Знание. Будто он видел её не только на обложках журналов.

— Мне нужна сцена, — сказала она внезапно.

— Ха. Тебе нужна таксистуха и психотерапевт.

— Я не шучу, — Ава придвинулась ближе. — Я спою прямо сейчас.

Джейк изучающе посмотрел на неё, затем махнул рукой в сторону сцены:

— Ладно, звезда. Давай посмотрим, на что ты способна без фонограммы.

Когда Ава вышла под софиты, клуб затих. Кто-то узнал её, кто-то зашикал. Она взяла микрофон, закрыла глаза…

И запела не свой хит.

Это была старая, полузабытая блюзовая баллада, которую её мать напевала, когда мыла посуду в их дырявом трейлере. Грубая. Голая. Настоящая.

К концу второго куплета в зале воцарилась тишина. Даже бармен замер с тряпкой в руке.

Когда она закончила, раздались аплодисменты — не те, что в концертных залах, а настоящие.

Джейк стоял у стойки, скрестив руки.

— Ну что, — Ава спрыгнула со сцены, подошла к нему. — Достаточно «настояще» для твоего клуба?

Он медленно ухмыльнулся.

— Заходи завтра. Споешь ещё.

Ава вышла на рассвете. В кармане её теперь смятого платья лежала визитка Джейка с адресом клуба.

А в телефоне — 23 пропущенных звонка от Дэниела.

Она удалила их все.