Суккуб для наследника - Екатерина Александровна Оленева

Екатерина Оленева

Суккуб для наследника

Глава 1

Ультиматум

Придирчивый, холодный взгляд посетительницы скользнул по девушке, открывшей дверь.

— Николь Джанси?

Всё в незваной гостье, от костюма до маникюра, кричало о её высоком положении. Обоняние Николь дразнил запах дорогого парфюма, имитируя сладких петушков на стерильных бинтах.

— Чем могу быть полезна?

Натянутая на губы улыбка Николь была такой же синтетической, как упомянутые выше петушки.

С первого же взгляда становилось ясно, что угодить стоявшей перед ней «даме» будет сложно. С такими просто не бывает. Холодные, капризные, избалованные, живущие в убеждении, что планета вращается вокруг своей оси исключительно ради их удовольствия, такие особи приносят лишь проблемы.

— Что вам предложить? — соловьём запела Николь привычную песенку. — Нужны лекарства от простуды? Косметические средства? Может быть, желаете купить что-то из БАДов от нашего бренда?

Холодная улыбка проступила на лице незнакомки, ни капли его не крася.

— Когда мне требуются обычные средства, я посылаю за ним обычную прислугу. Только нечто особенное могло заставить меня в такую жару забраться в этот район. Я не хочу покупать твои притирки, девочка. Я планирую купить тебя саму.

Брови Николь удивлённо приподнялись:

— Признаться, я вас плохо понимаю. Эпоха работорговцев давно закончилась. Как вы собираетесь меня покупать?

— Дорого. Мы можем продолжить разговор внутри… хм-м, твоей аптеки? Здесь, признаться, жарковато. Да и многолюдно.

— Если вы настаиваете…

— Настаиваю.

Незнакомка пёрла как таран. Оставалось лишь посторониться, что Николь и сделала.

Аптечная лавка соединялась с её квартирой недолгим крытым переходом, пройдя через который женщины оказались в небольшой, слишком светлой для такого жаркого дня, гостиной.

— Присаживайтесь, — вежливо предложила Николь незваной гостье. — Могу я вам что-нибудь предложить? Чай? Кофе? Крекеры или эклеры?

— Вы знаете, кто я такая? — жёстко спросила женщина, игнорируя попытки Николь проявить вежливое гостеприимство.

Почему-то богачи, артисты, певцы и блогеры всегда уверены, что их в лицо знает весь белый свет? Неловко говорить людям прямо в лицо, что это, мягко говоря, не так.

— Догадываюсь, что вы не простая женщина, — начала, было, Николь…

— Я — Джастина Стрегонэ.

Это имя было Николь знакомо.

Клан Стрегонэ один из самых влиятельных в стране. Из поколения в поколение члены этой фамилии приумножают свои богатства, оказывая влияние на ход мировой истории. Нет, конечно, до тех, чьи имена стали нарицательными символами могущества и золотых гор, они немного не дотягивают. Не так часто светятся на страницах светской хроники. В списке Forbes числятся лишь во втором десятке. Но — всё же?..

Николь выдавили вымученную улыбку:

— Чем я могу быть полезна такой сиятельной даме? Я ведь всего лишь простая аптекарша?

— Будучи простой аптекаршей — ничем, — резко оборвала Николь синьорина. — Но я отлично знаю, что ты далеко не так проста, как хочешь казаться.

Собеседница понизила голос:

— Мне известно о твоей тайне.

— Какой тайне?.. Не понимаю, о чём вы?

— Я знаю, что твой отец — Верховный инкуб. Ты не могла не унаследовать часть его силы.

Воцарилась долгая, полная недоумения и напряжения, пауза.

— Вы говорите очень странные вещи, — выдохнула, наконец, Николь. — Даже не знаю, как реагировать? Что сказать в ответ на подобное безумие?

Джастина вскинула руку в предупреждающем жесте:

— Не говори ничего. Не хочу тратить время, выслушивая ложь. Просто прими моё знание о себе, как данность. Я — знаю.

— Сеньора, инкубов, вампиров, Хогвартса и Санта-Клауса не существует. Большинство людей смиряется с этим после того, как им исполнится одиннадцать.

— Я точно знаю, о чём говорю, поэтому брось бесполезные увёртки. До своей первой своей «охоты» ты, конечно, не более, чем человек. Но первый же в твоей жизни мужчина инициирует твою вторую ипостась. Мне нужен твой дар. И я готова щедро платить.

При мысли о том, какие планы может иметь на неё эта гламурная сучка, Николь испытала тошноту. Дьявол бы побрал всех пресыщенных жизнью богачей, шалеющих от вседозволенности и скуки!

Отбросив маску, Николь отрезала голосом не менее холодным и надменным, чем у незнакомки:

— Не люблю огорчать людей, но я не продаюсь.

— Все продаются.

— Я, видимо, недостаточно чётко произношу слово «нет»? Мне не нужны ваши деньги. У меня нет нужного вам дара. Ваше предложение мне не интересно. Вам лучше уйти.

Джастина окинула маленькую гостиную Николь пренебрежительным взглядом:

— Если ты продолжишь говорить со мной в таком тоне, девочка, мне придётся закрыть твою лавочку. Не думаю, что это будет сложно? Всегда найдётся какая-то зацепка в законе, если попросить, кого следует. Вот я и попрошу. Возможно, лишившись источника дохода, ты станешь немного сговорчивее?

Николь сжала челюсть:

— Чего вы хотите?

Джастина нервно облизнула губы, напоминая в этот момент змею перед броском:

— Хочу, чтобы ты стала любовницей моего сына.

* * *

От удивления Николь на несколько секунд буквально онемела.

Когда дар речи вернулся к ней, она спросила:

— Вы, должно быть, шутите⁈ Если вы знаете, кто я, должны также знать, что связь людей с инкубами порабощает человеческую волю, лишая жизненной энергии? В итоге, в девяноста случаев из ста, человек умирает. Вы хотите заплатить мне смерть своего ребёнка?

— Ты не станешь резать курицу, несущую золотые яйца, — Джастина элегантным жестом вытянула из пачки длинную сигарету. — Люди не всегда милосердны, но всегда — корыстны. Рискну предположить, что с нелюдями та же история.

— Большинство инкубов и суккубов не контролируют процесс питания. Иначе они не убивали бы людей.

— Большинству этих тварей просто плевать на то, жив их «резервуар» или нет. Они — не люди. Человеческие чувства им неведомы. Но ты-то наполовину человек? И у тебя будет отличный мотив для сдержанности.

— И вы готовы рискнуть жизнью сына, чтобы проверить эту бредовую теорию? Для чего играть с огнём? Почему вы решили прийти ко мне с этим… дерьмом?

— Знаю, выглядит странно…

— Не то слово.

Джастина занервничала. Высокомерные взгляды, надменные улыбки остались в прошлом. Проступившие в уголках глаз и в складках губ морщинки выдавали усталость и напряжение.

— Понимаешь ли?.. — руки её нервно теребили край одежды. — У меня очень проблемный сын.

Николь ничего не понимала, но слушала очень внимательно.

— Говорят, дети расплачиваются за грехи родителей. Но, случается, что детьми господь карает их родителей. Это, кажется, мой случай? Ты меня не знаешь, Николь, но когда-то я была близким другом твоей матери. Мы вместе выросли. Нет, не подумай, я не собираюсь сентиментально выдавливать участие у дочери воспоминаниями о матери! Я