Чашечку кофе, мадам? - Виктория Волкова

"Никто не подставит плечо. Ни мои родители, ни тем более папаша и мамаша Готье. А про Антуана я вообще молчу", — мысленно поморщилась Кристин, представляя свекровь — маленькую, будто девочка, Полин Готье с перекроенным пластическими операциями личиком, силиконовыми сиськами и морщинистыми руками, в один момент выдающими истинный возраст. Свекор — худой и подтянутый — зачесывал назад гриву темных волос, побитых сединой, и походил на внезапно постаревшего мальчика. Зато Антуан, казалось, сошел с подиума мужской моды. Красив, вальяжен и всегда одет в самые дорогие шмотки. Никто из семейства мужа никогда не работал. Даже палец об палец не ударил. Да и зачем, если можно жить припеваючи с наследства предыдущих поколений и получать дивиденды с "Готье фармасьон". Если вдуматься, то каждый ждал ежегодных выплат и с особым чаянием следил за другими. Не досталось ли больше? Кристин иногда подозревала, что ее мужа подбросили в это семейство. Поль лично строил бизнес и никогда ни у кого из своей семьи не просил о помощи.

"Стая стервятников, — мысленно ругнулась Кристин. — Сидят и ждут свои дивиденды. Конечно, родители когда-то помогли Полю, дав денег на первоначальный капитал, но это можно считать больше удачным вложением денег, чем помощью, — поморщилась она и попыталась подумать, что предпринять?".

Там, в узком коридорчике комиссариата, Поль успел прошептать, что завтра, вернее, уже сегодня к нему допустят нотариуса, и он подпишет доверенность, позволяющую Кристин сотворить с "Готье фармасьон" все, что заблагорассудится. Продать или подарить Лоуретти.

— Пока я уверен только в тебе, — пробормотал он. — Весь совет директоров под подозрением. Родители, Антуан и кузены тоже.

— Но же я ничего не смыслю в бизнесе, — в отчаянии прошептала она, никак не ожидав, что муж передаст ей все полномочия.

— Научишься, — фыркнул Поль, направляясь к топтавшемуся неподалеку полицейскому. А потом неожиданно остановился и, шагнув обратно, прижал Кристин к стене и крепко поцеловал. — Ужасная помада, мадам, — улыбнулся он, вытирая губы тыльной стороной ладони. — Я обожаю тебя, Кристин, моя безрассудная девочка, — прошептал он.

Кристин чувствовала, как ее душат накатившие рыдания, и ничего не могла с собой поделать. Она вернулась в спальню и, упав, на кровать, разрыдалась. Но, к ее удивлению, слезы быстро кончились, и, достав из сумки мобильник, она открыла заметки и принялась записывать самое важное. Так… поток мыслей.

"Потом отделю зерна от плевел, — поморщилась, будто от зубной боли, она. — Сейчас главное — понять, с какого бока подступиться и как бы не напортачить с самого начала".

Но сколько ни думала Кристин, никакие мысли не шли.

"Так ничего не получится", — вздохнула она расстроенно и залезла в контакты и сразу же наткнулась на двух, совершенно разных людей.

"Пряшникова Лена" — гласил первый контакт и принадлежал энергичной дамочке из Москвы, которая, приезжая в командировку в Париж, просила объездить с ней все аутлеты.

"Настырная деваха", — про себя усмехнулась Кристин, вспоминая, что именно эта самая Лена, невысокая крепко сбитая мадам, работала в Москве директором филиала крупной французской компании. Каким-то боком Лена Пряшникова имела отношение к знаменитой модели Лане де Анвиль. Звала ее подружкой и рассказывала фантастические истории, что училась с приемной дочерью Армана де Анвиля в одном классе.

"Ерунда, — фыркнула про себя Кристин, точно зная, что, еще учась в колледже, Лана познакомилась с будущим мужем. — Поль ни один раз вспоминал, что они встретили в Помпеях группку учениц, и Люсьен де Гралье, школьный товарищ Поля, сразу же залип на красотке Лане".

— Испортил нам всю поездку в Неаполь, — шутя жаловался Поль. — Вместо того, чтобы оттянуться в ночных клубах, наш Люсьен сразу же отбился от компании. Носился с девчонкой, как с хрустальной вазой, и даже умудрился познакомить ее с матерью.