Сомнения любви - Мэри Джо Патни

Кент

1812 год

Ночные гости к беде – это всем известно. Леди Агнес Уэстерфилд проснулась от стука в дверь, ведущую в ее личные апартаменты, занимающие целое крыло просторного особняка Уэстерфилд-Мэнор. Поскольку слуги спали двумя этажами выше и она не хотела, чтобы грохот разбудил ее студентов, леди Агнес встала с постели и, надев мягкие тапочки и халат, направилась к двери. Часы в холле пробили два раза.

Едва ли здесь, в тихом провинциальном Кенте, в дверь дома стали бы стучать среди ночи грабители, и все же, прежде чем открыть, она спросила:

– Кто там?

– Рэндалл. – Узнав голос, она распахнула дверь. Сердце леди Агнес упало, когда на пороге она увидела трех высоких молодых людей.

Рэндалл, Керкленд и Мастерсон были в числе ее первых студентов, ее «пропащие лорды», нуждавшиеся в особой заботе и особом воспитании. В том первом в ее жизни классе учились шестеро студентов, и они настолько сблизились, что стали как братья. Один из них пропал в заварухе, случившейся во Франции, другой находился в Португалии. То, что трое приехали сюда среди ночи с тревогой в глазах, сулило беду. Леди Агнес жестом пригласила их войти в дом.

– С Баллардом беда? – спросила она, озвучив опасения, терзавшие ее вот уже несколько месяцев. – В Португалии сейчас опасно. Война против Наполеона затянулась.

– Нет, мы здесь из-за Эштона. – Алекс Рэндалл, прихрамывая – давала о себе знать рана, полученная на войне, – ступил за порог. Он был ослепительно хорош собой в алом военном мундире, несмотря на хромоту.

Эштон – один из шести студентов первого набора. Самый загадочный и, пожалуй, самый дорогой ее сердцу ученик.

– Он погиб?

– Да, – односложно ответил Керкленд. – Мы узнали об этом и сразу отправились сюда, чтобы сообщить вам.

Леди Агнес закрыла глаза, ее охватило отчаяние. Обидно и больно, когда умирают молодые, а старые продолжают жить. Впрочем, она давно убедилась в том, что от жизни нечего ждать справедливости.

На ее плечи легла рука. Открыв глаза, она увидела, что успокоить ее хотел Уилл Мастерсон. Он был молчаливым и стойким юношей, но при этом обладал удивительным чувством такта, и когда другие терялись, он всегда делал именно то, что стоило делать в трудную минуту.

– Вы приехали ко мне все вместе, чтобы поддержать меня на случай, если я узнаю новость позже? – спросила леди Агнес, стараясь вести себя так, как должна была хладнокровная директриса школы, какой они знали ее многие годы.

Мастерсон усмехнулся:

– Возможно. Или скорее всего мы хотели вашей поддержки.

Леди Агнес догадывалась, что в этой шутке была лишь доля шутки. Большинство учеников были сиротами, и она старалась заменять им мать.

Зевая, к ним спустилась горничная, и леди Агнес приказала ей принести еду для гостей. Не бывает лишним покормить молодых мужчин, особенно после долгой дороги из Лондона. Гости следом за хозяйкой прошли в гостиную. Они не забыли дорогу, поскольку бывали в этом доме часто и после окончания школы.

– Я думаю, всем нам не помешает немного бренди, Рэндалл, ты не разольешь? – попросила леди Агнес. Рэндалл достал из буфета четыре бокала. Чувствовалось, что нервы его на пределе.

Леди Агнес взяла бокал из его рук и опустилась в свое любимое кресло. Бренди обожгло горло, но придало ей сил.

– Расскажите мне, что произошло. Несчастный случай?

Керкленд кивнул.

– Эштон ни разу в жизни не болел. – Керкленд выглядел лет на десять старше своего возраста. – А мисс Эмили не хотела бы об этом узнать?

Леди Агнес медленно покачала головой. Жаль, что ее давняя подруга и компаньонка не могла разделить с ней бремя скорби.

– Мисс Эмили навещает родственников в Сомерсете и вернется только через неделю. Генерал Роулингс тоже в отъезде.

Леди Агнес смотрела на золотистую жидкость в бокале. Может, стоит напиться до бесчувствия? Она никогда не злоупотребляла алкоголем, но сегодня был особенный повод.

– Он был моим первым студентом, – тихо сказала она. – Если бы не Адам, Уэстерфилдской академии просто не существовало бы. – Она даже не заметила, что назвала герцога по имени, забыв о титуле.

– Как это произошло? Он ничего не рассказывал, как оказался здесь. Вы знаете, каким был Эш. В том, что касалось его личной жизни, он был нем как рыба. – Мастерсон замолчал. Горничная вошла с полным подносом.

Молодые люди набросились на еду, как голодные волки: мясо, сыр, маринованные овощи, хлеб. Леди Агнес с улыбкой подливала им кларет, довольная тем, что может поддержать их тела, если не дух.

Рэндалл поднял голову.

– Расскажите нам, как все начиналось.

Леди Агнес почувствовала, что ей просто необходимо выговориться и рассказать друзьям Адама о том, как она встретила совсем юного Эштона.

– Мы с Эмили тогда только вернулись на родину из долгого путешествия. Уже через три месяца я поняла, что умру со скуки, если не найду себе дела по душе. Однажды, гуляя в Гайд-парке, я раздумывала над тем, чем бы заняться в жизни, как вдруг услышала свист хлыста. Решив, что кто-то избивает лошадь, я поспешила к зарослям и увидела, как отталкивающего вида коротышка стоит перед деревом, задрав голову, и отчаянно ругается. На суке сидел Эштон, прижимая к груди неописуемо безобразного щенка.

– Бхану! – воскликнул Мастерсон. – Я до сих пор скучаю по этой собаке. Как, черт возьми, Эштон умудрился затащить ее на дерево?

– И зачем? – спросил Керкленд.

– Тот коротышка был гувернером Эштона. Его звали Шарп. Как оказалось, если честно, Эштон довел своего бедного преподавателя до белого каления, – рассудительно пояснила леди Агнес. – Мальчик отказывался говорить по-английски и смотреть в глаза кому бы то ни было. Его единственным другом был этот безродный щенок, которого он неизвестно где подобрал. Шарп приказал конюху убить собаку, но у того не хватило духу убить несчастное создание, и посему он выпустил Бхану в Гайд-парке. Узнавший об этом Эштон убежал из дома, чтобы найти пса.

Когда я подошла и спросила, в чем проблема, Шарп не стал сдерживать негодования и выложил все, что у него на сердце накипело. Его наняли, чтобы подготовить привезенного из Индии мальчика к поступлению в Итонский колледж. После двух недель мучений Шарп уверился в том, что юный герцог Эштон – недоумок, не умеющий говорить на английском и, разумеется, не способный учиться в Итоне. Мальчишка был настоящим исчадием ада! Какой из него герцог! А надо сказать, что титул перешел к нему, когда умерли все прочие наследники. Отец его уехал раньше в Индию, женился на индианке, а когда заболел и умер, мальчика в связи с вопросом о наследовании титула отняли у матери и отправили в Англию. Так случилось, что герцогский титул достался сыну той индианки – к ужасу всех членов английского семейства.