Голос одинокого сердца - Кэтрин Гарбера

Никогда не говори о своих бывших возлюбленных с настоящей. Годы бесконечных свиданий научили его неплохо врать. По крайней мере, так было в прошлом, но с Лорен все было по-другому.

– Ммм… потому что мне хотелось научиться.

– А, понятно. Она была блондинка, брюнетка или рыжая?

– Блондинка, – признался Джек.

Она рассмеялась. Этот смех сводил его с ума, вызывая в нем непреодолимое желание. Он очень хотел Лорен, а секреты и тайны друг друга они могут узнать и попозже.

– Но мне действительно нравились эти уроки по кулинарии, которые продлились дольше, чем наши с ней отношения, – добавил он.

– Я на это надеюсь, потому что ты пригласил меня на свидание. Конечно, если ты не собираешься завести гарем.

– Нет, с этим слишком много проблем. Чтобы доставить женщинам удовольствие нужно потратить немало сил.

– Я не уверена, что хотела бы оказаться в гареме. Я ведь очень сдержанная и нетребовательная.

– Почему ты сделала такой вывод?

Лорен сжала в ладони талисман, висевший у нее на шее. В лунном свете она казалась недоступной.

– Я бы не просила тебя ходить вместе со мной на курсы кулинарии. Я всегда разделяю интересы мужчины.

Джек нахмурился. Да, Лорен не из тех женщин, которые сомневаются в себе. Он понимал, что сейчас она сказала ему что-то очень важное.

– Почему?

– Мне нравиться узнавать что-то новое. И… забудь об этом.

– Скажи мне, Лорен. Ты же можешь доверять мне.

Она покачала головой, и ее густые кудри рассыпались по плечам, а потом посмотрела на него, глядя ему прямо в глаза.

– Я знаю, что у меня всегда остаются какие-то чувства, несмотря на то, что отношениям приходит конец. И еще, я не верю, что настоящий мужчина может стать… мужчиной моей мечты. По крайней мере, так говорит моя мама.

– А что ты сама думаешь по этому поводу? – спросил Джек, приближаясь к ней.

– Я думаю, что моя мама придает слишком много значения книгам, которые читает.

– А у меня есть более подходящее объяснение.

– Мы знакомы с тобой всего лишь несколько дней. Я не уверена, что у тебя есть достаточно информации…

– Так ты хочешь выслушать мою теорию или нет?

Она взглянула на него через плечо. Пошел снег. Джек снял шарф и повязал ей его на шею.

– Ладно, давай.

– Я думаю, что все дело в твоей работе.

– Почему?

– Я слушал твое шоу и понял, что у тебя с твоими слушателями есть особая связь. Думаю, именно поэтому ты настраиваешь себя на неудачи в личных взаимоотношениях. Одинокое сердце должно оставаться одиноким.

– Ты не знаешь…

Он приложил палец к ее губам. Она хотела защитить себя, и он не мог ее винить за это. Обнажение души в сегодняшнем меню не значилось.

– Тебе не надо защищаться и оправдываться. Это было всего лишь мое мнение.

Лорен понимала, что сказала лишнее, и теперь пыталась вновь установить барьер между ними. Джек выбрал легкую лыжню через парк. Они говорили о книгах и музыке. Она не удивилась, узнав, что он никогда не хранит книги или диски больше полугода. А Лорен просто не могла представить себе, что в ее доме не будет любимых романов, которые она всегда сможет перечитать.

Но она все никак не могла забыть то, что сказал ей Джек, – она действительно боится близости. Большую часть своей жизни Лорен потратила на то, чтобы установить барьеры между собой и остальным миром. Работа на радио в этом смысле была идеальным местом. Тем более в программе «Одинокое сердце».

Наступившее утро было солнечным, но все же Лорен немного замерзла. Наконец они вернулись к машине. Джек включил обогрев и протянул ей кружку с овощным супом.

– Сегодня была твоя последняя работа в ночном эфире? – спросил он.

Лорен откинулась на сиденье.

– Да, с понедельника работаю в утреннем шоу.

– Я думаю, что с твоим голосом и сочувствием у тебя все получится.

Она понимала, что Джек прав. Тай в течение нескольких лет пытался перетянуть ее на работу в утреннем эфире, где у нее будет гораздо больше слушателей. Но Лорен всегда нравилась особая интимность ночного эфира.

– Я тоже так думаю. Тай перевел меня на этот проект, чтобы я помогла Рэю в продвижении проекта «Миля мужчин».

– А, «Миля мужчин». Знаешь, по-моему, это просто дискриминация по половому признаку. Если бы я спонсировал «Милю женщин», тебе бы это вряд ли понравилось.

Лорен невольно рассмеялась.

– Я знаю. Ты прав. Но теперь это принято в обществе. Я также предложила моим слушателям найти мистера Совершенство.

Джек опустил ей руку на плечо и прижал к себе. Ее дрожь прошла. Лорен хотелось утонуть в его объятиях, чтобы тепло его тела окутывало ее, а его голос заставлял ее забыть обо всем на свете.

– Ты выглядишь испуганной. Я не собираюсь набрасываться на тебя. – Он протянул руку к ее волосам и, взяв один локон, начал накручивать его на палец. Мужчины всегда так делали. Ее кудряшки действовали на них магическим образом.

– Я не боюсь.

Так как время барьеров прошло, то теперь Лорен была уверена, что сегодня ночью она не уйдет до тех пор, пока они не решат двигаться дальше и следовать тому притяжению, которое возникло между ними.

– Тогда в чем дело? – спросил Джек.

Он продолжал играть ее волосами.

– Обещаешь, что не будешь смеяться? – спросила Лорен. Разве это так важно? Ее брат Дюк всегда говорил, что она слишком беспокоиться о том, что о ней подумают люди. Но он был двухметровым футбольным защитником, а она нет.

– Обещаю, – произнес Джек низким голосом, – я никогда не буду смеяться над тобой, Лорен.

Лорен поставила чашку и посмотрела на него.

– Просто у меня в голове засел образ – ты и я.

– Обнаженные? – спросил он, удивленно подняв брови. – Над этим я никогда не буду смеяться, милая. От этих мыслей мне хочется кричать!

Лорен покачала головой. Их отношения обещают быть легкими и забавными, но через полгода она снова будет одна.

– Нет, хотя этот образ мне тоже нравится. Это… ну…

Джек вздохнул. Свободной рукой он обнял ее за талию и посадил к себе на колени. Другой рукой прижал ее голову к своему плечу. Лорен закрыла глаза и глубоко вздохнула.

– Скажи мне, Лорен. Доверь мне свои тайны. Я буду свято хранить их.

– Ну, так вот. Вот моя фантазия – ты крепко обнимаешь меня.

– А что еще?

– Ну…

– Что?

– Мне нравится твой голос. В моей мечте ты читаешь мне.