Американ (бэд) бой - Алина Савельева

Алина Савельева

Американ (бэд) бой

Глава 1

Я сжимала в руке треклятый смартфон. За лобовым стеклом моего маленького “Дэу Матиза” поливал дождь, каким-то образом стекая и по моим щекам.

Экран с неприятным сообщением “Давай возьмем паузу” давно погас. Меня бросил жених. Снова.

Тоскливо покрутив помолвочное колечко на пальце, я стянула его и зашвырнула в бардачок. К двум еще таким же.

Что со мной не так? Почему мужчины бросают меня в последний момент? Когда я уже едва ли не разослала всем приглашения и не была готова штурмовать свадебные салоны? Я недостаточно хороша для брака?

Да, может, я и не семи пядей во лбу, и учеба давалась мне с большим трудом. Я и ворон считала только потому, что ни черта не успевала усваивать материал на занятиях. Вороны, деревья и вся остальная природа интересовали меня гораздо больше. Наверное, поэтому я и открыла своё бюро ландшафтного дизайна. И очень им гордилась.

Каждый раз, получая предложение, я считала, что эти отношения навсегда. На веки вечные, а не только до тех пор, пока одному из пары это не наскучит. Я верила, что существует вечная любовь. Когда отдаешь свое сердце другому и бережно хранишь выданное взамен.

Каждый раз вкладывая в отношения мечты и надежды, я чувствовала себя опустошенной, использованной, бросая очередное кольцо в кучу разбитых мечт.

Моя машина стояла припаркованной в “лакшери подмосковье”, в элитном поселке у поместья Лоури – дипломата американского посольства и лучшего друга моего отца. Мой отец много лет был персональным водителем Джека Лоури, его гидом в русский мир, и незаметно стал тем самым незаменимым товарищем, который придет на выручку не по долгу службы, а потому что не сможет иначе.

Когда-то именно Джек Лоури поспособствовал, чтобы не хватающая с неба звезд студентка МАРХИ поехала в США по обмену. Именно там я познакомилась с семьей дяди Джека, именно там впервые потеряла голову, по уши влюбившись в его сына Майка. И именно там я впервые оставила свое разбитое сердце, которое до сих пор никто не может склеить обратно.

Длинная подъездная дорожка, густо засаженная давно не стриженым кустарником, вела к центральному входу в поместье. Дядя Джек попросил привести сад в порядок к празднованию его юбилея, и я, признаться честно, подумала, что он просто хотел помочь мне с бизнесом, зная, что я едва держусь на плаву, не имея достаточного количества клиентов.

Неторопливо продвигаясь, я осматривала территорию, с удивлением понимая, что сад действительно находится в плачевном состоянии. Многолетние цветы заросли сорняками, клумбы для однолетних и вовсе пустуют. Вокруг недостроенного пруда валяются камни и прочий строительный материал. От дорожек остались только воспоминания.

Внезапно за спиной послышался рёв мотора и шелест гравия под широкими покрышками. От неожиданности я отпрыгнула в сторону, и как раз вовремя. Дорогущий спортивный автомобиль остановился прямо возле меня. Гравий летел из под колес во все стороны, поднимая пыльно-песочную взвесь в воздух и оседая у меня в открытом рту.

Господи, уже год прошел! А осколки моего сердца все так же ноют в груди. Высокий спортивный красавец с темными волосами и золотисто-зелеными глазами. Майк Лоури. Собственной несносной персоной.

Майк вышел из автомобиля с присущей только ему грацией царя природы. В белоснежной футболке-поло, черных брюках карго и кроссовках из эксклюзивной коллекции.

Мне приходилось бороться с волнением, которое я всегда испытываю рядом с ним, будто мое тело автоматически настраивается на его сигналы.

Небрежно опустив на глаза дизайнерские “авиаторы”, Майк сунул руки в карманы брюк, сердито сведя брови к переносице.

– Какого черта ты здесь делаешь? – недружелюбно спросил Майк с присущей ему грубостью.

– В Калифорнии закончились девушки для интрижки на одну ночь, раз ты махнул за океан? – так же “любезно” поинтересовалась я.

Майк крепко сжал зубы, продолжая хмуриться.

– Еще не сделала пересадку характера? Так в девках и останешься, крошка Женя, – съязвил Майк, качнув головой вправо, видимо, разглядывая мои пальцы без колец.

То, с каким безразличием он говорил обо мне, раздражало. Но еще больше бесило, как быстро он теряет интерес ко всему, что не стоит к нему раком и с задранной юбкой. Обойдя машину, Майк наклонился к своему багажнику. Меньше всего на свете я хотела быть застанной врасплох за подглядыванием на упругие ягодицы Майка, обтянутые тканью брюк. Но именно за этим занятием и поймал меня герой моих фантазий, которым я грезила и во сне, и наяву. С той минуты, как я впервые увидела у бассейна дома в Майами его подтянутое загорелое тело с рельефом чугунной батареи на прессе и прочих мышцах во всех нужных местах.

– Советую тебе убраться отсюда, если не планируешь остаться на вечеринку, – хлопнув крышкой багажника, бросил Майк, закидывая лямки спортивной сумки на плечо.

Твердой походкой уверенного в своей неотразимости альфа-самца Майк направился к особняку. Чтобы успевать за его размашистым шагом, мне приходилось быстро перебирать ногами, семеня за ним. Как мальтийская болонка за волком.

– Вечеринку? – не веря своим ушам, переспросила я.

– Ага. Это такое мероприятие, где люди пьют и веселятся, – издевательски ответил Майк, насмешливо изогнув свои чертовски идеальные губы.

– Какого черта, Майк! Твоему отцу нужен сад уже к концу этого месяца! Мне нужно начинать работать! – вскипело во мне возмущение. – Это ведь не разовое мероприятие? Ты каждый день собираешься тут развлекаться с женщинами, пока виза не закончится?

– Ты так хорошо меня знаешь, крошка Женя! – хмыкнул Майк, подтверждая мои подозрения.

Представила Майка в окружении его гарема, и меня буквально заколотило от злости. Он всегда бессовестно пользовался положением и средствами своих родителей. И сгоревших бабочек, летящих на его обманчивый свет, тоже всегда было больше, чем это можно себе представить. Я и сама попалась в эту ловушку год назад.

И я ненавидела за это Майка. А с каждыми неудачными отношениями эта ненависть росла в геометрической прогрессии.

– Майк, я серьезно! Я не хочу работать в условиях, когда под каждым кустом будут либо блевать, либо совокупляться! – настойчиво твердила я, пытаясь воззвать к его совести. Которой отродясь никто не видел.

– Не тебе ставить мне условия, крошка Женя. Исчезни, а? Не порть мне вечеринку, – сверкнул белозубой улыбкой Майк.

Фальшивой улыбкой. За которой даже присущей большинству американцев вежливости нет.

Мне хотелось вцепиться ноготками в его надменную физиономию. Так, чтобы все девушки, что повелись на его сомнительное